Приключения мышонка Десперо - Кейт ДиКамилло

Читатель, ты ещё не забыл про нашего мышонка? Про Десперо?

«Возвращайся наверх, к свету», — шепнул ему старый тюремщик Грегори, завернул в салфетку и положил на поднос. А потом Мигг, поговорив с крысом Роскуро, вернулась с этим подносом на кухню и объявила Главной поварихе:

— Это я, Миггери Coy! Вернулась из глубокого-преглубокого подземелья!

— Вот и славно, — отозвалась толстуха. — Мы счастливы тебя видеть.

Мигг поставила поднос на разделочный стол.

— Эй, погоди, — сказала Повариха, — а посуду кто за тебя вымоет? Давай-ка пошевеливайся!

— Чё? — переспросила Миггери Coy.

— В твои обязанности входит вымыть эту посуду, — прокричала Повариха, схватила салфетку и хорошенько её вытрясла.

Десперо вывалился из салфетки и угодил в стеклянную плошку с растительным маслом. Плюх!

— Чтоб тебя! — ахнула толстуха. — Мышь! У меня на кухне! В моей плошке! В моём масле! Мигг, убей её! Сию же минуту убей!

Мигг наклонилась над плошкой, наблюдая, как мышонок медленно, но верно идёт ко дну.

— Бедняжка, — прошептала она и, сунув руку в масло, вытащила Десперо за хвостик.

Он кашлял, чихал, отфыркивался, жмурился от яркого света и едва не плакал от счастья: он спасён! Но счастье длилось недолго.

— Убей эту мышь! — орала Повариха.

— Ладно, — нехотя согласилась Мигг и отправилась за кухонным ножом.

Она продолжала держать Десперо за хвостик, но хвостик-то был тонкий, да ещё в масле. Поэтому, когда Миггери Coy потянулась за ножом и чуть ослабила хватку, Десперо выскользнул из её толстеньких пальчиков и шмякнулся об пол.

Мигг посмотрела на маленький бурый комочек, неподвижно лежавший у её ног.

— Он и сам, без меня убился, — сказала она.

— Всё равно убей! — твердила толстуха. — У меня для мышей один приговор: убивать. И живых и мёртвых. Всех подряд. Только так можно надеяться, что мышь будет мертва и не сгрызёт у меня никаких продуктов.

— Ух ты! Ясный приговор. Убивать и живых и мёртвых.

— Ну ты, кочерыжка ушастая! Пошевеливайся! — завопила Повариха.

Десперо чуть приподнял голову.

Сквозь огромное окно в кухню проникали лучи предзакатного солнца. Но мышонок не успел полюбоваться светом — его затмило огромное лицо. Миггери Coy склонилась над ним низко-низко и, жарко дыша через полуоткрытый рот, принялась тщательно рассматривать.

— Мышенька, что ж ты не убегаешь? — прошептала она.

Десперо смотрел в её маленькие, полные жалости глазки, но тут вдруг что-то сверкнуло, и воздух прорезало что-то острое, металлическое… Мигг медленно, сколь возможно медленно опускала нож-тесак, и он всё приближался, приближался…

Десперо пронзила резкая боль — где-то сзади, совсем сзади. Он вскочил и побежал. Вполне профессионально, по-мышиному. Сперва вправо, потом влево. Петлял.

— Ух ты! — воскликнула Миггери Coy. — Промазала.

— Чего от тебя ещё ждать? — вздохнула Повариха, следя взглядом за мышонком, который как раз юркнул в щель под дверью кладовки.

— Но хвостик-то я отрубила! — Мигг подобрала хвост Десперо и гордо продемонстрировала его Поварихе.

— И что с того? — возмущённо завопила толстуха. — Какая мне радость от этого хвоста, если вся остальная мышь уже грызёт мои продукты?