Тайна зловещего сговора - Анна Устинова

– Воспитатель? – посмотрел внимательно Командор на Гришку. – Тот, который лицом к нам стоял, – отозвался Гриша. – Валентин. Здесь три года уже работает.

– Кажется, он своего спутника тоже воспитывал, – вмешалась Настя.

– Это уж точно, – усмехнулась Маша.

– Очень странный разговор, – задумчиво произнес Петька.

– В чем-то они нехорошем замешаны, – еще раз повторил Дима.

– Я тоже так думаю, – согласился Петька.

– Иначе бы они в темном лесу не прятались, – сказал Толя.

– И вместе в лагере не хотели показываться, – вспомнилось Гришке.

– Второй чего-то боялся, – вмешалась Маша.

– А Валентин, похоже, его совсем запугал, – добавила Настя.

– Что же это все могло значить? – пожал плечами Петька.

– Теперь уже не узнаем, – махнул рукой Гришка.

– Будущее покажет, – подмигнул Петька остальным юным детективам. – Во всяком случае, прогулка прошла не зря.

– Что ты имеешь в виду? – повернулся к нему Гришка.

– Пока ничего конкретного, – отвечал Петька.

Глаза у него, однако, блестели. Димке, Маше и Насте стало ясно: Командора охватил азарт. Тем более, что Валентин теперь никуда от них не денется.

Ребята вышли к спальным корпусам.

– Девчонки! – подбежала воспитательница Марина к Насте и Маше. – Где вас носит?

– Гуляли, – быстро проговорила Маша.

– Ну, молодцы, что вернулись пораньше, – продолжала Марина. – Вообще-то я до без пятнадцати одиннадцать перекличек не делаю. Но сегодня мне надо уйти. Вот я и решила загнать всех в спальни немного пораньше. Гляжу – все на месте, кроме вас.

– И мы теперь тоже на месте, – успокоила воспитательницу Настя.

– Тогда пойдемте скорее, – первой вошла в корпус Марина.

– До завтра, – крикнули уже на ходу друзьям девочки.

Мальчики поспешили к себе. Вдруг и Максиму вздумается сегодня загнать всех в постели пораньше. Максима, однако, в корпусе еще не было. Ребята прошли в комнату.

– Я умываться, – едва оказавшись там, заявил Димка. – Кто со мной?

– Все! – тут же откликнулся Гришка.

Быстро справившись с умыванием, вся компания вернулась в комнату. Максим провел перекличку и удалился.

– Спать что-то хочется, – тут же зевнул Толя.

– Кто же тебе мешает, – ответил Гришка и тоже зевнул.

Толя мигом забрался к себе на второй ярус и, вытянувшись на кровати, заснул.

– Кажется, ему бессонница не грозит, – усмехнулся Петька.

– Это уж точно, – подтвердил Гриша. – Мы с Толькой рядом в автобусе ехали. Так он как в Москве сел, так и продрых до самого лагеря.

– Здоровый детский сон, – сказал Димка. Сверху, словно бы в подтверждение его слов, донесся тихий храп.

– Вот этого я не люблю, – нахмурился Дима. – Не могу уснуть, когда рядом храпят.

– Никто не любит, – поддержал Гришка. – Сейчас мы его разбудим.

– Не надо будить, – вмешался Командор. – От этого никакой пользы. Мы один раз с отцом ехали в поезде. А в соседнем купе мужик храпел. Отец начал свистеть, и мужик тут же затих.

– Верно. Будить без пользы, – согласился Димка. – Он потом снова заснет и, чего доброго, еще громче расхрапится.

– Куда уж громче, – посмотрел наверх Гришка.

Еще недавно робкий храп набирал силу. Закрыв глаза, можно было подумать, что невдалеке хрюкает боров.

– Пора, – серьезно проговорил Гриша и тихо свистнул.

Храп продолжался.

– Надо, наверное, громче, – попытал, в свою очередь, счастья Димка.

Засунув два пальца в рот, он оглушительно засвистел. Дверь комнаты распахнулась.

– Это еще что такое? – строго уставился на ребят Максим. – Свистки в помещении спального корпуса строго воспрещаются.

– Да мы хотели… – попытался объяснить Гриша, но вожатый уже покинул комнату.

– Ну, ты, конечно, мастер, – укоряюще поглядел Командор на Димку. – Погромче не мог?

– Надо же с этим как-то бороться, – указал Терминатор на соседнюю кровать.

– Вот как раз Толе твой свист абсолютно не помешал, – отозвался Петька.

– Вроде даже помог, – уточнил Гришка. – Теперь он вообще храпит как трактор.

– И впрямь, – вынужден был признать тщету собственных усилий Димка.

– Полагаю, тут надо свистеть не столько громко, сколько направленно, – осенило вдруг Командора.

– Выходит, твой предок направленно через стенку тому мужику из соседнего купе свистел? – заинтересовался Гриша.

– Нет, – тем временем с возмущением изрек Дима. – Так больше жить невозможно.

– Во всяком случае, трудно, – проявил меньшую категоричность Гришка.

Храп обогатился новыми нюансами. К шуму трудяги-трактора на уборке урожая прибавились какие-то тоскливо-протяжные подголоски, отдаленно смахивающие на любовную песню мартовского кота.

– Не знаю уж, как там отец мой свистел, – отозвался Петька. – Но тот мужик быстро унялся.

– Может, у него просто нервы были похуже, чем у нашего Толика? – предположил Гриша.

– Ничего, – сказал Командор. – Сейчас я попробую ему в самое ухо свистнуть.

– Хуже не будет, – согласился Димка. Командор подтянулся.

– Ухо нашел, – не без удовлетворения сообщил он друзьям.

– Нашел, так свистни, – поторопил его Димка. – Он мне своим храпом все нервы вытянул.

Петька послушался. Едва он свистнул, Толя, не открывая глаз, подскочил на кровати и точным ударом съездил Командора по подбородку. Тот рухнул на пол.

– Вот это да, – потирая одной рукой подбородок, а другой – пятую точку, с уважением произнес Петька. – Надо же! Не просыпаясь, мне прямиком заехал по челюсти.

– Самое главное, что мы своего добились, – ответил Димка.

Храп и впрямь прекратился.

– Значит, методика, Петька, у тебя правильная, – сказал Гришка.

– Только если он в следующий раз захрапит, вы уж моей методикой сами пользуйтесь, – усмехнулся Командор. – Два нокдауна за одну ночь для одного человека, пожалуй, чересчур много.