Дама с коготками - Дарья Донцова

Я просидела в больнице долго. Чуда непроизошло. В десять вечера Марина скончалась. Поймав такси, я поехала домой.Как же мне было тяжело! На душу словно камень лег. Я даже расплакалась, но,подъезжая к дому, утерла слезы. Не стану ничего рассказывать домашним.Поднимусь быстренько наверх и лягу в постель.

На следующий день я чувствовала себясовершенно разбитой. Проспала до обеда и еще сонная спустилась вниз, когда Маняприехала из лицея.

– Вот сегодня точно посидишь сомной, – возликовала она, – в академии полы не высохли.

Я помотала головой:

– Делай уроки, мне надо съездить вмагазин.

Мне просто необходимо было восстановитьдушевное равновесие, и я прибегла к испытанному методу. Сначала отправилась вДом книги «Молодая гвардия» на Полянке и скупила почти весь ассортиментдетективов, затем пошлялась по ГУМу, приобретя кучу ненужных вещей. Завершилапоход в любимом «Макдоналдсе». Короче, пробыла в городе до одиннадцати, пришлав себя и даже захотела спать.

Но уснуть в эту ночь так и не пришлось. Вхолле встретили взбудораженные Зайка и Аркадий. Перебивая друг друга, онипринялись выкладывать страшные новости.

Марусе позвонили из Ветеринарной академии исообщили, что занятия все же состоятся. Обрадованная девочка попросила Зайкудовезти ее до метро. Как всегда, около десяти Кешка подъехал к академии и судивлением узнал, что в здании на втором этаже покрыли паркет лаком и лекцииотменены.

Решив на всякий случай проверить, так ли это,сын побродил по первому этажу, но Мани не нашел. На втором этаже вообще никогоне было и сильно пахло лаком. Встревоженный Кешка явился домой. Они с Зайкойподумали было, что Маня приехала в академию и, узнав, что семинара не будет,отправилась к Чаловым или Хейфецам в гости. Странно только, что никому несообщила об этом по телефону. Ни Оля, ни Саша не видели Маню.

– Может, Машка возвращалась домой ипопала в аварию? – предположила Зайка. – Или пошла куда-нибудь, а намсказала, что идет на занятия.

Я заметалась по комнате. Маруся никогда неврет, вообще никогда. С самого детства – может надуться, но скажет правду.Промолчать, утаить информацию – сколько угодно. Соврать – нет. Раз сказала вакадемию, значит, туда и поехала. К тому же мы запрещаем ей пользоваться такси,а тем более частниками, хотя деньги у нее всегда есть. Мы не раз обсуждали, чтоделать в случае нападения грабителя. И я знала, дочь не станет сопротивляться,а отдаст сразу серьги, колечко и кошелек. Для насильников у нее припасенэлектрошокер. Запрещенная в России, но весьма эффективная электрическаядубинка. Аркашка привез из Америки три штуки. Маленькая, чуть больше карандаша,она поражает ударом тока. Заманить Машку куда-нибудь невозможно. Никакимипосулами. Она слишком умная и с посторонними никуда не пойдет, если дажепообещают показать коллекцию Барби.

Выпив залпом полстакана виски, я позвониладежурному по городу. Тот официально сухим голосом велел обратиться в бюронесчастных случаев, но все же поинтересовался:

– Сколько лет девочке?

– Тринадцать.

– Не надо волноваться, скорей всего,загуляла с мальчиками.

Да не гуляет Манька ни с какими мальчиками!Всех ее кавалеров – Дениску, Мишку и Сережку – после девяти не выпускают издому.

Дрожащей рукой я стала тыкать в кнопки. В бюротрубку взяли на тридцатый звонок.

– Алле, – прогнусавил раздраженныйголос.

– Девочка пропала.

– Как выглядит?

– Полненькая, волосы русые, глазаголубые, тринадцать лет.

– Особые приметы?