Поцелуй на удачу - Адель Паркс

– Но он этого не делает.

– Мы можем это расследовать, – оживилась она. – Мы можем отправить предупреждения. Поставить датчики угарного газа от Совета, если владелец не выполнит требования. Мы можем предотвратить похожие трагедии в будущем в одном из его владений. Это уже что-то, да?

Тома слушал, как она пытается обелить ситуацию. Пытается все исправить, не раскачав лодку.

– Он все еще сдает трущобы, – настоял Тома. Его акцент стал сильнее, когда его захлестнули эмоции. – С тех пор, как они умерли, я пережил боль, скорбь, потерю, но я справлялся. Не жил, просто существовал. Никогда не женился снова, хотя все говорят, что стоило бы. Оставался верным, сохранял концентрацию. Остался здесь. Как я мог вернуться в Молдову к своей сестре и моим кузенам? Я не мог бы оставить моих жену и сына здесь одних. У меня нет выбора, кроме как остаться. Потом я теряю работу, переезжаю в хостел. Оказываюсь на улице. Потом, в прошлом году, кто-то дает мне крышу над головой. Я работаю на стройке за ночлег и еду.

– Без зарплаты?

– Без. Я знаю, что это эксплуатация. Но у меня нет выбора. Мне все равно. Я остаюсь там, где предложат. Это лучше, чем на улице. Но я замечаю, что на этой собственности нарушают закон. Я спрашиваю, кто владелец. Никто не знает его имени, но однажды я не прихожу на работу. Я притворяюсь, что заболел, потому что знаю – это день сбора ежемесячной арендной платы, и я вижу его, а потом узнаю. Это тот же человек. Мой старый арендодатель. Его один раз вызвали в суд, поэтому я так уверен. Я никогда не забуду его лицо. Потом я начинаю задумываться. Может, он все же знал? Может, ответственность на нем?

– Но зачем Элейн Уинтердейл брать вину на себя?

– Он заплатил ей, – Тома видел, что женщина не купилась на его теорию. Она хотела помочь, но существовал определенный предел.

– Вернитесь со мной в Бюро консультирования граждан. Мы можем разобраться в этом получше.

Он понимал, что происходит. Он был на шаг впереди нее. Она думала, что заманивает его. Она хотела, чтобы он ей доверился, и она смогла бы рассказать ему о схемах возвращения на работу, найти ему жилье получше. Ее сострадания хватало на то, чтобы хотеть помочь Тома встать на ноги. Да, она несомненно отправит предупреждения о датчиках угарного газа этому ублюдку, если сможет его выследить. У нее было развито чувство ответственности, и она хотела бы, по возможности, предотвратить похожие катастрофы. Она хорошо делала свою работу. Он кивнул и встал. Он прошел за ней через парк, обратно по улице в ее офис, уверенный, что это не он на крючке, а она.

Можно было «вытянуть» ее – этот скользкий, сопротивляющийся улов. Но он намеревался сделать ее сторонницей, убедить в правдивости своей теории, а затем воспользоваться ее офисными ресурсами, чтобы собрать сведения об ублюдке, убившем его любимых. Тома добьется правосудия. Или отомстит.

6

Лекси

Четверг, 23-е апреля

Я с нетерпением жду встречи с работниками лотереи. Моя семья считает мою сдержанность странной, но я не железная – конечно же, я радуюсь выигрышу. Безгранично радуюсь. Это, как мы продолжаем повторять себе и другим, потрясающе, фантастически, восхитительно. Эти и все остальные заезженные хвалебные слова. Однако я реалист, и я знаю, что выигрыш такого рода сопровождается разными сложностями и ответственностью. Это не могло случиться в более неподходящее время. Я пытаюсь не думать о Пирсонах и Хиткотах, потому что, когда я это делаю, сияние восторга во мне угасает. Я чувствую холод и горечь в сердце. Мне просто нужно понять процедуру, все уладить и утвердить, а потом мы сможем действительно расслабиться и насладиться нашей до смешного огромной удачей.

На выходных Джейк с детьми составили список вещей, на которые они хотят растранжирить деньги. Он очень обобщенный. Среди них были машины, дома, одежда, вечеринки, поездки и не только. Я застонала.

– Народ, это небрежный список.

Все втроем непонимающе уставились на меня. Мои дети очень похожи на своего отца: темные вьющиеся волосы, карие глаза. Они все красивые, привлекательные. Выражения лиц у них тоже были одинаковые – восторг. Нет, зачеркните это – ликование.

– По крайней мере, попытайтесь уточнять. Не пишите просто «поездки» – составьте список мест, которые вы всегда хотели посетить.

Путешествия познавательные, верно? Все это знают. Я бы с радостью одобрила путешествия. Мы поехали бы вместе, узнали бы о разных культурах, увидели бы, насколько мир большой, в конце концов.

– «Диснейленд» во Флориде, – завопил Логан. – И остановиться в лучшем отеле. Мы полетим первым классом, да?

– Конечно же, – подтвердил Джейк. – Я всегда хотел повернуть налево при посадке.

– И Мальдивы. Скарлетт Скотт летала на Мальдивы в прошлом году, и фото от туда выглядели потрясающе, – подала голос Эмили. – О боже, нет, забудьте. Нью-Йорк. Давайте поедем на шоппинг в Нью-Йорк! На самом деле – и то и то. Мы можем сделать и то и другое?

Несколько лет назад одна пара ирландцев выиграла невероятно большую сумму в Евролотерее. Я точно не помню, какую именно. Больше ста миллионов. Они мгновенно объявили, что отдадут большую часть из этого друзьям, семье и на благие нужды. Чудесный подход, достойный восхищения, очень здравый. Мы с Джейком согласились, что выплатим ипотеку его брата и купим моей сестре небольшое жилье. Она так и не смогла обзавестись недвижимостью, потому что живет своего рода скиталицей, поездившей за годы по всему миру. Мы отправим моих родителей в кругосветный круиз. Восхитительный и шикарный. Хотя, если подумать, мой отец ужасно страдает от морской болезни – мы когда-то поплыли в Кале на пароме, и это было так же омерзительно, как фильм Тарантино, – поэтому круиз, наверное, не лучшая идея для них. Может быть, сафари. Или теперь, когда им уже за семьдесят, это немного чересчур? Несколько недель в роскошном гнездышке на юге Франции подошли бы. Меня охватывает сожаление. Если бы только родители Джейка тоже были живы. Мысли врываются в мою голову, но я не могу удержать ни одну дольше, чем на мгновение. Есть другие люди, которым выигрыш помог бы. Существует бесконечное количество достойных благотворительных организаций и людей. Джейк согласился, что нам не нужно все оставлять себе. Мы не должны. Никому не нужно столько денег, но многим