Жизнь вверх дном - Инга Пфлаумер

Ну да, конечно. Сразу бы сказала, что подглядывала из окна. Вот как в таких условиях устраивать личную жизнь?

– Просто парень, – буркнула я, стараясь протиснуться в свою комнату. Не тут-то было, Ирина Анатольевна тут же возникла в дверях, глядя на меня с таким интересом, как будто я новая коллекция Зайцева.

– Просто парень, с которым моя дочь идет на концерт фортепианной музыки? Да он должен быть ну очень экстраординарным.

– Чего? – Я не поняла, хорошо это или плохо, но переспрашивать не стала. – Просто он там выступал.

– Выступал? Ты хочешь сказать, что он студент фортепианного отделения?

– Ну да, как-то так.

Я никак не могла понять, к чему она клонит. К тому, что мне такой парень не подходит? Можно подумать, я сама не знаю!

– Где ты успела с ним познакомиться?

Мама села на мою кровать, глядя, как я смываю макияж. О, это надолго.

– Мам, ну какая разница? Я же с ним не встречаюсь.

– Ты в зеркало себя видела, не встречается она. – Мама засмеялась. – Я так не встречалась, не встречалась, а потом очнулась замужем. Расскажи мне о нем.

– Да нечего рассказывать! – воскликнула я, придирчиво разглядывая себя в зеркало. Ну ничего же особенного. Щеки, конечно, красные, и губы чуть припухли, но это от холода по-любому. – Просто мальчик. Пригласил на концерт, потом мы немного с его друзьями в кафе посидели, и все.

– Ого, он тебя уже с друзьями познакомил? Мама на очереди?

– Чья мама?

– Его, естественно. В твоих гламурных журналах разве не пишут, что, если люди знакомят партнеров со своими друзьями – это хороший знак? Демонстрирует серьезное отношение. Или он из тех, что каждый вечер в компании с новой девушкой появляется?

– Нет, не думаю. – Я вспомнила, как приветливы со мной были его друзья и как мило мы пообщались. Вряд ли бы они так ко мне отнеслись, будь я стопятидесятой Сережиной девушкой, с которой их знакомят.

– А что Женя о нем говорит?

– Она о нем не знает. – Я бросила блузку на стул, но тут же под укоризненным маминым взглядом повесила ее на плечики и убрала в шкаф.

– Почему не знает? У тебя что, тайный роман? Только не говори мне, что это Женин парень!

Вот же фантазия у человека! Не знаю, что тут смешнее – идея о том, что у Женьки с ее запросами может быть парень или что парень, соответствующий Женькиным ожиданиям, может привлечь девушку вроде меня.

– Не говори глупостей. Просто я не хочу их знакомить.

– Это еще почему? Ты что, стесняешься своих друзей?

Ну вот как ей объяснить? Вроде взрослая тетенька, а не понимает базовых вещей.

– Мама, ну он не моего уровня, – бросила я, стаскивая колготки.

– В смысле? Очень умный?

Я оскорбленно уставилась на Ирину Анатольевну. Одно дело думать, что дочь у тебя, скажем так, умом не блещет. Но говорить это вслух в присутствии этой самой дочери!

– Иногда мне кажется, что я тебя совсем не понимаю, – продолжила мама. – Что значит «не твоего уровня»? Мы с папой, насколько я помню, никогда не поощряли в тебе желание зазнаваться. То, что твой отец хорошо зарабатывает, не делает тебя лучше или умнее. Я удивлена, дочь. Ты же дружишь с Ярославой и Варей, это очень милые девочки. Не пугай меня!

– Мам, я вообще не о том, – простонала я. Кошмар какой, как ей в голову могло прийти, что Сережа мне не подходит, потому что бедный! Я вообще не знаю, бедный он там или нет, у него хороший парфюм и качественные вещи. Да и это не имеет особенного значения. Что же мне теперь, с Варькой не дружить, если у нее отца нет, а дружить с Лепрой, потому что у нее родители богатые? Фу, какая гадость! – Что ты меня совсем за дурочку держишь. Я не про деньги. Просто… ну как я тебе объясню. Музыкант – это же не круто!

– Да уж, туповатый качок, конечно, гораздо круче.

На кого это она намекает?! Грудь прямо распирало от возмущения, но начинать спорить с родительницей еще и по этому поводу не хотелось.

– Все, не хочу об этом говорить. Ребенку пора ноги мыть и спать, ему завтра в школу.

– Ладно-ладно, не хочешь – как хочешь. Но если тебе понадобится совет, ты знаешь, к кому обратиться.

– Это ты про Женьку? – поддела я. И тут же получила в лоб маленькой подушкой. Детский сад. Но я все-таки кинула подушку обратно.

– Ужинать, я так понимаю, не будешь? – Мама принялась расстилать постель.

– Я съела эклер, – произнесла я, стараясь вложить в эту фразу весь ужас произошедшего. – Как ты думаешь, я сильно потолстею?

Мама рассмеялась:

– Какой ты, в сущности, еще ребенок. – Она чмокнула меня в лоб. – Я наберу тебе ванну. Но завтра ты мне обо всем расскажешь подробно, хорошо?