Ритм двух сердец - Александр Сидоренков

Подруги, возбуждённые предстоящими делами, побежали обуваться. Ирина Михайловна быстро подвела губы, подушилась, вышла следом за девочками из квартиры. На улице они поймали попутку.

– Я так боюсь, – поделилась Таня с подругой.

– Интересно знать, чего? – повернулась к девочкам с переднего сиденья Ирина Михайловна.

– А вдруг ничего не получится?

– Всё получится, главное – верить! – бодрым голосом говорила Маша.

– Спасибо вам большое, что возитесь со мной, как со своей.

– Танечка, ты для нас уже давно своей стала.

– Не забывай, мы ведь сестры!

Таня не заметила, как снова разревелась. Стало ужасно неловко перед подругой. Совсем недавно она не поверила её словам, поругалась, а они отнеслись к ней с пониманием.

Салон, где работала знакомая Ирины Михайловны, находился недалеко. Увидев красивую вывеску «Стиль жизни», Таня приуныла.

– Там, наверное, цены бешеные!

– Не переживай, я же сказала, нам всё сделают за так, – подмигнула Ирина Михайловна взволнованной Тане, – или не хочешь утереть носы обидчикам?

– А если не получится? И все снова будут смеяться надо мной? – пребывала в сомнениях Таня.

– Тогда клятвенно обещаю больше не экспериментировать над твоей внешностью.

Желание отомстить Паше и Юле пересилило страх. Таня с решительным видом первая вышла из машины. Маша увидела, как губы подруги сжимаются от злости, а из глаз всё ещё текут слёзы. Она понимала: рана, нанесённая Пашей, так быстро зажить не могла, поэтому не винила Таню.

– Возьми себя в руки, подруга.

– Тань, пообещай, когда тебе сделают новый имидж, больше не плакать, иначе все старания Жанны пропадут, – сказала Ирина Михайловна.

– Обещаю. – Таня попыталась остановить поток слёз.

В помещении народу было много. Все места были заняты. Элегантно одетые барышни пили кофе.

– Мы здесь на весь вечер застряли, – огорчилась Маша.

– А вот и нет, мы по записи! – воскликнула Ирина Михайловна и подошла к девушке на ресепшн. – Нам к Мусиной Жанне.

– Вы записаны? – интеллигентно осведомилась девушка.

– Да, Жанна нас записывала.

– Лейкина Ирина Михайловна? – проверила девушка по компьютеру.

– Именно, могу паспорт показать!

– Не нужно, проходите в зал, Жанна Евгеньевна скоро освободится.

Ирина Михайловна повела девочек в большой и светлый зал. Здесь была парикмахерская. Все места были заняты, а мастера колдовали над причёсками клиентов. Красиво одетые барышни с трепетом смотрели за работой стилистов в большие зеркала. В воздухе витал запах различного парфюма. Пахло и лаком для укладки волос, и шампунем, и дорогими духами. За несколькими столами сидели маникюрши, которые приводили в порядок ногти посетительниц.

– Ирка! – подбежала к ним худенькая девушка с красивой модной причёской и безумно красивыми большими зелёными глазами.

– Жанка! – обняла подругу Ирина Михайловна. – Потрясающе выглядишь! Помолодела!

– Прям уж! – усмехнулась Жанна.

– Не скромничай, – говорила Машина мама.

– Кого из этих красоток надо сделать принцессой? – посмотрела на девочек Жанна Евгеньевна.

Ирина Михайловна указала на Таню.

– Плёвое дело, с такой внешностью менять особо ничего не надо, – осмотрела Жанна профессиональным взглядом Таню. – Чуток подкрасим и подравняем причёску.

– Нам надо полностью изменить имидж, – попросила Ирина Михайловна.

– Хозяин – барин, – улыбнулась Жанна. – Только не пойму, к чему такая спешка?

– Пойдём, пока будешь работать, я тебе всё расскажу, – поторопила её Ирина Михайловна.

Жанна Евгеньевна посадила Таню в кресло, начала расчёсывать волосы. А тем временем подруга поведала печальную историю несостоявшейся любви. Таня в слезах дополнила рассказ, как Юля поступила с ней.

– Гады! – вначале побелела, затем покраснела от злости Жанна. – Ну ничего, мы им покажем! Готова, Тань, кардинально изменить внешность?

– Готова!

– Тогда за работу!

Стилист приступила к работе. Ирине Михайловне и Маше пришлось выйти в зал ожидания. Жанна Евгеньевна пояснила, что не любит, когда на неё смотрят во время работы.

– Вот поэтому я красивых парней презираю, – за работой говорила Жанна, – думают, если внешностью Бог не обидел, значит, можно играть на чужих чувствах!

– Они не понимают, как больно делают другим.

– С твоей внешностью мы сделаем из тебя такую принцессу, что этот негодяй Паша ещё сто раз пожалеет, что так поступил с тобой.

– Вы бы видели, какой он был заботливый, – печально вздохнула Таня, вспоминая всю историю любви, – а когда я повредила ногу, нёс меня на руках до самой квартиры.

– Все они одинаковые: обещают носить на руках всю жизнь, а потом бросают!

Жанна сделала Тане красивую причёску. Чёлку немного подрезала и, не обращая внимания на протесты девочки, прикрыла чёлкой лоб. Волосы стилист немного укоротила и сделала химическую завивку. Таня смотрела на себя в зеркало, и её душа радовалась. Такой красивой причёски у нее никогда не было! Из прямых волос Жанна сделала красивую золотистую копну.

– Сейчас накрашу тебя. Какими цветами привыкла пользоваться?

– Я вообще не крашусь, так что делайте как знаете.

– Вот бы все такие клиенты были! А то одной то не нравится, другой – другое! Если не секрет, почему не красишься?

Таня испытывала к Жанне добрые чувства и не стала скрывать правду, рассказала про свой первый неудачный опыт.

– Со всеми такое бывало в первый раз. Думаешь, я с первого раза себя накрасила красиво? Нет, пришлось долго трудиться, чтобы научиться приводить себя в порядок.

Жанна долго подбирала краски. При этом стилист и Таня весело общались на уже нейтральные темы. Несмотря на разницу в возрасте (как оказалось, Жанна ровесница Машкиной маме), они перешли на «ты». Жанна несколько раз наводила макияж, потом стирала его.

– Не то! – говорила она.

Тане всё безумно нравилось, каждый наведённый макияж, но когда Жанна смывала, не спорила. Жанна – опытный стилист, и ей видней.

Когда Жанне наконец понравилось, Таня взглянула на себя в зеркало и ахнула. На неё смотрела красивая девушка, совершенно непохожая на прежнюю Таню. Глаза красиво подведены. Каждая ресничка отделена от другой. С помощью туши они стали длиннее и гуще. Пудра придала нежный оттенок коже, а губы, накрашенные тёмно-сиреневым цветом, стали более пухлыми, но в то же время необычайно красивыми.

– Нравится?