Загадка Деда Мороза - Анна Устинова

— А некоторых вообще не спрашивают, — Алина с каждой минутой все сильней раздражала Катю.

— Не хами, — набычился Темыч.

— Прекратите! — пресек дальнейшую перепалку Олег. — Дело-то и впрямь, кажется, серьезное.

— Вот именно, — кинул на друзей мрачный взгляд исподлобья Тема. — Между прочим, одежда Деда Мороза и Снегурочки стала в последние годы любимым камуфляжем киллеров.

— Да, может, Светлана просто машину поймала, чтобы быстрее доехать до школы, — высказала предположение Таня. — Например, она опаздывала. Или несла тяжелую сумку.

— Но ведь до школы-то она так и не добралась, — напомнил Темыч.

Остальные молча кивнули. Машина со Светланой, Дедом Морозом за рулем и Снегурочкой исчезла в неизвестном направлении.

— А вдруг они попали в аварию? — посмотрела на друзей Катя.

— Где тут в аварию попадешь? — возразил Пашков. — От Орликова переулка до нашей школы от силы пять-семь минут добираться.

— В аварию можно и за одну секунду попасть, — сказал Темыч. — Вон я вчера видел по ящику в «Дорожном патруле». Сидел себе мужик в своем «БМВ» на обочине. Л сзади грузовик на него наехал.

— Это я тоже видел, — подхватил Пашков. — Грузовик под себя подмял «БМВ». Тачка — в лепешку. А с хозяином вообще неизвестно что.

— Если Светлана попала в аварию, то Василенко это довольно быстро выяснит, — сообразил Олег.

— А Регина не видела? — обратилась Таня

к Олегу.

— Нет, — покачал головой тот. — Регина говорит, они поехали по Орликову к Садовому кольцу, а она пересекла Орликов и пошла дворами.

— Значит, опять полная неясность, — состроил горестную мину Пашков.

— Погодите расстраиваться, — не терял надежды на лучшее Олег. — Вдруг Василенко и впрямь про аварию выяснит.

— Ничего себе! — возмутился Женька. — Если Светлана попала в аварию…

— Да она могла и не пострадать, — перебил Пашков. — Ну, получила несколько синяков и ссадин или, там, к примеру, ушиблась. Или что-нибудь себе немного сломала. Все равно ведь ее повезли в больницу.

— И она никому не дала знать? — засомневалась Таня.

— Может, она и хотела предупредить, — сказала Моя Длина. — Но Андрея уже дома к тому моменту не было. А в школе начался вечер. Из учительской и канцелярии все ушли. Туда можно звонить хоть до завтрашнего дня.

— Василенко бы дозвонилась, — не убедили Таню доводы Моей Длины. — В милиции-то наверняка кто-нибудь есть.

— А тебе, подруга, не пришло в голову, что Светлана совершенно не обязательно должна знать наизусть рабочий телефон Василенко? — спросила Моя Длина. — То есть, возможно, он в книжке у нее и записан. Но где после аварии была Светлана и где ее записная книжка.

В актовом зале зажегся свет. На сцене опять возник с микрофоном Арсений Владимирович.

— Начинаем награждение за самый лучший маскарадный костюм нашего вечера! Королеву прошу на сцену!

— А принцесс? — очень хотелось еще раз оказаться на сцене в шикарном бальном платье Моей Длине.

— И принцессы тоже валяйте, — сделал рукой приглашающий жест заместитель директора. — Любая принцесса, по сути, тоже немного королева.

— Мальчики-девочки, мне пора!

И, помахав Компании с Большой Спасской, Моя Длина поспешила вперед. Вскоре три победительницы уже стояли рядом. На них направили свет прожекторов. Выглядели девочки и впрямь эффектно. Высокая стройная Жанна с длинными пепельными волосами и огромными зелеными глазами, в тон которым было подобрано изумрудного цвета платье. Нарочито простой и строгий фасон его лишь подчеркивал безупречную фигуру «королевы». Машкин наряд, напротив, изобиловал дизайнерскими ухищрениями, скрывающими монументальную комплекцию «первой принцессы». А серебристое платье миниатюрной, стриженной под мальчика Лены Пиляв-ской просто сияло под светом прожекторов.

— Ну, красота! — пробасил литератор Роман Иванович. — Не хуже, чем в доме моделей.

— Бери выше, — заспорил Арсений Владимирович. — Таких девчонок можно посылать даже на конкурс «Мисс мира».

— Нас можно, — подтвердила Моя Длина.

— Машка лучше всех, — завороженно прошептал Пашков.

— Не, — отозвался Женька. — Жанна мне нравится больше.

— А мне Ленка Пилявская, — сказал Олег.

— Дорогие победительницы! — тем временем обратился к королеве и принцессам Арсений. — Прошу внимания. Королева готова назвать победителя?

Жанна еще раз внимательно обвела взглядом зал. Затем отчетливо произнесла:

— Готова!

— Тогда мы ждем, — сказал Арсений Владимирович. — Вот, Жанночка, возьми микрофон.

Жанна поднесла микрофон ко рту. Еще раз скользнула взглядом по залу и объявила:

— Лучший костюм — это человек-невидимка в коляске! Впрочем, не знаю. Может быть, это мумия в коляске. Но все равно классно. Никто сегодня ничего оригинальнее не придумал.

— Ур-ра! — заорал Женька. — Наша взяла! Ща мы Маратку вам втащим на сцену. Ребята! — повернулся к друзьям он. — Пошли! Поможете.

Компания с Большой Спасской пробилась сквозь костюмированную толпу к Марату и подхватила коляску.

— Вы только осторожно, — напутствовал их Ахметов.

Однако все обошлось. «Человек-невидимка» был доставлен на сцену.

— Молодец, Маратик! — хлопнула его по забинтованному плечу Моя Длина. — Кажется, сегодня наш день.

— Еще не вечер, — был куда более осторожен в выводах Марат.

— Вот тут ты ошибся, — любил во всем точность заместитель директора по хозяйственной части. — Уже не только вечер, но даже, можно сказать, ночь. — Затем он скомандовал кому-то за кулисами: — Прошу внести приз победителю от родной две тысячи первой

школы!

— От родной две тысячи первой готов принять все что угодно! — расхохотался Ахметов.

Четыре учительницы младших классов вынесли на сцену огромную коробку.

— Девочки, можно вручать, — обратился к трем победительницам Арсений. Жанна подошла к коробке.

— Нет. Лучше все вместе! — продолжал распоряжаться Арсений. — Одной тебе не справиться. Только сперва снимите крышку.

Крышку сняли. По залу пронесся гул. На руках у королевы и двух принцесс гордо высился потрясающей красоты торт.

— Во! Пожрем! — прорезал тишину оглушительный Женькин вопль.

— По-моему, это Марату приз вручили, а не тебе, — напомнила Катя.

— Марату одному такого не съесть, — плотоядно облизнулся Женька.

— Ну, все, — с трагикомическим видом воздела руки к потолку Катя. — Теперь пока Женька этот торт не попробует, мы никуда отсюда не уйдем.