Камни бессмертия - Борис Бабкин

– В зону попадешь, там с тебя за это спросят, – усмехнулся капитан.

– И не надейся, – хохотнул Никита. – За отморозков на зоне не спрашивают. А если кто-то типа их, ответить смогу.

– Спасибо, что поступили по справедливости и по закону, – пожал руку помощнику прокурора Ляховский.

– Лично я думаю, сидеть им надо, – усмехнулся сотрудник прокуратуры. – Но вы все так подвели, что их за гражданское мужество награждать надо.

– Знаете, уважаемый, – в своей манере начал адвокат, – буду с вами откровенен. Впервые за долгие годы своей практики я доволен результатом своей работы, ибо освободил действительно невиновных. Буду говорить в открытую, – продолжил он. – Пару раз были случаи, когда, доказывая непричастность обвиняемого к преступлению, я ненавидел сам себя. Но очень велика была ставка, – кивнул он. – А в данном случае я просто помог восторжествовать закону и не более.

– И сколько за эту помощь вам отстегнули? – усмехнулся помощник прокурора.

– Не так уж и много, – засмеялся Ляховский. – Что с них возьмешь, один кредит выплачивает, другой с работы уволен, третий никак с армейской жизнью не расстанется, хотя уже несколько лет не служит. Просто попросили, и я помог. И уже это доказывает, что я работал именно по закону и просто помог восстановить справедливость.

– Ну, – подобрав полы шубы, вылез из машины Доринов, – партия целиком?

– Да, дарагой, – кивнул тот. – Все привезли. И рыба замороженная, – усмехнулся смуглый.

– Очень хорошо, – довольно улыбнулся Доринов. – Сейчас увидишь, как все это доставляют, – кивнул он вылезшему из другой машины Кадичу. И тут слева от вагончика дважды выстрелил пистолет. Смуглолицему пуля попала в левую ягодицу. Заорав, он рухнул на снег. Рядом упал парень из охраны Доринова.

– В склад, – заорал кто-то. Трое парней, закрывая собой пригнувшегося, пятившегося к складу Доринова, стреляли по вагончику. Оттуда еще дважды выстрелил ТТ. Один парень упал. Остальные, упав в снег, стреляли по вагончику.

«Чего ждешь, Дуб?» – спрятавшись за железной, стоявшей посередине печкой, думал Алексей. И тут стрельба прекратилась. Выстрелы раздавались, но стреляли в сторону склада.

– В машину его, – двое, подхватив тело Доринова, подняли его. Артур, схватившись за живот, стоял на коленях.

– Да бросьте его на хрен! – заорал он. – Труп несете! Уходить надо, тут же…

– Стоять! – раздался окрик. – Бросить оружие.

– Это вохровцы, – заорал парень. – Бей их!

* * *

– Что? – спросил в сотовый Алексей. – Ты как?

– Нормально, – услышал он стонущий голос. – Уходи. Встретимся на квартире. – И связь оборвалась. Алексей вылез в окно и побежал вдоль линии.

– Рядом с точкой ВОХР, – морщась, говорил в сотовый Дубовский, – бой. Быстрее. – Он выключил телефон и, прижав его к правому виску, поднес к телефону ствол ТТ. – В тюрьму я не пойду, – простонал он и нажал на курок.

– Вовремя, – увидев идущие на скорости две милицейские машины, кивнул Алексей. – Сейчас и ОМОН подкатит. Видно, из ВОХРа позвонили.

– Был звонок от неизвестного, – докладывал полковнику старлей. – Затем из вооруженной охраны ЖД. Там целый бой.

– Наряды какие-нибудь подъехали к месту? – спросил тот.

– Я люблю тебя, – повиснув на шее Белова, плача, шептала Лида. – Мне так плохо не было никогда. Я боялась, что потеряла тебя.

– Спасибо тебе, Лидка! – орал обнявший жену Никита. – Тебе мы тоже женщину найдем, – заверил он Бурина. Тот, подняв голову, смотрел в небо.

«Как в рай попал, – думал он. – И как люди годами в тюрьме сидят?» В кармане прозвучал вызов сотового.

– Во. – Он усмехнулся. – За эти дни как-то привык без телефона. Да, мам, – поднес он телефон к уху.

– Приезжай, – услышал он плачущий голос матери. – Алена погибла вместе с родителями. Димка у меня. Приез…

– Уже выезжаю, – кивнул он. – Мне ехать надо, – сказала он Белову. – Жена погибла, а сын у матери. Мы увидимся еще, но сейчас я уехал. В аэропорт и первым самолетом…

– Вместо посылки полетишь? – спокойно спросил Сергей. – У тебя денег на автобус нет.

– Тьфу ты, – опомнился Александр.

– Хватит? – вытащила из сумочки кошелек Лида и протянула ему пятьсот евро. – Дома оставила…

– Вполне, – кивнул тот. – Ты мужикам все объясни, – попросил он Сергея.

– Тут наркоты полно, – повернулся к вошедшему в здание склада полковнику капитан милиции, – килограммов десять, если не больше.

– А кто там? – опросил полковник.

– Доринов, – ответил капитан, – Павел Игоревич. И рядом какой-то Кадич. И трое ду́хов, – уточнил он. – Там джип стоит с астраханскими номерами, на нем, видно, приехали.

– А это кто? – кивнул на валявшегося Дубовского полковник.

– Киллер, – ответил капитан. – Сам застрелился. Мне кажется, он в милицию звонил. Второй в вагончике был, ушел. Гильзы нашли, пытались достать по следам, но жучара опытный попался. По рельсам ушел. Объявили, конечно, перехват, но где и как его найдешь. Если только оружие при нем будет.

– А в чем дело? – стоя с поднятыми руками, спросил Алексей.

– Откуда и куда? – спросил старший сержант ДПС.

– Да приехал Ярославль посмотреть, – улыбнулся Заветов. – А что, запрещено?

– Да, собственно, нет, – отдавая ему паспорт и права, качнул головой милиционер.

«На квартиру ехать нет смысла, – думал, садясь в машину Заветов. – Там ничего нужного нет. Пальцы мы все протерли. Поеду, рядом встану, вдруг Дуб все-таки придет. Хотя навряд ли», – вспомнил он стонущий голос приятеля. – Но подожду. И домой. Полинку, эту сучку, за горло взять хочется, – процедил он. – Хотя это, наверное, небезопасно, – усмехнулся он. – Поеду в Саратов к Ирке. Давно сестренку не видел. Она уже второй год зовет. Хоть племянника увижу. Точно, – кивнул он. – Если Дуб придет, вместе поедем. Нет, один. Денег он оставил прилично. Но у меня такое чувство было, что он как бы прощается. А я стреляю как Рембо, – усмехнулся Алексей. – Четверых приложил. Правда, стрелял в одного, а упал другой. Но стояли рядом. А это неприятно, когда пули свистят, – поежился он.