Семь дней - Деон Мейер

— Но ведь вы сами поступили точно так же. Бросили тень на Макара Котко. Вы утверждали, что он убил Ханнеке Слут, а он ее не убивал.

— Нет, ее убил он! Неужели вас тоже подкупили, пока вы работали с Африкой?

— Может, позвать представителей прессы? Попробуйте убедить их в своей правоте!

— Никого вы не позовете.

— Позову. Только вы ничего не докажете. Потому что доказательств у вас нет.

— Есть! — в отчаянии воскликнул Брехт. — Ханнеке Слут приходила ко мне. Она знала о том, как он пытал людей. Она знала, чем занимается его фонд! Я показал ей документы. У них есть «свои» политики и полицейские, они держат их на зарплате! А мне приходилось проводить эти платежи. Ханнеке сказала: то, что случилось со мной, — позор. Она считала: кому-то надо рассказать СМИ о Котко, чтобы ради разнообразия хоть раз арестовали виновного. Он убил ее, потому что не хотел, чтобы правда о нем выплыла на поверхность.

— Кому-то надо рассказать СМИ? И вы думали, что Ханнеке Слут сама поступила бы так? При том, что ее фирма собиралась заработать на контракте с Котко пятнадцать миллионов?

— Он ее убил!

— У вас есть доказательства?

— Того, что я сказал, вполне достаточно.

— Вы дали ей оригиналы документов?

— Нет.

— Вы обещали предоставить СМИ оригиналы, если она предаст дело огласке?

— Нет.

— Вы можете доказать, что Котко нанял киллера для убийства Слут?

— Нет.

— Вы совершили ошибку, Самуэль. Зачем вы назвали пожилой фермерше свое второе имя? Вы знали, что на ферме хранится оружие?

Никакого ответа.

— Докажите, что Слут убил Котко. У него, как и у двоих его подручных, есть алиби. Докажите!

Никакого ответа.

Гриссел вошел в конференц-зал. Члены объединенной следственной группы ждали новостей.

Все переговаривались вполголоса. Смерть Фани Фика бросала тень на всех них. Когда вошел Гриссел, все замолчали и устремили на него выжидательные взгляды.

— Ничего, — сказал Гриссел. — Слут в самом деле приходила к нему, он показывал ей платежные документы фонда Котко. Слут, по его словам, сказала, что о махинациях Котко следует сообщить журналистам. Вот почему он по-прежнему считает, что ее убил Котко.

Кто-то выругался.

— Завтра снова начнем все сначала, — сказал Гриссел. Сейчас он мог думать об одном: о кровати. И о блаженном забытьи сна.

Все встали.

— Это правда, что тебе пришлось прострелить подушку безопасности? — спросил кто-то.

Он кивнул.

— Я боялся, что он уйдет.

Все заулыбались, качая головой.

— У него еще и телефон все время названивал, — пожаловался Купидон. — Бенни, признавайся, кто тебя домогался?

О звонке-то он совсем забыл!

— Не знаю.

Все заулыбались. Гриссел достал телефон, увидел значок голосового сообщения. Поднес трубку к уху, чтобы прослушать его.

И услышал голос Нкхеси, детектива из Грин-Пойнта:

«Капитан, извините за беспокойство, я знаю, как вы заняты. Но мне все время названивают сотрудники компании-провайдера… Им нужно попасть в квартиру Слут и проверить беспроводную связь. Это не очень срочно. Спасибо вам большое».

— Это был Томми Нкхеси, — сказал Гриссел.

— Да ладно! — удивился Купидон. — Что ему надо?

— Говорит, нужно пустить в квартиру Слут людей из компании-провайдера, чтобы проверить беспроводную связь.

— Вот как…

Они зашагали по коридору. Вдруг Купидон остановился:

— Проверить беспроводную связь?

— Ну да.

— Она у нее что, не работала?

Гриссел наморщил лоб:

— Кажется, они ее еще не провели…

— Не может быть! — сказал Купидон.

— А может, там что-то вышло из строя.

— Давно?

— Почему ты спрашиваешь?

— Потому что… Можно позвонить Томми Нкхеси?

Заметив, как посерьезнел Купидон, Гриссел вздохнул, кивнул и набрал номер.

Поговорив с Нкхеси, Гриссел сказал:

— По словам Томми, вай-фай у нее провели только в конце января. А теперь они проверяют качество сигнала во всех квартирах.

— Странно…

— Вон, объясни толком, в чем дело?

— Дай-ка мне еще раз взглянуть на снимки.

— Какие снимки?

— Снимки места преступления. Меня интересует ее спальня.

— Пойдем, они у меня в кабинете.

Они шагали бок о бок; Купидон положил руку на затылок, наклонил голову вперед. Бродячий мыслитель. Гриссел нехотя шел за ним. Ему с трудом удавалось держать глаза открытыми. Допрос Брехта лишил его последних сил.

Они открыли пухлую папку, достали фотографии. Купидон разложил их на столе.

— Вот, смотри! — Он ткнул пальцем в один снимок. На нем был стол в спальне Слут. Ее ноутбук, несколько папок, автоматическая ручка, бокал красного вина, почти пустой, айфон. Рядом стояло коричневое кресло с высокой спинкой и коричневый торшер — включенный.

Гриссел ничего не понял.

— Вон, объясни толком, в чем дело?

— Кажется, около десяти часов она послала письмо по электронной почте тому воротиле?

— Ван Эдену… да.

— Но как, Бенни, если у нее не было модема, а беспроводная связь не работала? И айфон у нее старой модели, без вай-фая!

Гриссел понятия не имел, о чем говорит его коллега. Купидон покачал головой:

— Бенни, да пойми ты, у нее не было связи. Как она могла послать электронное письмо?

— Ты хочешь сказать, что ван Эден врет?

— Нет. Она действительно отправила ему письмо по электронной почте. Шепелявый Дэвидс подтвердил.

— Я ничего не понимаю.

— Бенни, значит, в ее ноутбуке имелся встроенный модем 3G.

— Что это такое?

— Вроде сотового телефона, он выходит в Интернет по сотовой сети. Если вытащить сим-карту и вставить ее в телефон, на счету которого есть деньги, можно делать обычные звонки…

— Ага… — сказал Гриссел, начиная понимать.

— Она могла делать с компьютера звонки, о которых нам неизвестно. Или получать их. Например, ей мог звонить поганый мистер Котко… А Шепелявый ничего не заметил! Пусть он и гений, пусть тоже цветной, как и я, но, как говорится, никто не совершенен. Дай-ка я ему позвоню!