У-гу! - Карл Хайасен

Рой впервые видел его вблизи. Рыбохват лежал вытянувшись во весь рост, подложив под голову смятую картонную коробку. Его соломенные волосы слиплись от испарины — верный признак высокой температуры. Но глаза — быстрые, беспокойные, горящие.

— Сильно болит? — спросил Рой.

— А, ерунда.

— Врешь, — сказала Беатриса.

Левая рука побагровела и распухла. Сначала Рой подумал, что это от змеиного укуса, и на всякий случай посмотрел по сторонам. Мешка с мокасиновыми змеями не было видно.

— Я забежала к нему утром перед автобусом — и вот, полюбуйся на него! — сказала Беатриса. — Ну, давай. Расскажи Пастушке, что с тобой стряслось.

— А что тут рассказывать? Собака укусила.

Мальчик перевернул руку и показал покрасневшие и вспухшие следы от собачьих зубов.

Рою приходилось видеть укусы и посерьезнее. В Монтане они с папой как-то ездили на главную ярмарку штата — там во время родео перепуганная лошадь искусала клоуна. Кровь так хлестала, что за клоуном прислали санитарный вертолет.

Рой расстегнул ранец, вытащил мазь и бинты. Он знал, как обрабатывать укусы: в летнем лагере в Бозмене у них был курс оказания первой помощи. Беатриса промыла раны минералкой, а Рой наложил сверху кусок марли с мазью и туго забинтовал.

— Нужно сделать укол от столбняка, — сказал Рой.

Рыбохват помотал головой.

— И так сойдет.

— А эта собака — она еще бегает где-то здесь?

Мальчик бросил вопросительный взгляд на сестру.

— Валяй, рассказывай, — кивнула она.

— Уверена?

— Да. Он нормальный пацан. — Она кинула на Роя оценивающий взгляд. — И еще он мой должник. Его сегодня в подсобке чуть в лепешку не раздавили, — верно, Пастушка?

Рой покраснел.

— Не будем об этом. Так что собака?

— Вообще-то их там было четыре, — сказал Рыбохват. — За проволочным забором.

— Как же она тебя укусила через забор?

— Рука в сетке застряла.

— Ты сам просунул ее через сетку? Зачем?

— Да ладно, какая разница, — сказал мальчик. — Беатриса, ты фарш раздобыла?

— Угу. У мамы Роя.

Мальчик сел.

— Тогда идем.

— Тебе лежать надо, — возразил Рой.

— Потом полежу. Пошли, они уже проголодались.

Рой взглянул на Беатрису, но та ничего объяснять не стала.

Вслед за Рыбохватом они вышли из фургончика и выбрались со свалки.

— Встретимся на месте, — сказал он и пустился бегом. С ума сойти, ошарашенно подумал Рой. Лететь на такой скорости — с такой болючей раной.

Кстати, бегун был не босиком, а в тех самых кроссовках, которые Рой передал ему через сестру.

Беатриса взобралась на велосипед и кивнула на раму:

— Запрыгивай.

— Не хочу.

— Струсил, что ли?

— Слушай, мне это не нравится. Он что, решил отомстить этим псам?

— Что за бред ты несешь?

— Тогда зачем мясо? — спросил Рой. И сам же ответил: — Я знаю зачем. Чтобы кинуть его собакам. А внутрь засунуть какую-нибудь гадость — может, даже отраву.

Беатриса расхохоталась и покрутила пальцем у виска.

— У моего братца, конечно, мозги вывихнутые, но в другую сторону. Залезай, поехали!

Минут через пятнадцать они уже были на улице Ист-Ориоль, возле того вагончика, из которого пару дней назад выскочил и напустился на Роя лысый крикливый прораб. Сейчас, в пять вечера, на площадке было пусто.

Рой заметил, что участок теперь обнесен проволочным забором. Кстати, чокнутый прораб грозился злющими сторожевыми собаками, — не они ли, случайно, покусали Рыбохвата?

Рой, соскочив с велосипедной рамы, спросил у Беатрисы:

— Это как-то связано с той полицейской машиной, которой закрасили окна?

Беатриса промолчала.

— И с аллигаторами в переносных клозетах?

Ответ он прочитал на лице Беатрисы: «Не лезь не в свое дело».

Ее брат, несмотря на жар и распухшую руку, добежал до стройплощадки быстрее, чем они доехали на велосипеде.

— Дай-ка сюда, — сказал он, потянувшись за пакетом с мясным фаршем.

Рой отступил на шаг.

— Сначала скажи, что ты задумал.

Бегун выразительно посмотрел на сестру, призывая ее вразумить Роя, но Беатриса лишь пожала плечами.

— Поторапливайтесь, — сказала она. — У нас не так много времени.

Покусанная рука у Рыбохвата висела как плеть, но он все равно легко вскарабкался на проволочную сетку и сполз с той стороны. А длинноногая Беатриса перемахнула через забор одним прыжком.

— Ну, чего ждешь? — буркнула она Рою, который остался стоять по ту сторону.

— А собаки?

— Нет уже никаких собак, — сказал Рыбохват.

Окончательно сбитый с толку, Рой перелез через забор и двинулся вслед за Беатрисой и ее братом. Они добрались до бульдозера и затаились в тени его огромного ковша — Беатриса слева, Рыбохват справа, Рой посредине.

Рой зажал пакет с мясом между колен и прикрыл его обеими руками, как защитник в американском футболе прикрывает мяч.

— Это ты закрасил полицейскую машину? — прямо спросил он Рыбохвата.

— Без комментариев.

— И запустил аллигаторов в туалеты?

Рыбохват, сощурив глаза, глядел куда-то вдаль.

— Не понимаю, — сказал Рой. — Зачем ты устраиваешь эти безумные штуки? Ну построят они здесь свою дурацкую блинную — тебе-то что?

Мальчик вскинул голову и смерил Роя холодным взглядом.

Тут вмешалась Беатриса:

— Его покусали собаки, потому что он просунул руку через сетку и она там застряла. А теперь спроси меня, зачем он туда ее просунул.

— Хорошо. Зачем он туда ее просунул?

— Выпускал змей на стройплощадку.

— Тех мокасинок? — воскликнул Рой. — Зачем? Ты что, хотел кого-то убить?

— Они бы и мухи не обидели, эти змеи, — спокойно улыбнулся Рыбохват. — Я им пасти скотчем обмотал.

— Ну да, рассказывай!

— И наклеил блестки на хвосты, — добавил бегун, — чтобы было заметней.

— Он правду говорит, Эберхард, — сказала Беатриса.

Да, блестящие хвосты Рой и сам видел.

— Ну хвосты ладно, — сказал он. — Но как можно змее обмотать пасть?

— Очень аккуратно, — усмехнулась Беатриса.