Ключ к волшебной горе - Антон Леонтьев

Настал судьбоносный 1972 год. Первичные выборы выявили безусловного фаворита – сенатора Алека Фицджеральда.

В июле Кэтрин сказала мужу, что снова беременна. Этой новости безумно обрадовался Патрик.

– Жаль, что роды придутся на февраль следующего года, – высчитал он. – Вам надо было подойти к этому вопросу более оперативно. Жена кандидата в президенты, рожающая перед самыми выборами, принесла бы нам массу голосов! Или, может, тебе пойти на кесарево?

Так старик шутил. Патрик любую ситуацию умел использовать себе во благо. Кэтрин с округлившемся животом показывали по всем телеканалам, страна обсуждала не политические платформы кандидатов, а то, кто появится на свет – мальчик или девочка. Патрик умело управлял общественным интересом, отвлекая внимание от истинных проблем и выдвигая в центр беременную Кэтрин.

Кэтрин присутствовала на званых обедах, посещала школы, больницы и университеты, вместе с Алеком ездила по стране. Ее и сенатора встречали громовыми аплодисментами, и Кэтрин знала – в первую очередь они предназначались именно ей.

– Ты обязан своим президентством именно Кэтрин, – сказал как-то в минуту откровенности Патрик своему сыну. – Она идеальная жена!

Как и предполагалось, в начале сентября на конвенте демократов в Лос-Анджелесе подавляющим числом голосов Алек был номинирован как кандидат в президенты. Кандидатом в вице-президенты стал опытный сенатор из Техаса – он являлся другим конкурентом. Патрик предложил нейтрализовать его, сделав вторым человеком в тандеме. Схватка за Белый дом вошла в решающую стадию. До выборов оставалось всего два месяца.

Алек принял участие в телевизионных дебатах со своим противником и все три поединка выиграл. Его конкурент, пожилой, одутловатый, вечно врущий президент, экс-алкоголик, ударившийся в баптизм, сторонник кровопролитной войны, не мог соперничать ни в красноречии, ни в элегантности, ни в остроумии с молодым сенатором Фицджеральдом.

Неожиданно несколько газет опубликовали пикантные подробности: бывшие любовницы Алека рассказывали о том, как, где и сколько раз занимались сексом с сенатором-претендентом. Картинка «верного семьянина» и «любящего мужа» грозила покрыться трещинами.

Во время визита в Техас Кэтрин, выступавшая перед многотысячной аудиторией, заявила, что любит мужа и не верит инсинуациям. Облаченная в платье лимонного цвета, которое подчеркивало ее беременность, она произнесла со слезами на глазах:

– Я люблю своего мужа, я люблю своих детей, и я люблю свою страну! Как и вы! Я знаю, что Алек Фицджеральд именно тот человек, который нужен нам как президент!

После окончания представления, гениально срежиссированного Патриком и лучшими технологами-выборщиками, Алек нежно поцеловал Кэтрин и сказал:

– Дорогая, мне придется задержаться, надо обсудить кое-какие предстоящие мероприятия с главой моего предвыборного штаба.

Кэтрин не сомневалась, что на самом деле Алек окажется в постели с очередной смазливой девицей. Она поняла, что переделать мужа невозможно.

Весь сентябрь и октябрь они путешествовали по стране, посещая в первую очередь так называемые «подвешенные» штаты, то есть те, где избиратели до конца не определились в своих политических предпочтениях. В задачу предвыборного штаба Алека входило заручиться поддержкой жителей и привлечь их на свою сторону.

Опросы показывали, что уровень популярности у президента и сенатора Фицджеральда примерно одинаковый, колебания достигали одного-двух процентов. Это означало, что итог голосования совершенно непредсказуем.