Нина и Арка Света - Муни Витчер

– Я рискую быть перетянутой на сторону Зла? У Ливио получится увести меня за собой в магму Двери Каоса? – Глубокое отчаяние было написано на бледном лице девочки Шестой Луны.

– Уверен, что нет. Ческо этого не допустит. Он всегда рядом с тобой, и уже столько раз рисковал жизнью ради тебя! – Слова деда больно кололи ее словно стрелы.

– Да, он любит меня. Но и Ливио пожертвовал жизнью ради меня. Ради меня он предал Каркона. Разве это ничего не значит? – Сомнения продолжали терзать ее сердце.

– Ты права. Но разве это повод любить его? То есть ты его любишь только за то, что он совершил благородный поступок? – В голосе деда послышался какой-то холодок.

– Нет… это не так… я не знаю… Но мне очень жаль, что он погиб внутри раскаленной Двери Каоса… И потом, я же убила его отца! – Нина готова была разрыдаться.

– Ты сделала это, защищая свою жизнь. Ведь ты тоже могла погибнуть. Ты сама много раз рисковала жизнью. И Фьоре и Рокси тоже рисковали. И Додо с Ческо сражались храбро и самоотверженно. Это непрерывная борьба со Злом, которая оставляет долго не заживающие шрамы в душе каждого, кто борется за справедливость. Ни одна битва не обходится без жертв. Но любовь – это другое дело. Это другое лицо жизни. И хватит об этом! Теперь, моя дорогая, думай только о том, что всем нам предстоит жесточайшая схватка с безжалостным Карконом. – Он дотронулся до ее перевязанной руки. – Я вижу, твоя звезда истекает кровью…

– Да, и ее не может остановить даже твой Крем Синий. Вероятно, на этот раз нам грозит неслыханная опасность, с какой мы еще не встречались. И Этэрэя предупреждала меня об этом. Еще и поэтому я так рада видеть тебя здесь, зная, что тебя и Бириана прислали помочь нам. Это еще одно подтверждение, что ситуация правда очень серьезная. Может быть, катастрофическая. – Нина не скрывала тревоги.

– Так оно и есть. Но на этот раз Каркону придется иметь дело со мной. Тебе нечего бояться. – Профессор прижал к груди перевязанную руку Нины, чтобы дать ей почувствовать всю силу его любви.

– Страх, отвага, красота, справедливость… что значит все это и многое другое, ты объяснил мне в своих письмах. Ты и Этэрэя стали моими учителями и проводниками по жизни. Я многому научилась у вас, но, быть может, того, что я сейчас знаю, недостаточно? – Этот вопрос давно мучил ее.

– В твоих венах течет алхимическая сила. Распорядись ею разумно, и у тебя все получится. У нас все получится, – поправил сам себя профессор. – Даже если… – Он не закончил фразу.

– Если… что?.. – Нина вопросительно посмотрела прямо в глаза деда.

– Нас ждет жесточайшее испытание, девочка моя. Весьма болезненное. Это все, что я могу сказать. – Глаза профессора заблестели.

– Дед, ты чем-то расстроен? С нами в самом деле случится что-то трагическое? Мы не отыщем цифру 8? – Сердце Нины сильно сжалось.

– Это будет самый трудный вызов судьбы. И он будет последним. Останемся либо мы… либо Каркон! – Ответ прозвучал хлестко, словно выстрел.

Внезапно наступившую тишину разорвал звук трубы. Из жидкой страницы говорящей Книги к потолку поднялись маленькие брильянтовые облачка, и зазвучал глухой голос:

Профессор, я вся всегда в твоем распоряжении.

Я безмерно рада твоему возвращению.

Преклоняюсь перед твоим могуществом.

Для меня большая честь исполнять все твои желания.

Профессор подошел к Книге:

– Я тоже рад видеть тебя, мою дорогую и незаменимую подругу. Да, у меня есть желание, которое тебе по силам исполнить. Доставь мне две ампулы Сливок Исцеляющих. Они мне нужны как можно скорее.

Поверхность жидкой страницы подернулась рябью, и спустя три секунды на поверхности уже плавали две нужные ампулы.

Я мгновенно нашла то, что тебе нужно,

И рада тому, что ты рад.

Я догадалась, зачем тебе потребовались эти ампулы.

Ты хочешь вылечить руку Нины от действия Зла.

– Какая ты догадливая! – улыбнулся профессор, осторожно снимая окровавленный бинт с Нининой руки. – Звезда сейчас заживет, но красной станет не сразу. Как и звезда на моей ладони, она останется черной, – сказал он девочке, показывая ей свою правую ладонь.

Изменивший цвет алхимический знак на его руке подтверждал, что происходит что-то серьезное. Очень серьезное.

– Может ли означать то, что обе звезды почернели, что Каркон где-то близко? – спросила Нина с тревогой в голосе.

– Нет, сюда он не заявится. Но то, что он что-то затевает против тебя, против нас, безусловно. Мы должны быть готовыми ко всему. А сейчас успокойся, нужно остановить кровь.

С этими словами профессор взял с поверхности жидкой страницы ампулы, открыл одну и под настороженным взглядом внучки вылил на кровоточащую звезду содержащуюся в ней тягучую субстанцию серо-жемчужного цвета.

Нина ощутила сильное жжение и сжала зубы, чтобы не закричать от боли.

Несколькими секундами позже профессор проделал то же самое со второй ампулой, и кровь перестала течь. Теперь звезда была просто черной. Черной как мрак.

– Ну вот, одно дело сделали. Сливки Исцеляющие – это препарат моментального и эффективного действия, содержащий в себе Слюну Китайского Дракона и Росу Античную, собранную в лугах Ксоракса, – объяснил дед, вставая с табурета.

Его пурпурный плащ распахнулся, и Нина увидела какой-то сияющий предмет, торчащий из большого внутреннего кармана.

Девочка с любопытством уставилась на него.

– Вижу, тебе хочется узнать, что это такое? – улыбнулся дед, которому самому не терпелось продемонстрировать внучке содержимое кармана.

– Да еще как! – воскликнула Нина.

Когда дед вынул из кармана сверкающий Талдом Люкс, лаборатория осветилась, как будто в нее проник солнечный свет. Соль Морская в испуге спряталась за стопкой книг.

– Это Талдом самой Этэрэи, – уважительно проговорил профессор.

Своей формой этот Талдом как две капли воды походил на все остальные жезлы Ксоракса, лезвие которых заканчивалось головой Гуги с ее гоасиловыми глазами, но в отличие от них он был изготовлен из Золота Философского. А оно, в свою очередь, было сделано из твердого света, из которого были созданы все существа Шестой Луны. Включая Этэрэю.

– Он великолепен! А материал, из которого он изготовлен, сияет ярче солнца! – Нина была восхищена такой красотой.

– Мать Алхимии доверила его мне, отправляя сюда. Он мощнее всех Талдомов, вместе взятых, – объяснил профессор.

– И что он способен делать? – полюбопытствовала Нина.

– Все. Или почти все. Например, поднимать тревогу, предупреждая о степени грозящей опасности яркой вспышкой. Чем она ярче, тем угроза серьезнее, – ответил профессор.

Девочка Шестой Луны, зачарованная Талдомом, гордилась своим дедом, который, видя ярчайшее сияние жезла, не