Мученик - Рори Клементс

— Давай, Шекспир! У тебя нет никаких доказательств, даже малейших, но еще раньше тебя обвинят в блуде и колдовстве. Обещаю помочиться на твой висящий в петле труп!

Дверь захлопнулась. Шекспир стоял на улице, и его трясло. Над ним возвышалось Вестминстерское аббатство. Казалось, в воздухе еще парит надежда, но на булыжной мостовой от нее не осталось и следа. Убийца будет разгуливать на свободе по всему Лондону, арестовывая людей и предавая их пыткам, когда вздумается, а его, Шекспира, ждет весьма туманное будущее.

Болтфут Купер забросил свой каливер за плечо.

— Господин, пора ответить огнем на огонь.

Его слова выбили Шекспира из мрачного оцепенения.

— Ты о чем, Болтфут?

— Я найду тех бродяг. Если будет нужно, я побываю в каждой из четырнадцати лондонских тюрем и снесу все замки, чтобы найти их. А вы должны найти ведьму Дэвис и ее шлюху.

— Спасибо, Болтфут. Хорошо, что хоть один из нас может сегодня мыслить ясно.

Когда под ярким весенним солнцем они отправились прочь, Шекспир заметил, что к двери дома Топклиффа подошла молодая женщина с миловидным лицом и светлыми волосами. У нее в руках был сверток, похожий на младенца в пеленках.

Шекспир взял шлюпку от пристани Вестминстера и направился вниз по течению к причалу Сэнт-Мэри-Оувери, затем прошел полмили к улице, куда его заманила мамаша Дэвис и Изабелла Клермон. Он знал, что за ним следит подмастерье Топклиффа, Джонс, и еще один человек, более крепкого телосложения. Шекспир понимал, что времени у него мало: Топклифф заставит магистрата Янга как можно скорее выписать ордер на его арест. Из Ньюгейтской тюрьмы Шекспир ничего не сможет сделать для Кэтрин или Томаса Вуда.

В доме, где он встретился с мамашей Дэвис и ее проституткой, было темно и безлюдно, окна были закрыты ставнями, а двери заперты. На закрытой на засов двери висело объявление, что здание сдается внаем. Когда Шекспир взглянул на пустые окна, Джонс и его спутник принялись насмехаться над ним.

— Что, Шекспир, шлюха нужна? А как насчет той сочной чернокожей бабенки? Или можешь развлечься с моей сестрой за полкроны. Уж она тебя оседлает, будь уверен.

Мимо шел торговец, толкая перед собой тележку, доверху наполненную пухлыми тюками из рогожи. Шекспир остановил его и дал ему пенни.

— Чей это дом?

Человек выпустил из рук тележку и, взглянув на Джонса и его спутника, спросил:

— Друзья?

— Никоим образом.

— Хорошо. Видал я здесь того, что помладше с разбитым носом, он мне сразу не понравился. Это прекрасное здание принадлежало одному испанскому дворянину. Он привозил вина из Португалии и других стран. Я иногда помогал ему, когда прибывал корабль. Но, как оказалось, он помогал католическим священникам, и его отправили из страны туда, откуда он приехал.

— А теперь?

— А теперь, сэр, дом пустует в ожидании новых жильцов.

— В доме кто-нибудь появлялся в последнее время?

— Это не моего ума дело. Дом конфискован по суду.

— У кого ключи?

— Должно быть, у нового владельца. Некто Ричард Топклифф из Вестминстера, знаменитый охотник за священниками, который, как поговаривают, нажил несметные сокровища, пуская кишки молодым католикам. — Торговец рассмеялся.

Это был тупик. Топклифф дал мамаше Дэвис ключи от дома, чтобы та устроила для Шекспира западню. Оставалась только одна надежда. Быстро шагая вдоль берега Темзы в западном направлении, неотступно преследуемый Джонсом и его спутником, он направлялся в «Клинк», длинное двухэтажное каменное строение, располагавшееся через улицу от реки по соседству с лондонской резиденцией епископа Винчестерского.

Уличные продавцы с корзинами пирожков и пирогов, хлеба и жареной дичи торговались с заключенными, сгрудившимися у зарешеченных окон и протягивающими через узкие щели между решетками руки с монетами, чтобы заплатить за еду. Повсюду раздавались крики. Шекспир заколотил в тяжелую дверь. Надзиратель, невысокий человек с нездоровой бледностью на щеках и постоянно облизывающий губы, словно змея, с подозрением оглядел Джона. Именем королевы Шекспир потребовал привести Старлинг Дей и Парсимони Филд.

Тюремщик косо посмотрел на него.

— Они здесь, молодой человек, но их компания обойдется в два шиллинга. Они назначат ту цену, которую захотят, а я свои два шиллинга хочу получить сейчас.

— Ты что, тюремщик, не слышал, что я сказал? Я сказал, что пришел по делу государственной важности.

— Заплатите мне два шиллинга, и они исполнят любые ваши желания, выудив у вас все до последнего гроута. — В гневе Шекспир сунул ему в руку монеты. Джонс следовал по пятам, и Шекспир хотел избавиться от соглядатая. Другой его преследователь куда-то исчез, возможно, чтобы сообщить что-нибудь Топклиффу и Янгу. — Тюремщик, ты хотя бы понимаешь, что можешь лишиться работы за то, что требуешь с посетителей деньги и превращаешь тюрьму в публичный дом? Я не прочь похлопотать о том, чтобы ты предстал перед епископом Винчестерским.

— Как вам будет угодно, сэр. Думаете, что они сделают хоть что-нибудь, что может помешать им получить свои денежки? — Он взглянул поверх плеча Шекспира на Джонса. — А ваш юный друг пойдет с вами? Тогда давайте мне еще шиллинг, и я и его впущу.

Шекспир вручил тюремщику еще два шиллинга.

— Это не за то, чтобы пропустить и его, а за то, чтобы он ни за что сюда не вошел.

— Как пожелаете, господин. — Он схватил Шекспира за рукав камзола и втащил его внутрь, и только Джонс просунул следом правую ногу в проем, тюремщик закрыл за собой крепкую, в четыре дюйма толщиной, дверь. Джонс завопил от боли, когда тяжелая деревянная дверь зажала ему колено.

К удивлению Шекспира Старлинг и Парсимони устроились в лучших камерах тюрьмы «Клинк» не хуже жен купцов. Они расположились в двух больших комнатах с перинами на кроватях и не испытывали недостатка ни в вине, ни в еде.

— Ах, господин Шекспир, — начала Старлинг, — чего изволите в этот прекрасный день? Мы здесь отлично устроились, словно две пчелки в меду.

Шекспир в некотором изумлении оглядел камеру. Она походила на комнату в дорогой гостинице или на постоялом дворе. Камеру освещало множество восковых свечей, а кровать была застелена изысканным бельем. На щеках Старлинг играл румянец, она явно хорошо питалась.

— Вижу, что для заключенной тебя снабжают слишком хорошо. Я пришел освободить тебя при одном условии: ты расскажешь мне, где находится проститутка по имени Изабелла Клермон и сводня мамаша Дэвис.

— Никогда о них не слышала. Попробуйте спросить у Парси. Она знает всех девочек.

Дверь Парсимони была закрыта. У нее был очередной клиент. Две минуты спустя дверь открылась, и из нее вышел краснолицый, упитанный мужчина. На нем была дорогая одежда придворного, которую он спешно приводил в порядок. Он мельком встретился взглядом с Шекспиром и быстро отвел глаза. Парсимони оставила дверь открытой.