Экстремист - Сергей Валяев

Пора подводить очередные предварительные итоги. Ситуация упростилась донельзя: есть конкретная группа людей, подлежащая ликвидации. И не потому, что я столь кровожаден и мстителен. Если не мы их уничтожим, они будут пытаться источить нас с древа жизни, выразимся так.

Хотя напомню, все начиналось с бытового анекдота в клозете, а заканчивается космическими войнами с НАТО.

Мог ли я в самом страшном сне представить, что генерал Орехов, друг мой и товарищ, которого я знал лет сто, продаст нас. За сколько монет серебром? За тридцать? Или больше? Какая разница?

Одно утешает, я таки почувствовал ситуацию. Собственным задом. Иначе как объяснить, зачем потащил на Объект А. Гостюшева? Во всяком случае, то, что в его чемоданчике хранится лазерная пушка я знать не знал. Равно как и то, что иуда таится рядом.

Неужели Орехов вел игру с самого начала? С первой минуты, когда я вышел из зоны. Если это так, то Никитушка абсолютно прав: я един в трех лицах. Эх, Алекс-Алекс, не пора ли сбрасывать сбрую портупеи и запрягаться в мирное сельское существование. Если вся эта история удачно закончится, пойду в подпаски к дедку Евсею. В ливадийские ковбои. Там я буду на месте с пользой для дела крутить хвосты буренкам для повышения удоев.

— Александр Владимирович, — оторвал от мрачных мыслей и радужных перспектив хакер. — А что с «Бомбой» делать?

— С какой бомбой? — спросил я невнимательно.

— С нашей… Из Пирамиды.

— Да, — задумался я над новой проблемой. — Можно её пока законсервировать, как огурец в банку. До лучших времен.

— Не понял?

— В писюк, чтобы ЛБ никто не нашел. — И нашел место шутки. — И мы тоже.

— Теперь осознал, — и удалился выполнять задание: консервировать виртуальные овощи.

Только я решил присесть, как появился садовник. С предметом в добросовестных руках. И просьбой объяснить, куда это, выявленное в клумбе, удалить. Я присмотрелся — и мой чувствительный копчик обледенел, как атомоход имени В.И. Ленина близ полюса: цветовод удерживал мину — не разорвавшуюся.

В этот напряженный момент из окон усадьбы вывалились каменные глыбы и ухнули вниз — десантник и диверсант очищали площадку для сна.

Я заорал не своим голосом и хотел запустить мину, чтобы помочь бойцам более активно обстраиваться, да услышал шум мотора. Лихо катил таксомотор, а в нем — Хулио и морпех Коля Болотный. Из экзотической Африки. На одном из них по самые уши был нахлобучен пробковый шлем. Не трудно догадаться, на чьей тыкве держался бамбуковый привет из колониального континента.

— О! Вах! Братцы! А чего у вас? Землетрясение! — восторженно кричал плантатор. — О! Колян! А нас встречают хлебом-солью!

Должно, Резо почудилось в сумерках, что его поджидает красная девица, держащая дар пшеничного поля и соляных копи. А это был я с миной.

Как бы поступил на моем месте вспыльчивый гражданин? Я же себя сдержал: аккуратно стащил с головы путешественника шлем, заложил туда мину и после этого, как дискобол, заслал спортивный «снаряд» известно куда.

Импровизация удалась — взрыв шумно и ярко пыхнул в черных кустах. Все участники праздничной встречи привычно пали на грунт. Кроме водителя таксо, который меланхолично сидел в авто, ожидая обещанного тройного счета. Он его и получил — бамбуковые ошметки заколотили по капоту, как неожиданные градины в Африке. По прокопченным черепкам аборигенов.

Надо ли говорить, что через миг авто сошло со степелей усадьбы со скоростью стратегической ракеты СС-20. В неоглядные просторы нашей родины, мирной к вечеру.

— Эге, командир, ты куда?! — удивился честный Резо. — Куда это он? Не оплатили ж. Вот чудило, вах! — И нам: — Вы чего тут без нас совсем того?..

— А вы там — без нас, — заметил я. — Прослышали о вашем геройстве.

— Поклеп, Алекс, — горячился Хулио. — Колян, скажи, что клевета?

— М-да, — поправил челюсть морпех. — Вроде ничего такого. У вас поболее разгром.

— Бомбила НАТО, что ли? — не унимался Резо.

Я отмахнулся и ушел брать уроки компьютерной грамматики, оставив группу рассказывать байки о своих героических похождениях.

Хакер трудился в поте лица: пихал ЛБ в писюк. Тот жалобно попискивал, будто ему прищемило, прошу прощения, яйца дверью.

— Как дела? — поинтересовался я.

— Изучаю вопрос, — буркнул Алеша. — Гуляем.

— Молодец, — проговорил я. — И где гуляем?

— В Пентагоне, — ответил хакер.

— Молодец, — проговорил я. — Пентагон — это… — И забыл, что хотел сказать. Потом решил уточнить: — Не понял, где мы гуляем?

— Мощнейшая штучка, — с азартом признался взломщик. — Прожигает все защиты. Фантастика!..

— И что?

— Сутки работы и Америку всю можно обесточить. Будут жить как в пещерах.

— Уверен?

— Делов-то: уничтожить всю компьютерную Сеть…

Я вдруг собственной шкурой почувствовал, что 6-ой флот USA, елозивший теплое Средиземное море, развертывается на боевой курс к нашим холодным лужам.

— Думаю, прогулку надо закончить, Алеша, — осторожно попросил я. Пока

— Почему?

— День был трудным. Надо отдыхать.

— Да? — вздохнул хакер, щелкая по клавиатуре. — Жалко. Умеем-таки мастерить.

— Умеем-умеем.

И только убедившись, что прогулка по пентагоновским лабиринтам закончилась, я сделал хакеру выволочку. С употреблением ненормативной лексики. Не доставало нам международного скандала. И бомбардировки усадьбы Б-52.

Не успел я развязать этот противоречивый узел, как по двору начал таскаться Резо-Хулио с пустой трубой гранатомета и ором утверждать, что немедленно отправляется на поиски сучьей морды Орехова, чтобы из неё сделать фруктовое желе!..

Ему поверили и принялись ловить всей группой, вырешив, что чудак перегрелся на чужом солнышке. И ловили всю ночь. Бы.

Я не дал коллективу такой прекрасной возможности блудить по аллеям парка. Вырвав «Стечкин», выпустил всю обойму. По движущей, сумасбродничающей цели. И промахнулся. Странно? Либо я так умаялся за день, либо Резо научился наконец увиливать от пуль.

Под оптимистические вопли человека, вновь познающего отечество в тернистых кустах, группа поспешила пойти спать. Чтобы встретить новый день на подъеме всех своих сил, как физических, так и душевных.

Повторяю: каждому человеку обеспечен собственный труп. Некоторые забываются, надеясь, что их могут выручить телохранители, современные системы охраны, Божья воля и так далее.

Но раньше или позже ангел-хранитель, устав от мерзостей бытового разложения подопечного, сигает от него без оглядки. И наступает время ответа за грехи. И нет такой силы, могущей остановить, выражусь выспренне, меч возмездия.