Париж.ru - Елена Арсеньева

Парень, сидевший на мостовой, поднял красивыебумажки и несколько мгновений тупо смотрел на них. Потом осмотрел то место, гдетолько что стояли его ролики, и даже ладонью похлопал на мостовой, пока неубедился, что их и в самом деле больше нет. После этого он поглядел на мокасиныЖерара, валявшиеся рядом. Пожал плечами, сунул деньги в карман, а кроссовки врюкзак, натянул светло-коричневые, отличной, мягкой кожи мокасины на ноги... Задумчивопошевелил ногами, потом встал и потопал, примеряясь к новой обуви и как быприслушиваясь к собственным ощущениям...

Судя по всему, ощущения были приятные, потомучто по лицу парня растеклась блаженная улыбка. Он посмотрел вслед Жерару иснова пожал плечами.

Тут он заметил Леру, окаменело стоявшуюнеподалеку и смотревшую на него широко раскрытыми глазами.

– Жё нэ компран па! – пожаловалсяпарень, подобрал рюкзак с кроссовками и неторопливо пошел прочь.

Тут Лера очнулась от оцепенения и сталавглядываться в ту сторону, куда умчался Жерар. Однако в толпе уже ничего нельзябыло рассматривать.

Он уже успел порядком подзабыть забавы юностии не сразу освоился с тем, что мир вокруг внезапно задвигался с невообразимойскоростью. Ролики, чудилось, не подчинялись его воле, а жили самостоятельной,стремительной жизнью, словно некие сапоги-скороходы, которые порой увлекалисвоего владельца совсем не туда, куда он стремился. Ноги сначала и впрямьсловно бы норовили отделиться от тела, однако Жерару все же удалось в концеконцов сладить с ними. Тело обрело прежние рефлексы на диво быстро, и большеничто не отвлекало его от черноволосой головы, мелькавшей далеко впереди.Больше всего Жерар боялся оторвать от нее взгляд и уже не найти вновь. Он дажеи представить себе раньше не мог, что люди двигаются настолько суматошно,беспорядочно! Они выныривали бог весть откуда, они непрестанно пересекалидорогу и мешали, мешали мчаться вперед! Он безумно жалел сейчас, что у него неткакой-нибудь штуки, вроде автомобильной бибикалки, которой бы он разгонял спути прохожих. Только чувство юмора удерживало его от того, чтобы не заорать вовсю мочь: «Пропустите! Пропустите!» Эдакий франтоватый мсье в развевающемсяпиджаке несется, вытаращив глаза, и орет во весь голос!

Орать было нельзя прежде всего потому, что могуслышать преследуемый. Кто его знает, вдруг он видел Жерара прежде? Нельзярисковать!

Наконец Жерар приблизился к парню настолько,что мог немного сбавить скорость. Тут они оказались перед бульваром, вспыхнул красныйсвет, можно было приостановиться и немного перевести дух. С непривычки ужезаломило спину, однако сильнее боли была тревога: а вдруг Бенуа обернется?! Необернулся, и они вновь понеслись вперед.

Куда? Что делать, если этот тип где-нибудьсядет в машину? Ну, что-что, ловить машину тоже и продолжать преследование...

Жерар вновь изумился скорости, с которойпередвигался. Вот уже площадь Сен-Мишель! Просто фантастика! Он загляделся наизумительную статую архистратига Михаила – красавца атлетического сложения,повергающего наземь дерзкого Денницу, – и в следующую минуту чуть неналетел на Бенуа. По счастью, тот остановился спиной к Жерару.

А что это он делает? Переобувается. Так,понятно. Рядом вход в метро Сен-Мишель. Жерар вздохнул с некоторым облегчением:у него уже колени сводило от этих роликов. Надо и ему поскорей переобуться...

А во что?!

Он беспомощно оглянулся. Пти-Пон, где он таклегкомысленно бросил свои башмаки, остался бог весть в какой дали. На роликахринуться в метро? Во-первых, запрещено, а во-вторых, грохотать по ступенькам,привлекая к себе внимание «гасконца»? А «гасконец» уже начал спускаться.

Жерар осмотрелся и вдруг увидел долговязогомолодого араба, сидевшего на кромке тротуара и постелившего перед собой коврик,на котором стопками лежали галабеи, куфьи[25],обручи для их поддержки на голове, какие-то украшения... Ну что бы этомуглупому бико не продавать заодно и мягкие кожаные туфли без задников – вродетех, в которые всунуты его сухопарые ноги?

Его туфли...

Жерар вдруг подлетел к арабу, предварительноскинув ролики, толкнул так, что тот запрокинулся, задрав конечности, сорвал сних шлепанцы, напялил – и ринулся прочь, не забыв кинуть на распростертое телопервую попавшуюся под руку купюру (на сей раз это оказалось всего 50 евро),однако напрочь забыв о роликах.

Он опрометью слетел по лестнице, дивясь тому,что удерживать на ногах эти разношенные шлепанцы еще трудней, чем стремительныеролики, и увидел, что «гасконец» уже прошел через турникет.

Билет! Надо еще купить билет! А к кассеочередь туристов!

Что делать?! А, была не была!

Жерар кинулся вперед и приклеился к спинепухленькой женщины, которая в эту минуту степенно проходила через турникет.Толкнул ее своим плоским животом так, что она пулей вылетела из узкого прохода,взвизгнула и только развернулась с занесенной рукой – дать пощечинунаглецу! – как Жерара и след простыл. Он скатился по лестнице на платформувслед за Бенуа, едва успел вскочить в вагон, соседний с тем, куда зашелусатый, – и поезд тронулся.

Жерар упал на сиденье и вытянул дрожащие отнапряжения ноги. Но тотчас благоразумно спрятал их под сиденье: сочетаниебледно-бежевых поношенных шлепанцев с новыми синими джинсами из «Гэпа»показалось ему жутковатым.

Слегка отдышавшись и выждав, чтобы освободилосьместо почти вплотную к стенке, перебрался туда. Здесь его ноги вообще никому небыли видны, зато «гасконец» был как на ладони, и Жерар вздохнул чуточкусвободнее.

Он начал понемногу соображать и понял, чтонаходится не в вагоне собственно метро, а в вагоне скоростной электрички, RER,которая выходит за пределы Парижа. Интересно, куда направляется этот усатыйтип? Ну ничего, скоро это станет ясно, ведь поезд мчится быстро.

Промелькнула последняя станция в кольцеметрополитена, а «гасконец» по-прежнему оставался в вагоне. Неужели он едет наюго-запад, в Медон? Роскошный зеленый пригород Парижа, место для богатых иочень богатых людей. Что может делать там этот долговязый «гасконец»? Жить?Едва ли. Судя по его облику, ему самое место в каком-нибудь Двенадцатом,Восемнадцатом или вовсе Двадцатом округе. Работать? Это возможно... А работаетэтот тип на Себастьена Морана. Вот этот-то преуспевающий нотариус вполне можетпозволить себе иметь домишко в Медоне...

Медон! Внимание! «Гасконец» выходит!

Жерар кинулся к двери, нажал на ручку,выскочил, тотчас нагнулся, сделав вид, что завязывает несуществующий шнурок нанесуществующем ботинке, выждал, пока преследуемый отошел подальше, и двинулсяследом.