Вильям и волки - Кэтрин Кейв

— В которых кустах?

— В дальних. Смотри, куда я показываю. У самых нарциссов, там, где… — Вильям в ужасе осекся.

— Ты хочешь сказать, там, где Барашек? — уточнила Мэри. — Где голубая подушка?

— Как ты его упустила? — закричал Вильям. — Ты что, пяти минут за ним посмотреть не можешь?!

— Он вырвался.

— Вырвался! — Вильям дрожащими руками отодвинул щеколду. Времени было в обрез. Волк в любую секунду может заметить Барашка и погубить план возмездия, который Вильям так лелеял. — Я в последний раз тебе помогаю, поняла? Это твой Барашек, а не мой. В следующий раз спасай его сама, ясно тебе?

— Да, Вильям.

Вильям закрыл дверь за собой и, кипя, зашагал через сад. Некоторым людям нужно запретить держать животных. Подумать только, как Мэри обращается с Барашком! Кормит его совершенно неподходящей пищей. Мятные леденцы, шоколадки… Разрешает ему целый день валяться перед телевизором. Неудивительно, что он потом всех кусает. Пресыщенное, жалкое создание! А теперь его покинули, выбросили, словно дырявую перчатку! Да уж, кого-кого, а Мэри нельзя было благодарить за то, что в эту самую минуту Барашка не терзают в клочки свирепые волки!

Вильям нагнулся, чтобы взять подушку, уютно устроившуюся среди сырой травы. Один угол у подушки был в грязи и паутине из сарайчика. Вильям протянул руку, и тут случились две вещи.

Сначала завизжала Мэри, Потом из-за компостной кучи выпрыгнул волк. Правда, не исключено, что все было наоборот: сначала волк, а потом уже визг. В этом Вильям так и не разобрался. Так или иначе, в сочетании эти два события заставили Вильяма помчаться по тропинке к дому, как ракета.

Мама бежала еще быстрее. Когда Вильям отправился в сад, она была в кухне. Теперь Вильям увидел, что она сидит на диване, держа Мэри в объятиях.

— Что здесь происходит? — сердито спросила мама, когда Вильям влетел в стеклянную дверь с такой скоростью, словно его преследовали все силы ада. — Если ты опять морочил ей голову всякими глупостями…

— Я вообще ничего не делал! — закричал Вильям. — Спроси у нее! Меня тут вообще не было, правда? Я был в саду, бегал за голубой…

Он осекся. И понял, что подушку-то он и не принес. В руках у него ничего не было.

Мэри подняла заплаканные глаза.

— Вильям! — прерывисто проговорила она. — Вильяма съели волки!

— Да нет же! — Вильям был озадачен и несколько тронут. Он и не знал, что Мэри так за него беспокоится. — Я здесь. Я цел. Посмотри!

— Да не ты! Барашек! Это Барашка звали Вильям! — И Мэри снова заревела и зарылась лицом в диван.

Барашка звали Вильям? Вильям покрутил эти слова в голове так и этак, пытаясь понять, что же это значит.

— Надеюсь, ты доволен, — свирепо прошипела мама. — Я тебя предупреждала!

Ответить Вильяму было нечего. От потрясения он потерял дар речи.

Барашек — Вильям? Мэри назвала Барашка в его честь? Вильям прижался головой к стеклу. Он страшно устал. Голубая подушка валялась на траве там, где он ее оставил. Волки ушли. Мэри у него за спиной продолжала плакать — Вильям понял, что она оплакивает Барашка. Она его любила. Она любила… Вильяма.

Вильям подошел к дивану.

— Не плачь, Мэри. Барашек цел. Волки его не тронули.

— Нет! Я же видела! Я поэтому и закричала! Они его съели! Они съели Барашка! — Слезы текли у Мэри по щекам и капали на диван. — Они съели… ВИЛЬЯМА!

— Да нет же, — повторил Вильям. — Я же там был, помнишь? И все видел. Его… — Вильям поперхнулся: ведь ему предстояло поступиться всеми своими принципами, — Его спас шимпанзе. Он прыгнул вниз и выхватил Барашка из-под самого носа у волка, И поднял его на крышу сарая.

— А там? — с надеждой всхлипнула Мэри. — А там что?

— А там они пили чай, — деревянным голосом закончил Вильям. — Все шимпанзе и Барашек.

— Из желтого сервиза?

— Из желтого сервиза. — Вильям сжал зубы, готовясь к неминуемой обиде.

— Это мой любимый. — Мэри взяла у мамы платок и деловито высморкалась. Мама ушла обратно в кухню. — А завтра они будут пить чай?

— Нет, — отрезал Вильям. Хорошенького понемножку. — Шимпанзе со всеми попрощались и побежали в Африку. У них там дом. А волки побежали в Сибирь…

И тут он их увидел — волки, маленькие, далекие, крались по тропинке под высокими деревьями. На вершине холма они остановились и обернулись. А потом не спеша направились вниз по склону и скрылись из виду.

— А ужи?

— А ужи побежали… — Воображение у Вильяма истощилось.

— В сад к миссис Эванс, — удовлетворенно промурлыкала Мэри. — Тогда я пойду заберу Барашка.

У дверй на террасу она остановилась.

— Хочешь, Вильям, он у нас будет общий?

— Нет-нет, спасибо, — поспешно ответил Вильям.

— Если делиться, всегда веселее.

— Ну так поделимся чем-нибудь другим.

Одно дело — распроститься с волками. Другое — делить Барашка. Всему есть предел.

— Хорошо, Вильям.

Вильям одобрительно кивнул. Иметь дело с Мэри оказалось не так уж трудно — нужно только найти подход. Твердость нужна, вот и все.

На следующее утро Вильям проснулся и потянулся — давно ему не было так хорошо. Повернув голову, он первым делом увидел голубую подушку, которая примостилась рядом с его собственной.

Вильям нахмурился. Ни к чему Мэри думать, будто теперь он будет все время держать эту подушку в своей постели. Теперь его девизом станет разнообразие.

Но раз Барашек все равно тут, можно хотя бы извлечь какую-то пользу из этой мерзкой твари. С паршивой овцы хоть шерсти клок.

Вильям подсунул голубую подушку себе под локоть и потянулся за книгой. Подушка такого размера ему очень кстати. Ладно уж, пусть Мэри оставляет ее тут насовсем.

Вильям устроился поудобнее, раскрыл книгу и стал читать.