Звезда пейнтбола - Владимир Аверин

Вадик Ситников сломя голову мчался по улице, спасаясь от довольно-таки упитанного Вити Пузыренко по прозвищу Пузырь, который бежал за ним с заряженным револьвером в руке.

- Стоять, урод! - крикнул запыхавшийся Пузырь, когда понял, что силы на исходе и ему не догнать быстроногого Вадика. - Стой! Стрелять буду!

Вадик не остановился. Пузыренко прямо на бегу, не прицеливаясь, выстрелил в него и, конечно, промахнулся. Несколько прохожих оглянулись на крик.

"Мимо", - пронеслось в голове у Ситникова, когда за его спиной раздался выстрел. Не сбавляя темпа, Вадик резко свернул с тротуара к детской площадке. Перепрыгнув невысокое ограждение, отделявшее тротуар от площадки, он пробежал по песочнице, оставив следы своих кроссовок на "песочных пирожных", которые "выпекал " полуголый карапуз с пластмассовой лопаткой в руке, и бросился через футбольное поле к подъезду, чтобы скрыться от своего преследователя.

Витя Пузыренко не отставал. Он тяжело дышал, обильно потел, сплевывал, но не останавливался, а упрямо бежал за Вадиком Ситниковым, держа в согнутой руке увесистый "кольт". Увидев, что Вадик побежал через пустырь к спасительному подъезду, Пузыренко остановился. "Ну все, дурень, ты меня достал. Конец тебе. Сам напросился", - подумал он и вытер с лица пот. Расставив для большей устойчивости ноги пошире, Пузырь, как настоящий ковбой, вытянул вперед руки, в которых крепко держал ребристую рукоятку револьвера, прицелился, выстрелил - раз, другой и снова промахнулся. Вадик, пробегая мимо футбольных ворот, заметил, как две пули по очереди врезались в левую штангу.

- Опять мимо! Тьфу! - с досады плюнул Пузыренко и снова пустился в погоню.

Тем временем Вадик подбежал к многоэтажке, взлетел на крыльцо и, распахнув дверь, ворвался в подъезд, при этом нечаянно толкнув женщину, которая выводила на прогулку вертлявую болонку.

- Простите! - извинился Вадик и ринулся через лестничную площадку к черному ходу.

Подъезд был сквозной. Выскочив из него с другой стороны дома, Вадик сделал шаг в сторону и замер, прислонившись спиной к стене рядом с дверью черного хода. Он ощущал прохладу кирпича, слушал бешеный стук своего сердца и старался успокоить дыхание: Пузырь вот-вот должен был выбежать из двери вслед за ним.

Тем временем Витя Пузыренко, выбегая из-за палисадника на площадку перед парадным подъездом, сбил с ног даму с собачкой и в замешательстве остановился.

- Простите, я вас не заметил. Из-за кустов - они высокие, - тяжело дыша, извинялся он и, как воспитанный, вежливый мальчик, подал женщине левую руку, чтобы помочь ей встать, а правой, в которой держал "кольт", указал на подъезд: - Пацан туда забежал. Вы не видели, на какой этаж он поднялся?

Испуганно глядя на "кольт", женщина на несколько секунд потеряла дар речи и отрицательно помотала головой, а потом быстро подхватила свою звонко тявкающую болонку. Зажав ее под мышкой, она подождала, когда Витя скроется за дверью, достала из кармана мобильный телефон и позвонила в милицию.

"Если эта тетка не видела, как Вадька поднимался, значит, он побежал через черный ход на пустырь, к гаражам, я его и пристрелю", - рассудил Пузыренко и пулей влетел в парадный подъезд. Закрытые двери лифта навели его на мысль, что Вадик мог спрятаться за ним. Пузыренко прислушался и стал на цыпочках обходить шахту лифта. Прокравшись к нише за лифтом рядом с дверью черного хода, он рванулся вперед и, направив впереди себя ствол револьвера, заглянул в нее. Там было пусто.

Все так же выставив перед собой руку с револьвером, Пузыренко распахнул дверь черного хода и шагнул на улицу. В следующее мгновение кто-то ударил его по предплечью, выбил из руки револьвер, подсек и повалил на асфальт.

- Никогда не выставляй перед собой оружие, если не знаешь, что тебя ждет за углом, - поучительным тоном сказал Ситников, завладев "кольтом". Он стоял возле поверженного Пузыря и смотрел на него сверху вниз как победитель. - Когда открываешь дверь, держи оружие у плеча, стволом вверх, чтобы враг не смог его выбить. Вставай!

Пузыренко послушно поднялся на ноги. Он раскраснелся и громко сопел, его белая майка промокла от пота. Вадик направил на него револьвер.

- Ну что, сосунок, не смог меня ликвидировать, силенок не хватило? - спросил он и усмехнулся.

- Рано радуешься. Я тебя в другой раз замочу, - сказал Пузырь, исподлобья взглянув на Ситникова.

- Другого раза не будет. Беги к гаражам, там разберемся, как мужчина с мужчиной.

- Не могу бежать. Сил больше нет. Лучше пристрели меня прямо здесь, на этом самом месте, - сказал Пузыренко. Он никак не мог отдышаться.

Вадик с презрением посмотрел на Витю:

- И после этого ты, слабак и растяпа, называешь себя солдатом морской пехоты? А ну-ка, бегом к гаражам, марш! - приказал он и так сурово взглянул на Пузыря, что тот повернулся и, тяжело переставляя ноги, неуклюже побежал к окраине квартала, где стояли гаражи. Вадик ни на шаг не отставал от него, держа на мушке.

- Все, - решительно сказал Пузырь и остановился, когда они оказались на пустыре недалеко от гаражных боксов. - Я больше не могу бежать.

- Можешь. Две минуты назад ты говорил то же самое, однако бежал.

- Ну и сколько я пробежал за эти две минуты? Метров тридцать?

- Вот именно. Ты тратишь силы на то, чтобы останавливаться и снова бежать, чтобы падать и вставать. Поэтому у тебя сбивается дыхание и ты устаешь. Может, тебе лучше бежать на четвереньках? Тогда ты точно не упадешь. Собаки-то никогда не падают: у них четыре точки опоры.

- Это жестокая шутка. Если я побегу на четвереньках, то упаду от стыда и позора, - сказал Пузырь. - Хоть убей, больше не побегу.

- Слабак, - усмехнулся Вадик.

Он направил ствол револьвера на толстый Витин живот, взвел курок и попытался вспомнить какую-нибудь эффектную, крутую фразу, одну из тех, которые обычно произносят герои блокбастеров перед тем, как прикончить врага. Однако в нужный момент ничего подходящего в голову не пришло, на языке вертелись лишь слова Шварценеггера из фильма "Коммандо", и Вадик произнес их, чтобы хоть что-нибудь сказать:

- Таких, как ты, я ем на завтрак.

Сказал и выстрелил. Пуля попала Пузырю в живот, и на белой майке расплылось красное пятно. Пузыренко обхватил свой живот руками и воскликнул:

- О! Как мне больно! Как больно! О!

Вадик вспомнил еще несколько фраз, которые обычно швыряют крутые парни вроде Брюса Уиллиса.

- Получай, кусок навоза! - Он снова выстрелил. На этот раз пуля попала Вите в грудь - красное пятно появилось на майке прямо над сердцем.

- О! Мне все больней и больней! О! - Пузырь покачнулся, закрыл глаза и, вытянув вперед руку с растопыренными пальцами, стал шарить вокруг, как слепой. При этом он говорил сиплым голосом: - О! Я ничего не вижу! Я ослеп! Отведите меня к окулисту!