Роуэн в стране Зиба - Эмили Родда

— Через Пустынные земли мы во второй раз не пройдём, — твёрдо сказал Аллун.

— В пророчестве говорится: «Конец в начале будет скрыт», — возразил Жемчужник. — Наше путешествие началось на море. Надо попробовать добраться до берега и украсть лодку.

— Какая жалость, что мне пришлось бросить змея вместе с одеждой! — раздосадованно воскликнула Зеел. Затем она повернулась к Норрису. — Ты можешь показать самый короткий путь к морю?

— Могу, — мрачно ответил Норрис. — Но это тебе не поможет. Город окружён стеной, и только со стороны Пустынных земель нет постоянной охраны. К тому же все ближние подступы к берегу огорожены колючей проволокой.

— Но наверняка… — начал Аллун.

Норрис чуть не лопался от злости.

— Если бы убежать было так легко, как ты думаешь, мы бы не сидели здесь столько лет! — закричал он, сжав кулаки. — Я не трус и не дурачок! Как по-твоему, почему я остаюсь в рабстве?!

Тири только вздохнул, глядя на эту вспышку гнева, но Роуэн отлично понимал Норриса. Любой житель Рина повёл бы себя точно так же.

— Мой друг, мы не сомневаемся ни в твоём мужестве, ни в твоём рассудке, — спокойно проговорил Жемчужник. — Но теперь рядом с тобой мы. И это меняет дело.

— Да ну? — издевательски протянул Норрис. — Чем же?

— Тем, что, если мы сумеем убежать из города, мы по крайней мере знаем, куда плыть, чтобы оказаться в безопасности, — пояснил Роуэн.

— О чём ты говоришь? — нахмурился Норрис. — Неужели ты ещё не понял! Ваша страна обречена! Зибаки убедились, что с воздуха вас легко одолеть. И они не теряют времени даром! Прямо сейчас на главной площади собирается огромная армия боевых гарчей. Уже к вечеру ваша страна будет завоёвана!

— Наша страна не будет завоёвана никогда! — отрезала Зеел. — Наши люди смогут за себя постоять.

Норрис покачал головой:

— Боевого гарча одолеть невозможно. Его кожа крепка, как броня. А когти, зубы и хвост несут смерть всему, что попадётся ему на пути.

— Но ваш гарч выглядит таким смирным, — заметил Роуэн, глядя, как огромный зверь ласково сопит под рукой Тири.

Норрис нетерпеливо пожал плечами:

— Унос — рабочий гарч. Для войны специально выращивают боевых гарчей. Их тренируют по запаху отыскивать животных, которые водятся только в вашей стране. У зибаков осталась шкура такого зверя, которую они привезли ещё с Великой Равнинной войны.

— Да ведь это было триста лет назад! — поразился Аллун.

— План вторжения с воздуха в Главном штабе обдумывали тоже не один год, — сказал Норрис. — На это ушло много сил. Простым людям эта затея не нравится, но им объясняют, что война необходима для их же собственной безопасности.

— Ложь, — спокойно заметил Жемчужник. — Мы сражаемся, только чтобы себя защитить.

— Многие об этом догадываются, — проговорил Тири, глядя на поля. — Сколько веков людей заставляют работать и умирать ради бессмысленных войн! Но скоро гнев станет сильнее страха. Уже ходят слухи о грядущем восстании.

— Но именно поэтому в Главном штабе делают ставку на эту войну, — вставил Норрис. — Предводители считают, что новые земли и новые рабы помогут обуздать недовольство.

Роуэн содрогнулся, и тут же издали донеслись громкие голоса. Стражники были уже у ворот фермы!

— Надо немедленно бежать! — выпалил Аллун. — Норрис, ты поведёшь нас к морю или нет?

Норрис молчал.

— Если Норрис не хочет, вас поведу я!

Все с изумлением посмотрели на Шаран. Они совсем про неё забыли. Но сейчас её лицо горело, а глаза смотрели очень решительно.

— Я тоже знаю дорогу, — заявила она.

— Нет, Шаран! — взмолился Тири, а Унос тихо завыл, чувствуя страх своего хозяина.

— Ты только зря погибнешь, — сказал Норрис. — К морю дороги нет.

— Норрис! У нас есть единственный шанс! — вскричала Шаран. — Надо его использовать!

Тири перевёл взгляд с одного внука на другого и неожиданно странно улыбнулся. Затем он поцеловал Шаран и положил руку на плечо Норрису.

— Дорогие мои, вы оба правы, — слабо проговорил он. — Простите меня за сомнения. Страх всегда был моим главным врагом. Вы оба научили меня мужеству. — Он вновь похлопал по шее Уноса и заторопился к стогу сена. — Но прежде нужно позаботиться о раненом стражнике. Он наверняка уже пришёл в себя, — на ходу пояснил он.

— Нет! — выкрикнул Норрис.

— Да он спятил! — взорвалась Зеел.

— Мы не можем его ждать, — вмешался Жемчужник. — Нам надо идти.

— Дедушка! — Шаран сунула Роуэну ларец со свитками и бросилась вслед за стариком. — Дедушка! У нас нет времени!

— Отойди, Шаран! Это мой долг! — Тири принялся поспешно раскидывать стог.

Унос раскрыл крылья и, чуть взлетая над землей, устремился вслед за хозяином, словно птица, которая хочет защитить своих птенцов.

Внезапно Роуэн кое-что понял. Он обернулся к Норрису.

— У вашего гарча не подрезаны крылья! — изумлённо воскликнул он.

— Ну да. Дедушка уже много лет подкупает стражников, чтобы они не трогали Уноса, — резко ответил Норрис. — Но он дал слово, что, покуда жив, не позволит Уносу летать. Так что в Главном штабе ничего не знают о неподрезанных крыльях.

Новая мысль осенила Роуэна. Гарч унёс Аннад. Это и было началом. Полётом гарча всё и должно закончиться.

— Унос такой большой, что может унести нас всех разом! — выкрикнул Роуэн. — Мы можем…

Норрис мрачно покачал головой:

— Дедушка дал слово и никогда его не нарушит. Даже если… — Внезапно глаза Норриса расширились, и в тот же миг Шаран завопила не своим голосом.

Тёмная фигура выскочила из глубины стога. Это Зэнел сумел выбраться из клетки.

— Раб! Предатель! — с искажённым лицом орал он. — Ты посмел меня запереть!

Тири безвольно болтался в руках стражника. Лезвие кинжала блеснуло на солнце и вонзилось в сердце старика.

Шаран издала вопль отчаяния и кинулась к тяжёло упавшему Тири. Зэнел схватил её, и девочка завопила ещё пронзительнее.

Под леденящий душу рёв Уноса, который оплакивал своего хозяина, все с криками бросились ей на помощь.

— Стоять! — рявкнул Зэнел и снова поднял кинжал. — Если пошевелитесь, я её тут же убью. Дурачьё! Вы думали, меня легко обезоружить? Я всегда в башмаке прячу кинжал! И замок в клетке для стражника не помеха! Ложитесь! Вон туда, в грязь. Иначе девчонке придётся худо.

— Бегите! — прорыдала Шаран, пытаясь вырваться из железной хватки стражника. Слезы катились по её лицу. — Не думайте обо мне! Бегите!

Зэнел грубо дёрнул Шаран, чтобы заставить её молчать, и наступил на неподвижное тело Тири.