Мальчик, который переплыл океан в кресле - Лара Уильямсон

Когда мы поднимаемся по ступенькам домой, папу осеняет гениальная мысль: он постучит в дверь Женщины-Кошки и пригласит ее на нашу импровизированную вечеринку по поводу украшения квартиры.

Однако главная импровизация заключается в другом. Кошка совершенно не ожидает, что ее припашут к работе и сделают дизайнером по интерьеру.

Когда женщина открывает дверь и папа рассказывает ей, что мы ходили по магазинам и были бы счастливы, если бы она могла нам помочь, она совершенно не возражает. Даже наоборот: лицо ее загорается, как табло игрового автомата. Она говорит, что ей очень понравилось болтать с папой в прошлый раз и что она с удовольствием протянет нам руку помощи.

– Всего одну? – смеется папа. – Думаю, вам придется пожертвовать обе. Вот увидите, нашей квартире нужно особое внимание.

Кошка тоже смеется.

Через пять минут она появляется на нашем пороге; волосы небрежно скручены в пучок, на месте шпилек торчит гребешок. Через полчаса она уже положила бежевые подушки на старом диване (по диагонали), повесила картину над камином, а гирлянды – на окно, поставила фоторамку на полку и велела нам разыскать для нее фото. Искусственные лилии оказались в вазе, которую она разместила на столе.

Кошка отступает на шаг назад и любуется цветами, а я говорю:

– Это мамины любимые цветы.

– Хотя она умерла, – встревает Билли.

Я моргаю.

Кошка не произносит ни слова. Вместо этого она закатывает рукав и показывает мне крошечную татуировку с лилией на запястье.

– Посмотри, – шепчет она. – Моей маме тоже лилии нравятся больше других цветов.

Я собираюсь задать ей пару вопросов про татуировку, но в комнату входит папа, размахивая ершиком для унитаза. Он спрашивает, что ему делать с этим предметом. Кошка улыбается во весь рот и говорит, что это, конечно, его личное дело, но она обычно чистит такой штукой унитаз, предварительно залив туда дезинфицирующее средство. Папа смеется. Мы возобновляем работу, и вот уже наша квартира выглядит куда веселее, чем когда мы только переехали. Честно говоря, мне кажется, это все из-за Кошки. Она заставила папу включить на полную катушку радио и теперь подпевает во весь голос. Впечатление такое, будто солнце вышло из-за облаков.

Даже Билли бродит вокруг со счастливым видом. Он завернулся в плед цвета грязи и притворяется, что это плащ-невидимка. Время от времени Кошка щекочет его сквозь ткань, и Билли фыркает и смеется, а потом убегает.

В качестве награды папа решает заказать на дом пиццу, наше любимое блюдо, и спрашивает, какую бы мы хотели. Мы с Билли выбираем томатно-сырную, а папа хочет с острой колбасой пепперони. Кошка говорит, что ей все равно и она съест любую. Поэтому папа заказывает половину для нас и половину для себя. В итоге Кошка отдает Билли свой последний кусочек, а когда она собирается уходить, Билли говорит, что пусть она лучше остается, и изо всех сил обнимает ее. Кошка обнимает его в ответ, и объятия ее длятся дольше, да и обнимает она крепче.

В животе у меня становится тепло.

Учтите: вполне возможно, что это от пиццы.

Когда Кошка уходит, я сажусь на диван и долго смотрю на лилии. Потом я протягиваю руку и тру мягкие лепестки между пальцами; я думаю о том, как многого о маме я не знаю. Но вместо того чтобы грустить, я чувствую, что мне становится веселее: каждый раз, когда я узнаю о маме что-то новое, она словно возвращается ко мне живой. Словно она тут, рядом со мной, и наша история не окончена. Сегодня вечером я заговорил о маме, и мне совсем не показалось это странным.

Билли садится рядом и спрашивает:

– Как ты думаешь, мы когда-нибудь увидим Перл снова?

Он добавляет, что ему очень понравилась Кошка, но она все равно не Перл. Перл все-таки совсем особенная.

Билли прав: папа рассказывал нам, что перл – это старинное название жемчужин. Он говорил, что жемчуг – это уникальный, великолепный минерал. Если найдешь его, то почувствуешь его волшебство и никогда не захочешь выпускать из рук. Еще он рассказал о том, как добывают жемчуг. Волшебство начинается, когда крошечная пылинка попадает внутрь моллюска. Чтобы защититься от нее, устрица обволакивает песчинку тем же веществом, из которого сделан ее собственный панцирь, и из этого в итоге получается жемчужина. За все время работы на рыбном заводе и в фургоне папа ни разу не натыкался на жемчуг. Но в жизни ему попалась настоящая жемчужина, потому что Перл так же прекрасна и удивительна, как и драгоценность, в честь которой ее назвали.

Но папа не стал удерживать девушку навсегда, хотя и говорил, что люди поступают именно так. Он отпустил ее. И я все еще не могу понять почему.

В школе на утренней перемене происходит нечто очень странное. Что-то такое, что ужас как помогает нашему детективному агентству. Когда я почти отчаялся найти Перл, я узнаю, где она находится. И все это благодаря Мими Диксон.

Все начинается с того, что она жестом подзывает меня на площадке. Мими пьет апельсиновый сок из пачки, и, когда я подхожу, она сминает упаковку и швыряет ее в мусорный бак. А потом шумно втягивает воздух.

– Что это с твоим лицом? – спрашиваю я.

Мими смотрит на меня в упор и говорит, что практикуется для шоу «Топ-модель по-американски». Я говорю, что она не живет в Америке, а она говорит, что уже делали выпуск в Британии. (Я понимаю, что это никак не связано с тем, что Мими помогла мне найти Перл. Но то, что она сказала дальше, очень даже помогло.)

– Да ты отсутствуешь, – смеется Мими, расслабляя лицевые мышцы. Она скрещивает руки на груди и прислоняется спиной к стене.

– А как же я тогда с тобой говорю? – удивляюсь я.

Я начинаю уставать от ее недружелюбия.

Мими игнорирует мой вопрос и продолжает:

– Ты просто осколок моего воображения.