Скользкий склон - Лемони Сникет

— Вкусно пахнет, — сказала одна из женщин с напудренным лицом, подойдя к кастрюле. — Признаться, поначалу я сомневалась, что младенец способен готовить еду, но твой рецепт жареной рыбы, кажется, и вправду хорош.

— Она как-то назвала это блюдо, — заметил крюкастый, — но я забыл как.

— Гриль, — ответила Солнышко, но никто её не расслышал, потому что Граф Олаф в сопровождении Эсме и двух зловещих гостей с криком выскочил из своей палатки. Олаф сжимал в руках папку с делом Сникета и глядел на Солнышко сверху вниз сверкающими глазами.

— Немедленно погаси огонь! Чтобы ни облачка дыма! — приказал он. — Я думал, ты запуганная сиротка-пленница, но начинаю склоняться к мысли, что ты шпионка!

— Что ты хочешь сказать, Олаф? — спросила вторая женщина с напудренным лицом. — Она просто разожгла костёр сигаретой Эсме, чтобы приготовить нам рыбу.

— Дым могут увидеть! — провозгласила Эсме, словно бы и не курила самолично несколько минут назад. — Нет дыма без огня!

Мужчина с бородой, но без волос взял горстку снега и швырнул на костёр, погасив Горючий Пурпурный Возжигатель.

— Кому это ты сигналы подаёшь, детка? — спросил он своим странным сиплым голосом. — Если ты шпионка, то мы сбросим тебя с горы!

— Гу-гу, — ответила Солнышко, что означало нечто вроде «Я намерена притвориться беспомощным младенцем, а не отвечать на ваш вопрос».

— Видите? — сказала женщина с напудренным лицом, тревожно глядя на мужчину с бородой, но без волос. — Она всего лишь беспомощный младенец.

— Возможно, — кивнула женщина с волосами, но без бороды. — К тому же сбрасывать младенцев с горы без крайней необходимости не следует.

— От младенцев бывает польза, — согласился Граф Олаф. — По правде говоря, я собирался пополнить труппу молодёжью. Молодёжь не станет жаловаться на то, что приходится выполнять мои приказы.

— Но мы тоже никогда не жалуемся, — удивился крюкастый. — Лично я всеми силами стараюсь услужить.

— Хватит болтать, — заявил мужчина с бородой, но без волос. — Нам ещё нужно многое продумать, Олаф. Я располагаю некоторыми сведениями, которые помогут вам набрать в труппу новых членов, а согласно материалам дела Сникета, волонтёры могут собираться ещё в одном убежище.

— Последнем, — уточнила зловещая женщина. — Надо его найти и сжечь.

— А когда мы это сделаем, — подхватил Граф Олаф, — исчезнет последнее свидетельство наших планов. О реакции властей можно будет больше не беспокоиться.

— А где это последнее убежище? — спросил Кевин.

Олаф открыл рот, чтобы ответить, но тут женщина с волосами, но без бороды остановила его быстрым жестом, подозрительно взглянув на Солнышко.

— Только не при зубастой сиротке, — сказала она своим низким-низким голосом. — Стоит ей узнать, что мы замышляем, и она никогда больше не сможет уснуть, а нам нужна малолетняя служанка, полная сил и энергии. Отошлите её, и мы тогда спокойно обсудим наши планы.

— Разумеется, — кивнул Олаф, нервно улыбаясь зловещим гостям. — Эй, сиротка, иди в машину и почисти салон — там налипло много крошек от чипсов. Тебе придётся для этого как следует подуть.

— Футиль, — ответила Солнышко, что значило нечто вроде «это задание абсолютно невыполнимо», однако она заковыляла к машине, а труппа Олафа расхохоталась и сгрудилась вокруг плоского камня, чтобы послушать о новых планах. Проходя мимо потухшего костра и кастрюли, в которой ей предстояло провести следующую ночь, Солнышко печально вздохнула, полагая, что её затея с сигналом провалилась. Однако, взглянув вниз с вершины, она заметила нечто, заставившее её воспрянуть духом, и оно здесь означает «такой же султан пурпурного дыма, поднимающийся от самого подножия склона». Младшая из Бодлеров посмотрела на дым и улыбнулась. «Бодлеры», — подумала она. Конечно, Солнышко не знала, что знаки ей подают именно Вайолет и Клаус, но надеялась, что это они, и одной надежды хватило, чтобы подбодрить её, когда она открыла дверь машины и принялась дуть на картофельные крошки, которыми Олаф с приятелями засыпали всю обивку.

А у подножия замёрзшего водопада старшие Бодлеры не ощутили и малой толики этого воодушевления — они стояли рядом с Куигли и глядели, как тает на вершине горы пурпурный дымок.

— Кто-то потушил Горючий Пурпурный Возжигатель, — сказал Куигли, держа пурпурную трубочку на отлёте, чтобы не надышаться дымом. — Как вы думаете, что бы это значило?

— Не знаю, — со вздохом ответила Вайолет. — Не сработало.

— Сработало! — воскликнул Клаус. — И ещё как! Ты же заметила, как полуденное солнце отражается от замёрзшего водопада, и это навело тебя на мысль использовать научные принципы конвергенции и рефракции света, — как на озере Лакримозе, когда мы сражались с пиявками. И точно так же ты поймала солнечные лучи, применив зеркальце Колетт, и отразила их на кончик Горючего Пурпурного Возжигателя, и мы сумели зажечь его и подать знак.

— Клаус прав, — подтвердил Куигли. — Сработать лучше просто не могло.

— Спасибо, — отозвалась Вайолет, — только я не это имела в виду. Я хотела сказать, что мы по-прежнему не знаем, кто там наверху и почему они подавали нам знаки, а теперь знаки прекратились, и мы не знаем, как это понимать.

— Может быть, нам тоже следует потушить наш Горючий Пурпурный Возжигатель, — предположил Клаус.

— Может быть, — согласилась Вайолет. — А может быть, нам следует забраться на вершину водопада и самим посмотреть, кто там.

Куигли нахмурился и вытащил записную книжку.

— Забраться на самую высокую гору можно только по тропе, которой ходят Снежные Скауты. Нам надо вернуться через Глагольно Перекрытый Вход, спуститься по Главной Противопожарной Вертикали обратно в пещеру Гарнизона Пантер-Волонтёров, снова смешаться со скаутами и долго-долго карабкаться в гору…

— Это не единственная дорога к вершине, — с улыбкой заметила Вайолет.

— Нет, единственная, — возразил Куигли. — Посмотри по карте.

— Посмотри на водопад, — ответила Вайолет, и все трое подняли глаза на сверкающий склон.

— Уж не хочешь ли ты сказать, — произнёс Клаус, — будто думаешь, что сможешь изобрести устройство, которое поднимет нас на замёрзший водопад?

Но Вайолет уже снова подвязывала волосы, чтобы не падали на глаза, и оглядывала развалины штаба Г. П. В.

— Мне нужно то укулеле, которое мы забрали из фургона, — сказала она Клаусу, — и вон тот полурасплавленный канделябр, который торчит из-под обеденного стола.

Клаус вынул укулеле из кармана пальто и вручил его сестре, а затем направился к столу, чтобы вытащить из-под него странный оплавившийся предмет.

— Если тебе не нужна дальнейшая помощь, — сказал он, — я бы, пожалуй, пошёл в бывшую библиотеку посмотреть, не уцелели ли какие-нибудь документы. Ведь нам всё равно стоит получить из штаба как можно больше информации.