Тайна «Коварной русалки» - Анна Устинова

– И навестим, – поддержал ее Петька. – Только не знаю, что нам это даст.

– Не что, а кто, – отозвался Терминатор. – «Утопленник» каждому из нас даст по морде. Вот и вся польза.

– А вдруг мы ему зададим наводящие вопросы, и память к нему вернется, – сказала Настя. – Я слышала, так иногда бывает.

– Сперва надо установить, действительно ли он ничего не помнит, – отозвался Петька. – Вдруг он и впрямь сообщник или заказчик ограбления. Тогда будет придуряться до потери пульса.

Стараясь не попасть в поле зрения продолжавшего активно нырять Степаныча, ребята обошли пруд. Обломка рамы нигде не было.

– Значит, увезли с собой, – наконец уверенно произнес Петька.

– Слушайте! – воскликнул вдруг Димка, который все время, пока они шли вокруг пруда, хранил молчание. – У меня тут возникла еще одна версия!

– Не надо! – с паническим видом выкрикнула Маша. – У меня и от предыдущих версий голова скоро лопнет.

– Сперва послушай, потом говори, – обиженно произнес брат. – Я полагаю, сокровища вынул из тайника именно тот человек, который их когда-то туда положил.

– Ценнейшее наблюдение! – с издевкой произнесла сестра. – И какой же ты, Димочка, у нас умный!

– Не глупей некоторых, – продолжал Терминатор. – Я думаю, дело обстояло вот так. В свое время где-нибудь что-то ограбили. Например, ювелирный магазин. Или квартиру очень богатых людей. Унесли оттуда драгоценности. И временно спрятали в этой раме.

– Чтобы спрятать, – откликнулся Петька, – преступники должны были, по крайней мере, знать, что в этой раме есть тайник.

– Правильно, – подтвердил Димка. – К этому я и веду. Спрятал кто-то из местных. Причем на короткое время. Но потом какие-нибудь обстоятельства помешали ему забрать похищенное.

– Ну, обстоятельства-то вполне понятные, – вмешался Петька. – Преступника выследили и посадили на много лет в тюрьму.

– Он ведь мог не только ограбить, а еще кого-то убить, – зловеще проговорил Димка. – А это о-го-го на какой срок тянет. В общем, драгоценности или драгоценность так и остались в тайнике.

– И могли там пролежать очень много лет, – громким шепотом добавила Настя. – А потом преступник вернулся…

– Неувязочка у вас выходит, – фыркнула Маша. – Если преступник в наших местах все знал, что ему стоило взять свои сокровища так же незаметно, как он их туда положил?

– А вдруг ему не хотелось в этих местах никому показываться, – предположила Настя.

– Допустим, он даже дверь ночью взломал, – снова заговорила Маша. – Но зачем ему нужно было картину-то красть?

– Действительно, чушь получается, – покачал головой Петька.

– Если он сам явился, то чушь, – ответил Димка. – Но это мог быть и не он, а какой-нибудь его напарник или сосед по соседней камере.

– Почему бы и нет? – широко раскрыла глаза Настя. – Например, преступник умер, а перед смертью кому-нибудь рассказал, что в раме осталось сокровище. А вот как вскрыть тайник, то ли не успел объяснить, то ли его собеседник или сосед по камере не понял.

– И счел за лучшее унести всю картину, – подхватил Командор. – А уж на берегу пруда разобрался что к чему.

– Или так и не разобрался, – сказала Маша, которой теперь версия брата перестала казаться такой уж глупой. – Просто, разломав раму, просек, что одна ее часть гораздо тяжелее других. Вот и увез тайник с собой.

– Или просто знал по рассказам напарника, в какой части рамы расположен тайник, – ответил Петька. – Одно мне по-прежнему остается неясно. Почему он не бросил картину?

– Между прочим, она могла ему просто понравиться, – с усмешкой проговорила Маша. – Например, как нашему Павлу Потаповичу. «Такая мивенькая гусавочка!» – передразнила она почтенного академика.

– Кстати, не исключено, – очень серьезно произнес Димка. – Человек только что из тюрьмы. Соскучился по женскому обществу…

– Предположим, – перебил Петька. – И вообще этот тип мог решить: «Раз уж все равно своровал картину, так хоть на стенку повешу».

– Если так можно выразиться, для уюта, – отпустила очередную шуточку Маша.

– Думаю, это как раз был тот случай, когда вроде бы обратно не понесешь, а бросать жалко, – с бывалым видом ответил брат.

– Ну да, – посмотрела на него Маша. – Ты, Димка, всегда так делаешь, когда доведется украсть что-нибудь лишнее.

– Когда человек слишком часто отпускает свои дурацкие шуточки, окружающие перестают на них реагировать, – с напускной невозмутимостью отвечал брат.

– А между прочим, наш бывший заслуженный уже домой собирается, – указала на другой берег Настя.

Степаныч, обмотав торс неизвестно откуда взявшимся большим полотенцем, с унылым видом выжимал трусы.

– Видать, ничего не нашел, бедолага, – отметил Димка.

– И не найдет, – отмахнулся Петька. – И вообще, меня лично сейчас меньше всего интересует Степаныч. Лучше давайте подумаем, как выяснить, с каких пор в библиотеке появилась эта «Русалка»? И у кого она могла быть до этого?

– Задачка, – пробормотал Димка.

– Да уж, – вздохнула Настя. – Если картина и впрямь написана в девятнадцатом веке и к тому же всегда была в этой раме, то сколько же лет назад в нее положили какую-то драгоценность?

– Давай пока оставим в покое слишком уж отдаленные времена, – сказал Командор. – Нам хоть бы выяснить, сколько эта картина висит в библиотеке. А параллельно попробуем установить, не сажали ли в этот период кого-нибудь из жителей нашего поселка за какое-то преступление.

– А я бы и среди жителей Борков тоже покопал, – кинул взгляд на видневшуюся вдали деревню Димка.

– Жалко, что Вовка и Саша уехали, – вспомнила Настя двух мальчиков из Борков, с которыми члены Тайного братства кленового листа познакомились во время прошлого расследования.

– Приспичило их предкам как раз в августе уехать на море, – проворчал Димка.

– Естественно, они должны были сперва у тебя спросить, – не замедлила с очередной колкостью сестра.

– А я знаю, как мы поступим, – вмешалась Настя. – Попросим Шмелькова, и он в архивах посмотрит.

– Да-а, да-а, – не проявил воодушевления Димка. – Мы Шмелькову все расскажем, он поднимет дела в архивах, найдет преступника, потом картину и получит от Тяпы премию. И, считайте, наши труды насмарку.

– Это во-первых, – поддержал старого друга Командор. – А во-вторых, может оказаться, что ни в каких подобных ограблениях никто из местных жителей вообще за последние полвека замешан не был. И тогда наша версия просто затрещит по швам. Нет уж. Давайте сначала попробуем разобраться сами.

– Тем более, что если тут кто-нибудь и впрямь совершил преступление, то старожилы должны помнить, – сказала Настя.