Последний орк - Сильвана Де Мари

Командир стражников провел Роби ко дворцу Судьи-администратора, который когда-то был королевским дворцом. Об этом месте у нее сохранились смутные воспоминания детства: как ее держали пленницей в подземелье и как Йорш пришел освободить ее.

Дворец производил странное впечатление, какой-то кривой и несимметричный, с редкими маленькими окнами. Розальба прошла через пустынные торжественные залы, по пустынным строгим коридорам, через пустынные, никак не украшенные комнаты и через чудесный сад, наполненный цветущими растениями, и, наконец, поднялась по увитой глициниями лестнице в помещение, которое командир стражников назвал Большим тронным залом. Ограниченный стенами с трех сторон, с четвертой зал переходил в длинную открытую галерею, где на равном расстоянии друг от друга стояли огромные каменные статуи королей Далигара. Все они держали в руках мечи, обритые головы наиболее древних из них были увенчаны коронами, а у первых двух статуй в этом ряду — у первых королей Далигара — на плече сидел орел. Зал и галерея находились на втором этаже, а внизу оказался внутренний дворик, который разительно отличался от остального интерьера дворца, странного и мрачного. Дворик был обрамлен портиком, образованным витыми колоннами с опиравшимися на них наружными полуарками.

— Вторая руническая династия, — пробормотал Джастрин.

Командир стражников тоже ударился в архитектурные разъяснения:

— Там, где есть арки и колонны, — это древность. Дошла до нас еще со времен рунических династий, — пояснил он. — Осталось их мало, потому как Судья приказал снести всё, чтобы построить так, как нравилось ему. Снесли почти всё, кроме этого: это Галерея королей, сердце Далигара, но Судье она не нравилась. Это был не его трон, — добавил стражник, указывая на огромный, ничем не украшенный каменный трон. — Это трон Ардуина. Его же трон стоял в новом, Малом тронном зале, — вот тот был его, Судьи.

Розальба держала на руках заснувшую Эрброу, на плече у нее сидел задремавший Ангкеель. Джастрин с трудом ковылял за ними.

Проходя через Галерею королей, Розальба неожиданно увидела, что к ней направляются две фигуры — первые, кого она встретила в оставленном городе. Впереди шел какой-то важный сановник с вытянутым лицом, окладистой бородой и длинными седыми волосами. Одет он был в торжественные одежды из светлой парчи. За ним следовал такой же пожилой человек, но маленького роста, лысый, с круглым лицом и короткой бородой, одетый в темную тунику поверх льняной рубахи; платье его, при всей своей изысканности, производило впечатление рабочей одежды.

Подойдя к ним, Роби остановилась.

— Город окружен орками, его необходимо спасать, — объявила она. — Я — Розальба, наследница Ардуина.

Она снова поздравила себя с тем, что смогла обойтись без лжи. Последовало напряженное молчание. Первым спохватился маленький старик: лицо его осветилось, и он глубоко и растроганно поклонился ей.

— Госпожа, я комендант королевского дворца, — представился он. — И я почту за честь быть у вас на службе. Дайте мне знать, если вам будет что-нибудь угодно. Ваше присутствие… то, что вы находитесь здесь… — он прервался, подыскивая подходящие слова. — Мы не остались одни перед лицом опасности. С нами наследник Ардуина. Вы, госпожа, единственный луч света в зловещей тьме этой жестокой ночи.

Поклон другого, высокого старика, оказался далеко не таким глубоким: скорее кивок головой, чем настоящий поклон.

— Я церемониймейстер Далигара, госпожа, и я никогда не думал, что перед смертью мне придется столкнуться не только с бегством придворного штата и нападением орков, но и с тем, что Далигаром станет командовать босоногая королева.

Роби растерялась, не зная, сердиться ей или пропустить его слова мимо ушей. Она представляла, кто такой комендант королевского дворца: он, должно быть, смотрел за кухней, уборкой лестниц, подготовкой постелей и тому подобным, чтобы дом не превратился в прибежище крыс, тараканов и летучих мышей. Но она не была уверена, что знает, кто такой церемониймейстер. Наверное, кто-то вроде советника. И если этот верзила с седой гривой, и без того не вызывавший у нее симпатии, был когда-то советником Судьи, то это была еще одна хорошая причина держаться от него подальше.

Во всяком случае, он назвал ее госпожой. Она решила подождать со ссорой: может, сейчас все-таки не время ослаблять руганью и без того не слишком сильную оборону. Но потом передумала. Может, завтра орки перебьют их всех. Это была ее первая и последняя ночь в качестве повелительницы чего-либо. Стоило побыть настоящей королевой.

Она порылась в памяти, вспоминая, как говорили короли, полубоги и герои в трагедиях, которые придумывал Йорш, чтобы скоротать их длинные летние вечера на морском берегу. «Медленно, — повторял Йорш во время репетиций, — короли всегда говорят медленно. Им не надо бежать выбирать из сетей рыбу или жарить ее на обед. У королей нет других занятий, кроме как быть королями. У них на все хватает времени».

— Далигар не погибнет завтра, — ответила она, нарочито медленно произнося слова, — чего не могу сказать о вас. Кстати, мое терпение потерялось вместе с моей обувью. Впрочем, и в лучшие времена я им не особенно отличалась. Советую вам запомнить это.

То, что Далигар выстоит, было первым спорным заявлением, которое она себе позволила. Немедленно перейдя к насущным проблемам, она спросила у коменданта, где можно было бы уложить спать ее дочь, — где угодно, только не в кровати Судьи-администратора. Комендант поклонился и жестом пригласил ее следовать за ним во дворец. Джастрин, все сильнее прихрамывая, семенил за Роби. Завершал процессию чопорно выпятивший грудь церемониймейстер.

Перед резной дверью величественно и бессмысленно стояли четыре стражника. Они охраняли комнату, целиком обитую белым шелком и носившую гордое название «Малый тронный зал». В центре ее возвышалось инкрустированное золотом и серебром деревянное кресло, служившее троном Судье. Обитое сукном сиденье украшал вышитый золотом узор из ромашек. Со спинки кресла складками ниспадал роскошный плащ из темно-голубого бархата, искусно расшитый золотом и жемчугом, что делало его похожим на мерцающее под луной море. Спускавшаяся с потолка белая вуаль придавала трону схожесть с жемчужиной в хрупкой морской раковине.

В конце концов новую повелительницу привели в комнаты, которые должны были стать ее «покоями»: ряд больших залов, в самом дальнем из которых обнаружились огромная кровать с балдахином и большой камин.

Роби положила заснувшую Эрброу на кровать и укрыла ее шерстяным одеялом, окутавшим девочку мягким облаком. Наконец и Ангкеель слетел с ее плеча и безмятежно устроился рядом с Эрброу. Малышка обняла его, не просыпаясь.