Продавец приключений - Георгий Садовников

— Мы ничего не брали, вы ошибаетесь, — возразила Марина.

— Сколько я слов произнёс, а? — спросил Мульти-Пульти, ухмыляясь.

— Мы не считали, — сказал Саня с недоумением.

— То-то! Сто двадцать семь, включая последнее, вот это! А каждое слово у меня на вес золота, даже ещё дороже! — возвестил Мульти-Пульти, хихикая. — А я уже наговорил на десять звездолётов. А, вот ещё пяток! Даже удивительно: неужели вы не слышали, какой я ловкий государственный деятель?

— Это нечестно! Потому что вы сами придумали правила, — возмутился Саня.

— А в долг брать честно? — сварливо произнёс Мульти-Пульти. — Эй, стража, спасите меня от этих безжалостных грабителей!

Стражники устрашающе застучали алебардами, оттесняя пленников в лабиринт.

Напоследок пленники увидели, как Егор из-за спины императора старался их успокоить жестами.

— Ишь мошенники! В какой меня ввергли перерасход, — пробормотал Мульти-Пульти, когда пленников увели.

— Никогда вы ещё не были так многословны, то есть я хотел сказать — чертовски щедры, ваше величество, да вы прямо мот, — с готовностью пожурил Егор. — Этак недолго и по миру пойти.

— Люблю иногда пожить широко. Есть во мне такая жилка. Перехитрить кого-нибудь этак… Ловко я этих надул, а, признайся? — сказал император и ткнул Егора в живот.

— Они и опомниться не успели. Вы так ловки, ваше величество, так ловки! — подхватил Егор. — И так в самом деле сегодня добры! Не могли бы вы ещё подарить мне эту девушку? Я ужасно хочу жениться на ней.

— Не могу, — сказал Мульти-Пульти, даже не задумываясь.

— Ваше величество! — с упрёком воскликнул Егор.

— Признаться, ты недостоин! И как это я пожаловал распашонку, ума не приложу. Потому что друзья этих мошенников украли звездолёт, который уже, по сути, стал моим.

— Но кто же знал, что эти наглецы такие храбрые, ваше величество. Этого не знали даже вы!

— То, что я не знал, это, конечно, случайность. А девушку всё равно не могу отдать. Как подумаю, сердце щемит. Нет-нет, я не какой-нибудь рабовладелец, но девушка носит кеды, которые стали теперь моей собственностью!

Издалека сквозь горы тряпья до них долетел приглушённый возглас Сани:

— Вы не имеете права держать нас в тюрьме! Так и передайте этому тирану!

— Неправда! Я не тиран, а рачительный хозяин! Я только надёжно прячу вещи, которые стали моими! — быстро возразил император.

— Ваше величество, не обращайте внимания, — поморщился Егор. — Подумаешь, подаёт голос какая-то мужская сорочка спортивного покроя… А кеды вообще никуда не годятся. И для того, чтобы избавить вас от этой ненужной обуви, я готов даже вернуть вам распашонку. Сделка, что и говорить, для вас, конечно, невыгодная.

— В том-то и дело! Вы пользуетесь моей добротой. Поэтому тут нужно прикинуть, кое-что обмозговать. А ты, чтоб не волновался, можешь уже сейчас отдать мне распашонку, а я ещё подумаю пока, — предложил Мульти-Пульти.

Но в самый разгар торговой операции в тронный зал вошёл, экономя энергию, начальник дворцовой стражи и сообщил:

— Ваше величество, сбежали новые вещи!

— Батюшки! Все? — всполошился император, бледнея.

— Ковбойки — две, брюки мужские — одни, брюки женские — одни, туфли мужские — одна пара и кеды спортивные — одна пара, — доложил начальник стражи, гордясь своей точностью.

— Караул! Ограбили! — завопил Мульти-Пульти, топая ногами…

А на самом деле вот что произошло.

— Давай их обманем. Наобещаем с три короба, а потом… потом перехитрим, — шепнула Марина, когда её и Саню повели в хранилище.

— Что ты! Такой способ нам не подходит! — запротестовал Саня. — Это они пусть лгут и обманывают, ставят всякие свои ловушки. А мы — прямые и честные путешественники. Не забывай, что нам нравятся победы только в открытой борьбе, без подножек и всяких там запрещённых ударов. И мне, признаться, не по душе унизительная политика нашего нового товарища Егора.

— Извини, пожалуйста, — вздохнула Марина. — У меня совсем выпало из головы. Ну, какие мы благородные. И не говори, пожалуйста, Петенька, не то он возьмёт да подумает, будто я несерьёзная девушка. Если у тебя начнёт чесаться язык, ну так, что сил нет, можешь рассказать Аскольду Витальевичу или Кузьме. А Петеньке не нужно. Ладно? Почему-то мне хочется, чтобы он считал меня серьёзной и самостоятельной девушкой.

— Ты и вправду серьёзная и самостоятельная! — воскликнул Саня с такой убеждённостью, что стражники покосились на него. — И ещё ты такая… ну, такая… Лучше потом скажу. А сейчас, по-моему, наступило время бежать. Давай просто так: побежим, и всё! Как ты находишь мой план?

— О, задумано очень тонко, — одобрила Марина. — И за меня можешь не бояться, я бегаю точно ветер!

Так они шли между стражниками, тихонько переговариваясь и карауля удобный момент. Он наступил, когда сбоку открылся новый коридор между горами императорского барахла.

— Бежим! — крикнул Саня.

Он схватил Марину за руку, и они пустились наутёк по боковому коридору.

А стража застыла в растерянности. Не следует забывать, что сбежавшие вещи принадлежали императору, и стражникам было жалко тратить свои силы из-за чужой собственности.

Беглецы тем временем мчались во всю прыть по лабиринту. Лабиринт петлял и однажды привёл их назад к стражникам, которые всё ещё топтались на перекрёстке, разрываясь между долгом и скупостью.

— Скорее, пока они не заметили! — сказал Саня, и беглецы устремились назад.

Среди мрачных нагромождений старого хлама было страшновато. Вдобавок теперь до слуха беглецов долетело бряцание алебард. Видимо, стражникам пообещали вознаграждение, и те пустились в погоню.

Как-то перед беглецами мелькнул главный выход из дворца. В распахнутые двери виднелся двор, почти белый от солнца, и голубое небо. И, точно специально, поблизости ни одного хватуна. Саня было увлёк Марину к светлому прямоугольнику, но потом остановился и покачал головой. На лице его отразилось сомнение.

— Пожалуй, это уж слишком легко! Поищем другой выход, — сказал Саня и повернул в глубину дворца.

— Конечно, поищем! — согласилась Марина, еле успевая за товарищем, и кротко попросила: — Только не совсем уж трудный, ладно?

Наконец, после долгих поисков, беглецы увидели узкий солнечный луч, пробивающийся сверху.

— Вперёд! — воскликнул Саня, стараясь морально помочь своей подруге.

— Я уже устала, хотя и очень выносливая, — призналась Марина. — Но не думай, я ещё не сдаюсь.

Свет струился из окна, расположенного высоко под потолком. Путь к окну лежал по шатким вершинам из тряпья, он был головокружителен — так и манил людей дерзких и смелых.