Веселый двоечник - Валентин Постников

— Да! Конечно, выучил!

— Ну тогда расскажи нам, как называется пролив в Турции, который разделяет Европу и Азию и соединяет Эгейское море с Мраморным?

— Дуранделлы! — не задумываясь выпалил я.

Ребята захохотали, а учительница попятилась от меня, словно перед ней не ученик стоял, а привидение какое-нибудь.

— Что? — Нина Васильевна сделала страшные глаза.

— Ой, простите, перепутал, — тут же нашёлся я. — Это пролив Далбанеллы.

Ребята засмеялись ещё громче, и я понял, что снова промахнулся.

— Дарданеллы, Рыжиков. Пролив называется Дарданеллы! — сердито произнесла учительница и снова поправила причёску. — Ты что, не учил?

— Учил, Нина Васильевна, честное слово. Просто все эти географические названия у меня в голове перепутываются. Они такие сложные, что просто ужас.

— Ничего сложного тут нет! — строго сказала учительница географии. — Позор не знать такие простые вещи. Ну хорошо, а как называется самый большой водопад в Африке. Надеюсь, это ты не забыл?

— Сейчас, сейчас, — я задумался, уставившись в потолок. Мысли со страшной скоростью закрутились у меня в голове. Как же он называется? Я помнил, что этот водопад один известный путешественник назвал в честь какой-то английской королевы. Но какой именно королевы? Этих королев в Англии словно зайцев в лесу. Всех разве упомнишь?

— Ну что же ты молчишь? — снова поправляя причёску, спросила Нина Васильевна, и голос её стал угрожающим. — Или не учил?

И тут я увидел, как Вадик, мой товарищ по классу, руками машет и на Лизку Круглову показывает.

Меня словно осенило.

— Елизавета! — уверенно выпалил я.

— Что Елизавета? — не поняла учительница.

— Водопад называется Елизавета! — уточнил я. — Его так назвали в честь королевы Англии Елизаветы Второй.

— Рыжиков, — строго сказала учительница. — Давай без шуток!

Я снова с надеждой посмотрел на Вадика. А он опять на Лизу Круглову кивает. Издевается что ли надо мной? И тут я словно прозрел: он вовсе не на Лизку, а на её соседку Вику Сазонову показывает.

— А, вспомнил, — сказал я радостно. — Водопад Вика называется, верно?

Ребята все от хохота полегли.

— Водопад в честь королевы назвали, это верно, — кивнула Нина Васильевна. — Только её звали не Вика, а Виктория.

— Ну это же одно и тоже, Нина Васильевна, — вступился за меня Вадик. — Королеву звали Виктория. А дома муж или родственники королевские называли её просто Викой. Значит, Семён всё правильно ответил.

— Ладно, — поправив в сотый раз причёску, согласилась учительница. — Если ответишь мне на последний вопрос, поставлю тройку. Мы на прошлом уроке проходили параграф, в котором про самые знаменитые мировые курорты говорится. Есть и в Америке такой чудо-город. Это место на русский язык переводится как «Святая Варвара». Я вам про него рассказывала, вспоминай.

Меня аж в холодный пот бросило. Ноги стали подкашиваться, и живот заболел от страха. Ну всё, думаю, пропал. В языках я совсем не силён. Не помню никакой Варвары.

— Так и быть. Даю тебе подсказку, — смилостивилась географичка. — Этот город называется Санта…

И тут я так обрадовался, что у меня даже живот моментально перестал болеть.

— Город называется Санта-Клаус, — бойко выпалил я.

Класс содрогнулся от дружного хохота, а учительница взяла мой дневник и без всякой жалости вывела большущую двойку.

— Стыдно, Рыжиков, — поправляя в тысячный раз причёску, сказала Нина Васильевна. — Город этот Санта-Барбара называется. Его каждый школьник знает.

Теперь знаю и я. В общем, проблемы у меня с названиями.

Древние греки

Наш учитель по математике Анатолий Сергеевич попросил нас выучить имена тех древнегреческих учёных, портреты которых висят у нас на стене в кабинете.

— А то как-то некрасиво получается, — сказал он. — Портреты висят в классе уже который год, а как зовут великих математиков вы до сих пор не знаете. Позор, да и только.

Нам стало стыдно, и мы решили выучить имена учёных наизусть. А то вдруг кто-нибудь из проверяющих придёт в школу и спросит про этих древних греков, а мы ничего не знаем. Действительно нехорошо!

— Для начала давайте их в тетрадку перепишем, — предложил мой друг Петька. — Вот тебе листочек, я буду смотреть на портреты и читать имена, а ты, Семён, записывай, — предложил он и начал диктовать: — Аристотель, Платон, Евклид, Пифагор, Софокл, Архимед и Диоген…

— Ух, как много! — вздохнул Вадик. — Всех и не запомнишь.

— Ничего, — сказал я. — Я один способ знаю, как сложные имена в два счёта запомнить.

— Как? — хором спросили ребята.

— Нужно их зарифмовать, — объяснил я. — Ну, например, Платон слопал утром весь батон. Или — Архимед проглотил слона в обед.

— Здорово! — засмеялся Вадик. — Пошли ко мне домой, будем рифмы придумывать. Мы сейчас этих древних греков в момент выучим.

Все побежали домой к Вадику, бросили портфели и уселись на диван. Хорошо, что у Вадика родителей в это время никогда дома не бывает. Можно спокойно заниматься своими делами.

— Давай, Семён, — сказал Петька. — Ты у нас в классе главный поэт. Придумывай рифмы, а мы будем записывать.

— Пифагор — хранитель гор, — сразу же выпалил я.

— Каких ещё гор? — не понял Вадик.

— Горы бывают разные, — заявил со знанием дела я. — Высокие и низкие. А он их охраняет, чего тут непонятного.

— А что их охранять? — снова спросил Вадик. — Их разве украсть можно?

— Ну нельзя их украсть, нельзя. Чего пристал? Это я просто так придумал, для рифмы, — начал кипятиться я.

— Хорошо, — согласился Вадик. — Давай дальше!

— Наш Сократ по утрам несётся в сад, — выдал я следующий шедевр.

— Годится, — кивнул Петька и потёр ладони. — Теперь Евклид.

— Это совсем просто, — сказал я. — Евклид — у него нога болит.

— А Софокл? — спросил Вадик.

— А Софокл — быстрый сокол, — тут же отреагировал я.

— Что ж, осталось ещё одного грека зарифмовать — и готово! — обрадовался Вадик. — Диогена!

— Диоген — наш супермен! — опередив меня, выкрикнул Петька.

— Здорово! — похвалил я его. — Теперь нужно всё это одним стихом записать, выучить — и дело в шляпе.