Через границу - Майя Лунде

В нашем доме можно много где спрятаться. Есть просторный подвал и большой чердак, три гостиные, спальни, отдельная библиотека, четыре маленькие кладовки и множество платяных шкафов. В ванной стоят корзины для белья, а в подвале есть погреб для картошки.

Прячься – не хочу. Но эти местечки казались не очень-то подходящими.

Я направилась в такое, укромнее которого не было.

Клара как раз вышла на улицу и развешивала мокрое белье, так что никто не мог мне помешать. Я сбросила тапочки и в одних носках тихонько прокралась вниз, на кухню. Сверху доносился голос Отто:

– Пятнадцать, шестнадцать, семнадцать, восемнадцать…

Я открыла дверцу и заползла в лучшее в мире убежище. Прикрыла дверцу за собой. Было тесновато, зато надежно.

Оставалось ждать – здесь меня долго не найдут. Я сидела в специальном лифте, на котором продукты из подвала поднимались на кухню. Камера лифта находилась в стене. Продукты загружались в подвале, там, где был погреб с картошкой и банки с вареньем. Сперва лифт поднимался на кухню, оттуда – выше, на второй этаж. Так было заведено, когда тут жил прежний доктор. Сейчас мы лифтом не пользовались. Разве что прятались в нем

– Кто не спрятался, я не виноват! – крикнул Отто и отправился на поиски.

Разыскивая меня, он изучил гостиную и коридор.

Бродил он долго. Черепаха на гору быстрее залезает.

Я сидела, поджав колени, ноги заныли. Он что же это, ищет меня в саду?

Потом я услышала шаги. Отто вошел в кухню и прошел в кладовку.

Тишина.

Вышел из кладовки, сделал несколько шагов, остановился прямо возле дверцы лифта.

– Подай голос! – попросил он.

Как же болят ноги! И нестерпимо захотелось в туалет.

– Пи-ип… – пропищала я.

Отто открыл дверцу серванта, решив, что я там. Но меня там не было. Отто продолжил поиски.

– Подай голос! – снова попросил он.

Я опять пискнула.

Тут до брата наконец дошло. Шаги стали громче, дверца распахнулась, Отто уставился на меня.

– Папа запретил тут играть, – сказал он.

– А я и не играю. Я прячусь.

– Это опасно, – добавил Отто.

– Чепуха! Я ничего не боюсь! – и я принялась раскачивать лифт, так что он громко заскрипел. – Смотри! Чего тут опасного?

Отто разозлился, схватил меня за руку, потянул к себе.

– Вылезай!

Но я продолжала раскачиваться.

– Прекрати! – он сжал мне руку, но я была сильнее.

– Холодец! Холодец! – выкрикнула я.

Это я зря. Брат больно дернул меня за руку, и я с силой оттолкнула его. Отто грохнулся на пол, ударившись о ножку стола.

– Ай! – завопил он и едва не заревел.

В эту секунду на пороге возникла Клара с бельевой корзиной в руках.

– Герда! Ты что это вытворяешь?!

Ну все, про гоголь-моголь можно забыть. Причем навсегда.

Клара помогла Отто подняться. Держась за голову, с трудом сдерживая слезы, он повернулся ко мне. Его глаза за стеклами очков превратились в две узенькие щелочки.

– Тупая девчонка! – выпалил он.

– А вот и нет!

– Ты на девчонку-то не похожа!

– А вот и похожа!

– И замуж тебя никто не возьмет! Никогда!

Он развернулся и бросился прочь.

Я не торопясь вылезла из лифта.

– Не очень-то и хотелось. Я все равно не выйду замуж, – тихо пробормотала я. На самом деле полной уверенности у меня не было. Но Отто, похоже, меня не слышал, он уже скрылся в коридоре.

Клара посмотрела на меня, покачала головой, потом подхватила корзину для белья и направилась следом за Отто.