Королева красоты - Ирина Щеглова

Мы сидели у Светки на балконе и от нечего делать рассматривали проходящих внизу людей. Родители еще не вернулись с работы. Младший брат Светки носился по двору с другими мальчишками. Так что мы были предоставлены сами себе и могли наслаждаться тишиной послеобеденного августовского дня совершенно безнаказанно.

Светкина мать, зная о наших посиделках, предусмотрительно покупала всякие печенья и карамельки, насыпала все это в большую вазу и говорила: «Это для наших крупорушек». Она так нас называет: крупорушками. Я когда-то думала, что она сочинила это слово, но потом Светка объяснила: оказывается, в деревне, где прошло детство Светкиной мамы, так называют мышей. А что, действительно, мы похожи на двух мышек, которые сидят и потихоньку грызут печенье. Правда, я не знаю, о чем при этом думают настоящие мышки. Мы же со Светкой чаще всего думаем о будущем, мечтаем о неведомой жизни, ожидающей нас за порогом школы. Не всегда, конечно, иногда мы обсуждаем текущие дела или просто болтаем о парнях, да мало ли…

В тот день мы уже успели рассказать друг другу о прошедшем лете. Светка ездила в Одессу к родственникам, она каждый год к ним ездит. Я тоже ездила к бабушке. То есть мы не виделись со Светкой месяца два. Новостей накопилось – уйма! Но за три последних дня все было говорено и переговорено, хотя казалось, что информации хватит на всю зиму, а может, останется до весны. И вот первая волна восторгов от встречи схлынула, летние поклонники разобраны по косточкам. Естественно, у каждой из нас была припасена особенная история с летними приключениями, где изощренная выдумка мешалась с правдой, причем так причудливо, что мы теперь и сами не могли разобраться: где чистой воды сочинительство, а где реальность. Одним словом, мы выдохлись от трехдневного почти беспрерывного рассказывания и потому просто сидели на балконе, жмурились на солнце и лениво перебрасывались словами.

– Смотри, в соседнем подъезде кто-то переезжает, – сообщила я.

Светка привстала и, перегнувшись через перила, несколько минут следила за разгрузкой мебели. Внизу суетились какие-то люди, до которых нам, честно говоря, не было никакого дела.

– А, – наконец равнодушно сказала Светка, – это они довезли. Заехали уже несколько дней назад. Мне мама говорила.

Она снова уселась на свой стул, откинулась на спинку и замерла.

Время текло медленно, но неумолимо. Мы заговорили о чем-то и забыли о новых соседях.

Его мы увидели на следующий день, как только вышли из дома. Он стоял у подъезда, весь такой нарочито небрежный, стройный, длинноногий, как будто его снимок только что вырезали из модного журнала и выставили в нашем дворе на всеобщее обозрение. На нем были черная футболка с какой-то надписью и умопомрачительные джинсы, толстенная цепь на бедре, глаза закрыты очками. Гардероб довершали дорогущие кеды…

– Ничего себе… – медленно процедила Светка.

– Откуда это? – удивилась я.

– Откуда… оттуда, – неопределенно ответила подруга.

Видимо, мы слишком пристально наблюдали за ним, поэтому незнакомец наконец соизволил слегка повернуть голову и встряхнуть длинной челкой, падающей ему на глаза.

Светка молниеносно отвернулась от него и схватила меня за пуговицу на кофточке.

– Говори мне что-нибудь, – шепнула она, – а то он поймет, что мы на него смотрим.

– Что-нибудь, – ответила я.

– Не время острить, родина в опасности. – Светка дернула мою пуговицу. – Он еще смотрит?

– Отбой, он поглощен собой.

Пуговица все-таки оторвалась. Светка задумчиво покрутила ее в пальцах и протянула мне.

– Извини.

– Да ладно…

– Я буду не я, если не узнаю! – сказала она.

Светка вообще мастерица все узнавать. Иногда ей действительно удается выудить весьма ценную информацию. Сама Светка скромно утверждает, что у нее сильно развито логическое мышление.

– Вот что, – сказала она, – ты иди, сядь вон там, на детской площадке, с понтом, ты за детьми присматриваешь. Твой братец там бегает, так что это почти правда.

– Твой тоже там бегает.

– Я и говорю, – кивнула Светка, – сиди и присматривай за нашими братьями.

– А ты куда?

– Я пока в магазин сбегаю.

– Мне тоже надо в магазин.

– Я тебе все куплю. – Нетерпеливая Светка подтолкнула меня к детской площадке. – Наблюдай, – заговорщицки шепнула она.

– Мне велели купить хлеб, – напомнила я и обреченно направилась к скамейке. В песочнице возилась малышня. Увидев меня, оба наших братца с радостным воплем кинулись навстречу и наперебой начали делиться своими достижениями и открытиями.

– Даша, ты будешь с нами играть? – спросил Светкин Вовка.

Я бросила взгляд на незнакомого парня. Он не двинулся с места.

– Во что? – спросила я мальчишек, усаживаясь на край песочницы.

– Ура! – заорал мой Андрюшка. – Давай, ты будешь на этой машине. – Он тут же подтащил ко мне грузовик.

– А я буду строить тоннель, – сообщил Вовка.

– Я тоже буду строить тоннель, – сказал Андрюшка.

– Нет, ты не будешь! Я первый сказал!

– Вот что, вы оба будете строителями тоннеля, а я буду возить песок, – предложила я.

Работа закипела. Я отвезла уже три самосвала песка из одного угла песочницы в другой.

Парень по-прежнему стоял у подъезда.

– Знаете, кто это? – словно невзначай, спросила я у мальчишек.

Они увлеченно рылись в песке. Услышав мой вопрос, побросали совки и одновременно посмотрели на парня.

– Это новые соседи, – доложил Вовка.

– Те, что переехали недавно? – догадалась я.

– Ага.

– Я помогал носить вещи, – важно сообщил Андрюшка.

– И я помогал.

– А я знаю, как его зовут, – похвастал мой брат.

– Подумаешь, я тоже знаю, – не отстал Вовка. Он вскочил на ноги и крикнул: – Привет, Дима!

Парень в ответ махнул рукой. Андрюшка вылез из песочницы и побежал к парню. Через минуту они оба стояли передо мной.

– Привет, – сказал парень. – Я – Дима.

– Даша.

– Моя сестра, – с гордостью добавил Андрюшка.

– А моя тоже сейчас придет, – надулся Вовка. – И принесет мне «сникерс»!

– Я тоже хочу «сникерс», – заныл Андрюшка.

Дима снисходительно посмотрел на мальчишек, полез в карман джинсов и достал пачку жевательной резинки.