Зов памяти - Михаил Самарский

– Точно! – воскликнул идущий рядом Димка. – А я ломаю голову, где же я об этом уже читал? Ой, – Димка закрыл рукой рот, – извините, не сдержался…

Кирилл Андреевич с укоризной посмотрел на юношу, давая тому понять, что перебивать старших нехорошо.

– Ты слышал, – профессор обратился к Дмитрию, – как Яр рассказывал об обучении в тридцать первом веке?

– Угу, – закивал Димка.

– В чём задача преподавателя? Научить правильному поведению подрастающее поколение, – Кирилл Андреевич рассмеялся и ласково потрепал парня за волосы.

– С вашего позволения, профессор, вернёмся к нашему разговору, – спросил Яр.

– Да-да, конечно, – закивал Кирилл Андреевич, – мы немного отвлеклись.

– Я как-то слышал от своего приятеля древние рассказы об МГУ, ну в первые столетия его существования. Ходили какие-то слухи о Главном здании после его постройки, о фундаменте и так далее. Это как раз в ваше время. Что вам известно об этом?

Кирилл Андреевич рассмеялся и сказал:

– Коллега, но вы же понимаете, что это всё обыкновенные слухи, это просто вымысел, если хотите, байка…

– Да-да-да! – закивал Яр. – Понимаю, безусловно. Можете поделиться?

– Нет проблем, тогда слушайте! Самая распространённая байка нашего времени. Я её слышал, ещё будучи сам студентом. Ходили слухи о гигантских холодильных установках под фундаментом Главного здания…

– Точно-точно! – радостно воскликнул Ярослав. – Именно об этом рассказывал мой приятель. Извините, что перебил…

– Так вот, – продолжал профессор, – суть этой легенды в том, что, дескать, в районе Воробьёвых гор очень слабые грунты, не способные выдержать крупное сооружение. А Сталин потребовал построить Главное здание МГУ именно в этом месте. Вот хоть тресни: постройте башню на Воробьёвых горах и всё тут. Спорить в те времена с властью было не принято, а потому учёные нашли выход: они предложили выложить огромный фундамент, залить его жидким азотом и поставить холодильные установки. Легенда не выдерживала никакой критики специалистов, но оказалась живучей и самой ходячей.

– Как интересно, – мечтательно произнёс Ярослав, – я заметил, что люди во все времена верили, да и продолжают верить, в те легенды и слухи, которые по своему содержанию просто бессмысленны.

– Трудно вам возразить, – согласился Кирилл Андреевич.

«Спасатели» подошли к своему жилищу. Первым нырнул в пещеру Николай Борисович, но через мгновение выскочил оттуда перепуганным и бледным.

– Там, там, – заикался он, – эта, как её…

– Кто? – вскрикнул Лёха. – Говори! Чего ты весь трясёшься?

Трухин, видимо, так сильно перепугался, что от страха не мог вымолвить больше ни единого слова. Он вытаращил глаза и что-то мычал невнятное. Кирилл Андреевич подошёл к входу и, заглянув вовнутрь, тоже отскочил.

– Там Аврора с тигрятами, – шёпотом сказал он.

– Ничего себе! – тоже шёпотом произнёс Лёха. – Как же она туда попала? Мы ведь заложили вход камнями?

– Вон, смотри на свои камни, – указал рукой Кирилл Андреевич. – Для неё это один удар лапой.

– Киса в боулинг играла, – пошутил Лёха. – Что с Машкой? Неужели…

– Да погоди ты, Алексей, – цыкнул профессор, – зачем сразу озвучивать негативную информацию?

– Может, крикнуть? – предложил Алексей.

– Дай подумать! – остановил его Кирилл Андреевич и спустя минуту сам тихонько крикнул: – Маша-а!

К удивлению мужчин, Мария отозвалась сразу:

– Ребята, заходите, не бойтесь!

Через мгновение в проёме пещеры появилась голова девушки.

– Заходите, заходите, – Маша махала рукой, – Аврора пришла к нам с миром. Тошка мой играет с её тигрятами.

– Невероятно! – с облегчением вздохнул Кирилл Андреевич и первым последовал за девушкой в пещеру.

Тигрица развалилась на каменном полу и внимательно наблюдала за игрой своих детей с диковинной собакой. Увидев профессора, тигрица поднялась, села и что-то муркнула тигрятам на своём языке. Те прижались к матери и стали следить за каждым движением вошедшего человека. Кирилл Андреевич сделал вид, что нахождение тигрицы в пещере это обычное дело, мол, ну сидит себе кошка и сидит. Он подошёл к Марии, спросил, как она себя чувствует что делает здесь это животное.

– Кирилл Андреевич, – сказала Маша, – она безобидная. Я сначала сама так перепугалась, даже уже с жизнью распрощалась, но она ведёт себя, словно домашняя кошка.

– Может, это первое животное, которое мы приручили на этой планете? – улыбнулся профессор, и, обращаясь к Авроре, спросил: – А погладить-то тебя можно? Руку не отхапаешь?

Аврора зажмурила глаза и пошевелила усами. Председателю сообщества нужно быть и отважным, и решительным. Он подошёл к тигрице, сел рядом с ней и погладил её. Один из тигрят тут же облюбовал ботинок профессора и потянул за шнурок. Через несколько минут профессор, поняв, что тигрица не сделает людям зла, позвал остальных:

– Друзья, заходите смело!

Переборов страх, люди стали заходить в свой дом. Самым последним вошёл Трухин.

– Я бы не доверял зверю! – сказал он и расположился подальше от тигрицы.

– А что же нам делать? – съязвил профессор. – Прикажете воевать с ними? Как думаете, кто в этой схватке победит?

– Нет-нет, что вы, Кирилл Андреевич, как можно? Но я на вашем месте поостерёгся бы.

– Ну, что ты, котейка? – не обращая внимания на причитания Николая Борисовича, продолжил общаться с тигрицей Кирилл Андреевич. – Одной тяжко? Тянет к людям?

– Скорее всего, она была приручена людьми, – сделал вывод Яр. – Дикое животное в пещеру к людям не вошло бы.

– Да, – согласился с доводами коллеги Кирилл Андреевич. – Слишком смело для дикой тигрицы.

– Возможно, она жила в зоопарке или работала в цирке, – сказала Мария.

– Я тоже так думаю, – произнёс Алексей, – в противном случае, она бы уже чистила зубы от застрявшего в них остатков Тоши.

– Алексей, – шикнула на него Мария, – ну что у тебя за шуточки? У меня от них аж мороз по коже. Разве такое можно говорить?

– Прости, Маша, – улыбнулся Алексей. – Я забыл, что ты у нас такая пугливая.

– Ага, – рассмеялась девушка, – я пугливая. А вы прямо герои России! Кто там стоял десять мнут назад перед пещерой и дрожал от страха?

– Было дело, – подтвердил Лёха, – не буду выпендриваться, испугался. А Колян наш, по-моему, заикой стал. А ну, Коль, скажи что-нибудь!

– Не паясничайте, товарищ Москворецкий, – пробормотал Трухин. – Вполне предсказуемая и естественная реакция. Я же не дрессировщиком работаю. Конечно, испугался. Что тут такого? Теперь будете посмеиваться надо мной?