Кэндлстон - пожиратель света - Брайан Дэвис

Билли не переставал крутить меч, пока тот, наконец, не свалился со звоном на пол.

— Четыре месяца назад, профессор? А откуда вы знаете?

— Да, — прибавил Уолтер, — это почти сразу после переезда Бонни в Западную Вирджинию.

— Цветы в вазе подсказывают мне время года, — спокойно отвечал профессор, указывая на экран. — Это горные лилии, которые обычно цветут с марта по конец июля — начало августа, но никак не в январе. Сомневаюсь, что какой-нибудь местный цветовод разводит эти дикорастущие цветы среди зимы. Так что дату я определил следуя логике.

Мать Билли постучала себя пальцем по голове.

— Откуда вы столько знаете про горные лилии, профессор?

— О нет, — добродушно отмахнулся профессор, — я только недавно познакомился с вашими местными вирджинскими видами, а о монтанских я почти совсем ничего не знаю. Однако я имею довольно обширные сведения о ботанике в общем. В Британии полевые цветы весьма изысканны, я всегда с удовольствием наблюдаю их в наших полях. Когда я увидел чудные цветы на фотографии, я стал искать в Интернете их название. Определить их вид мне помогла моя осведомленность. Это было нетрудно. — Профессор вынул дискету и протянул ее мистеру Фоли. — А изменить дату и время в компьютерном файле проще простого. Доктор Коннер взял старый файл и обновил его, очевидно заранее рассчитывая на обман.

Билли ударил себя кулаком по ладони.

— Значит, он все-таки лжец! Я так и думал.

— Да, Уильям. И я бы сказал, что человек, обманувший нас, не станет слишком заботиться об интересах мисс Сильвер.

Мать подняла с пола меч и протянула Билли.

— Мы срочно собираемся и вылетаем в Монтану, — сказала она.

Билли схватил меч одной рукой, а другую сжал в кулак.

— Ага, вот как ты заговорила!

— Сколько пассажиров вы сможете взять? — спросил Уолтер. — Я бы мог втиснуться в чемодан, если надо.

Билли толкнул его под руку.

— А то я тебя тут оставлю.

Уолтер высоко поднял брови, отчего стал похож на бассета.

— Можно мне с ними, пап?

Мистер Фоли пошептался с женой, затем тронул профессора за плечо.

— Нам было бы спокойнее, профессор, если бы вы тоже поехали. Без вас им будет трудно разобраться, что к чему.

Профессор Гамильтон встал между мальчиками.

— Разумеется. Если все мои ученики отправятся в Монтану, то тут мне будет некого учить.

Мать Билли обратилась к миссис Фоли:

— У нас хватит места для всех.

— Куда мой муж, туда и я, — ответила та.

Мистер Фоли нежно погладил руку жены.

— Завтра у меня суд, но звонить и наводить справки я могу и отсюда. Если до конца суда вы не вернетесь, мы прилетим к вам в Миссулу. Я не ожидаю, что дело затянется, но как знать.

И они втроем принялись обсуждать подготовку к полету. Слушая их, Билли заметил, что профессор пытливо смотрит на него. В ответ он тоже стал смотреть в его стальные серые глаза, словно под действием гипноза. Профессор, казалось, выискивал взглядом свет в темной пещере или спасительный поворот в сложном лабиринте. Может быть, он искал ответа на какой-то вопрос? Или пытался постичь одну из тайн, что Билли тщательно скрывал? Наконец, он нарушил молчание и прошептал:

— Вы мне доверяете?

Уклонившись от его завораживающего взгляда, Билли потупился.

— Ну… а как же, — в конце концов промямлил он, снова поднимая голову. — Некоторые секреты — это не мои секреты.

— Конечно, — согласился профессор. — Я понимаю, что мисс Сильвер играет тут важную роль.

— Дело не только в ней. Она бы не возражала, если бы я посчитал нужным все рассказать вам.

Тут Билли услышал, что мама упоминает некоего «друга», живущего к западу от города, которого следовало бы навестить, чтобы посоветоваться. Он навострил уши. Мысль о том, что он увидит отца, обрадовала Билли, но вместе с тем немного испугала. Любой бы испугался, увидев огромного дракона. Билли принужденно улыбнулся.

— Послушайте, что я скажу. Я могу объяснить вам кое-что, когда мы взлетим. А еще мы собираемся сделать остановку в горах, чтобы повидать кое-кого и посоветоваться. Это недалеко от того места, где мы дрались с Девином. Так вот, если этот кое-кто разрешит, то я расскажу вам все. — Он протянул руку. — Идет?