Люблю мой `Смит-Вессон` - Дэвид Боукер

– Лучше? – спросил он.

– Да, спасибо. – Лолу пришлось прикусить язык, чтобы не добавить "сэр".

– О'кей, – отозвался человек в капюшоне.

Он наподдал ногой сумку, и оттуда выкатился белый футбольный мяч, который остановился у ботинка Лола. Выглядел он как неопрятный муляж человеческой головы из папье-маше. Кожа – слишком бледная, глаза – слишком стеклянные, нет, явно не настоящая. Потом Лол вдруг сообразил, что смрад исходит как раз от головы и что волосы и щетина, обрамляющие удивленное лицо, не подделка.

– Знаете, чье это?

– Нет! – выдохнул Лол. – О Господи!

– Взгляните налицо.

– Пожалуйста. Мне нужно домой...

– Взгляните.

Щурясь, Лол заставил себя рассмотреть оплывшие черты.

– Никогда его не видел.

– Он не из "Пономарчиков"?

– Нет. Их я всех знаю.

– Даже новеньких?

– Я еще поддерживаю связь с Шефом. О Боже... прошу прощения. – Лол издал оглушительное рыгание. – Этого типа я не знаю.

– Шеф меня еще ищет? – спросил Злыдень.

– Нет. Сначала боялся. Он хотел, чтобы убийства прекратились...

– Но?

– Но многие – нет. Я хотел сказать, многие вас ищут. Пятьдесят тысяч – большие деньги.

– Думаю, вам лучше рассказать. С самого начала.

Лол ждал. Его длинное лицо сделалось пепельно-серым. Тело содрогнулось. Со стоном отчаяния он схватился за сердце и согнулся пополам. Когда он поднял голову, Злыдень уже исчез. Поглядев на ворота кладбища, Лол увидел, что к нему бежит дочь – спешит, насколько несут ее тушку толстые ноги.

* * *

В ту ночь нервы у Лола совсем расходились. Он не мог сосредоточиться ни на одной телепередаче и подскакивал от малейшего шума. Любые шорох и скрип бередили воображение, и все кровавые фантазии заканчивались одинаково.

Сначала он стоит на коленях и молит о пощаде.

К затылку приставлен пистолет.

Потом кровь и мозги фонтаном вылетают у него изо лба.

Искушение позвонить Шефу было крайне велико, но Лол цеплялся за один непреложный факт. Случай дважды сводил его со Злыднем. И дважды Злыдень оставил ему жизнь.

В "Пономарчиках" Лол так и не поднялся дальше шофера. Недотягивал даже до роли водителя на ограблении, не доверили ему и крутить баранку, когда банда ездила в дом Злыдня. Он был всего лишь шофером Малькольма Пономаря, его матери и пуделя. Возможно, поэтому и выжил. Он не солдат. Он гражданский.

Но если он скажет Шефу, что Злыдень вернулся, то станет доносчиком. А доносчики, невзирая на свой гражданский статус, как правило, умирают.

В постель Лол лег около десяти, надеясь, что сон прогонит дурные воспоминания о прошедшем дне. Но не смог заснуть. Он лежал в темной квартире, вслушиваясь в ночные звуки. Всякий раз, когда по улице проезжала машина, по стене его спальни проносились сполохи света.

Он слышал телевизор из соседней квартиры: серьезное, напыщенное бормотание журналиста из зоны какого-то военного конфликта.

Снаружи открылась входная дверь. Звякнули бутылки из-под молока. Кто-то позвал кошку.

Где-то в вышине пролетел самолет.

По далекому железнодорожному мосту прогромыхал поезд.

Такое впечатление, что, кроме него, никому на свете спать не хочется.

Лол лежал на спине, потел, нервничал и трясся.

Наконец квартал затих, и Лол задремал. Разбудил его слабый толчок. Приоткрыв глаза, он оторвал от подушки голову и увидел смутный силуэт. Кто-то сидел у его кровати.

– Мы не закончили разговор, – произнес мужской голос.

"Прошу тебя, Господи, пусть это будет сон!"

– Вы сказали что-то про пятьдесят тысяч? – не унимался голос.

Тут Лол понял, что это наяву. Что Злыдень вернулся, а с ним вонь смерти и разложения.

– Награда, – объяснил Лол.

– Какая награда?

– Малькольм Пономарь-младший назначил награду за вашу голову. Пятьдесят тысяч фунтов за информацию, которая приведет к вашему убийству или поимке.

– Почему?

– Он считает, что вы убили его отца.

– Я его отца не трогал.

– Я знаю. Но он думает, что это вы. Удивительно, что до вас это не дошло. Я думал, это общеизвестно.

– Я был в отъезде. Кажется, мне многое нужно наверстать. – Повисла тишина. – Вернемся к тому, что я вам показал. Как по-вашему, это мог быть какой-то охотник за головами?

– Да.

– Кому отдали мою работу, знаете?

– Прошу прощения?

– Не играйте со мной в игры, иначе я очень рассержусь.

Лол закашлялся.

– Шеф мне такого не рассказывает.

– Я не спрашивал, что вам рассказывает Шеф, – произнес голос из темноты. – Я спросил, что вы знаете.

Лол с трудом сглотнул.

– Могу передать лишь слухи. Только имя. Это все, что у меня есть.

– Продолжайте.

– Дух. Сокращенное от Дух Тьмы.

– Что это значит?

– Понятия не имею, – признался Лол, а про себя подумал: "Если уж на то пошло, что значит "Злыдень"?"

– Мое имя значит, что те, кто меня расстроил, обычно умирают.

Лол вздрогнул: этот монстр умеет читать мысли.

– Если расскажете кому-нибудь, что меня видели, – мягко продолжал Злыдень, – я убью вас и всю вашу семью. Вы в этом сомневаетесь?

– Нет... нисколько.

С бесконечной медлительностью тень отступила от кровати, пока не коснулась стены, в которой словно бы растворилась. Никаких шагов Лол не услышал. Никакие двери не отворились и не закрылись. Но смрад остался. Много, много времени прошло, прежде чем Лол набрался смелости сесть и нашарить выключатель прикроватной лампы.

Когда зажегся свет, первым, что увидел Лол, была белая разлагающаяся голова с пустыми выпученными глазами. Голова стояла на матрасе в изножье кровати. А на ней красовалась его фетровая шляпа.