Хорьки в поднебесье - Ричард Бах

— Мам, смотри, какое облачко! Как хорек!

Маленькая хорьчиха на пригорке оторвалась от куста черники и остановилась, задрав мордочку кверху.

— Видишь? Настоящий хорек. Тянется к чему-то. Смотри, вот у него носик! А вот лапки тянутся…

Хорьчиха-мама посмотрела.

— Да, Табита. Очень красивый хорек. Давай-ка поглядим, во что он превратится…

Мама и дочка уселись на траву, поставив рядышком корзинку, и стали смотреть на большое пухлое облако. Время от времени они наклонялись к корзинке и выбирали себе ягодку-другую.

— Почему оно не меняется?

— Подожди. Ветер подует — оно и растает.

Они подождали еще. Другие облака менялись и таяли у них на глазах, но это оставалось неподвижным.

— Знаешь, что это значит, Табби? Знаешь, что значит, когда облачный хорек не меняет формы?

— Не-а.

— Говорят, если облако в виде хорька висит неподвижно и не меняется, это значит, что внутри него собрались ангелы-хорьки. Воздушные эльфы. Пока собрание не закончится, облако не исчезнет.

— О-о-о! — протянула маленькая хорьчиха. — Но это же просто сказка, да? Или нет?

— Может, и сказка, — согласилась мать. — Но разве это не странно? Почему оно не меняется?

— Тише, пожалуйста! — повторил Таминдер, вытягиваясь во весь рост перед собранием. — Неужели так трудно соблюдать тишину?

Дюжина вертолетиков, припаркованных к облаку снаружи, переливались всеми красками утренней зари. Их пилоты, ангелы-хорьки, каждый ростом с подушечку хоречьей лапы, столпились внутри, в ослепительно-белом инструктажном зале. Все говорили одновременно и слушали кого угодно, только не Таминдера.

— Если вы хоть на минуту успокоитесь, я буду очень признателен! — Таминдер вздохнул. Что поделаешь?.. Все-таки первоклассные пилоты, все до единого. Иначе бы их просто здесь не было. Бесстрашные, изобретательные, находчивые. Все — добровольцы. Кому, как не им, вершить судьбы хорьков?

Но в этот момент элитную опергруппу приключения минувших дней интересовали гораздо больше, чем то, что ожидало их впереди.

— Хорек Паркер чуть было не прошел мимо Симуны. Он шел, задумавшись, и совсем ее не замечал. Только представь себе! Их ангелы-хранители чуть с ума не сошли! А ни одного эльфа, кроме меня, поблизости не случилось. Вот они на меня и набросились: «Помоги, Павлин!» И знаешь, что я сделал?

— Ты пощекотал у нее в носу, и она чихнула, — предположил Гавейн. — Нет. Ты заставил бабочку сесть ей на плечо. Так бы поступил я. А Паркер увидел бабочку и, вместо того чтобы пройти мимо, спросил: «Как вам это удается?» Ну, что? Угадал я?

— Нет, — сказал Павлин. — Я пощекотал у нее в носу.

— О-о-о… Ну и как, сработало?

— Само собой. Но с бабочкой ты здорово придумал…

— Будьте же так добры, уделите мне внимание!

Тихо в зале не стало, но в большинстве своем пилоты все-таки усовестились и перешли на шепот. Таминдер ткнул лапой в облачную стену, и тотчас же на ней появилось изображение молодой хорьчихи: белоснежная шубка с черными пятнами, пилотка и летчицкий шарф. Из толщи облака донесся приглушенный рокот двигателей.

На несколько секунд Таминдер замер перед этой картиной. Как же много времени прошло… Как она выросла…

И вдруг до него дошло, что в зале воцарилась тишина.

— Спасибо, — сказал Таминдер. — Это Дженина. Но все называют ее Шторми.

— Какая хорошенькая!

Таминдер помедлил с ответом. Взглянуть на Шторми с такой точки зрения ему еще не приходило в голову.

— Гм-м… Да, красивая хорьчиха.

Он прочистил горло.

— Итак, уважаемые эльфы, это — не учебное задание. Это вмешательство третьей степени. Кодовое название — операция «Ночное кафе».

По залу прокатился шорох: пилоты раскрыли тетради и приготовились записывать задание.

— А что остальные? Провалились?

— Все до единого.

Если бы в этот момент на пол облачного зала упала снежинка, ее, наверное, услышали бы все собравшиеся. Но вместо этого снаружи вдруг донеслось знакомое дук-дук-дук-дук-дук крошечных вертолетных лопастей. Спустя мгновение вновь стало тихо. В зал вошел еще один ангел-хорек — новичок, совсем недавно из смертных.

— Извините за опоздание.

— Добро пожаловать, Бакстер, — кивнул Таминдер.

— Перепутал облако, — пробормотал опоздавший и уселся на облачный пол среди других пилотов.

— Операция «Ночное кафе», — повторил шеф-хорек специально для Бакстера. — Ее зовут Шторми.

Рядом с первым изображением появилось еще одно — хорек-пилот постарше годами, ореховой масти. Как и Шторми, он сидел за штурвалом самолета.

— Это Строуб, — сообщил Таминдер. — Сразу же должен предупредить вас… Оба… гм-м… совершенно непреклонны.

Бросив еще один взгляд на картинки, он повернулся к собранию пилотов.

— Разумеется, Строуб и Шторми устремлены к высоким идеалам. Все мы таковы. Но эти двое преданы своему делу особо. Они, можно сказать, упорны, как не знаю что. Упрямы, можно сказать. Я бы даже сказал, настырны.

Пилоты беспокойно заерзали. Когда-то, давным-давно, они ведь и сами были смертными. И далеко не всегда прислушивались к тонким намекам своей судьбы.