Проклятие Кеннеди - Гордон Стивенс

— Чтобы он был поосторожнее с тем, насчет чего я советовал разведать. Я позвоню ему, как только смогу.

Если Митч собирается вернуться сегодня после полудня, то он, наверное, уже встал, подумал Джордан.

— Хорошо, сейчас попробую.

— Как я уже сказал, я ни в чем не уверен.

Он вышел из гостиной и присоединился к семье. Франческа говорила с Умберто. Хазлам подошел к ним и дал Франческе визитную карточку, на которой стояли номер его домашнего телефона в Херефорде и телефона в вашингтонской квартире. Вдруг она или девочки окажутся в Англии, сказал он, а то и в Америке. Спасибо, кивнул Умберто. Франческа тоже. Он поцеловал ее в щеку и покинул дом.

* * *

Полшестого утра, и на Уокерс-Кей все еще наверняка спят; в полшестого утра кто-нибудь может еще только возвращаться со вчерашней вечеринки. Тем не менее Джордан спустился вниз, посмотрел в справочник и позвонил на остров. Никто не подошел. Я ни в чем не уверен, сказал Хазлам. Но Хазлам все-таки позвонил ему и велел, чтобы Митч соблюдал осторожность. Джордан подождал пару минут, нажал на рычаг и набрал номер снова.

Митчелл прикинул, что будет в Сент-Люси в семь. Пройдет таможню и иммиграционную службу, дозаправится, возможно, перекусит в «Керлис». Вылетит в восемь или восемь тридцать и доберется до Чарлстона к одиннадцати. Заправится и прилетит в Вашингтон к половине четвертого; в пять он уже будет сидеть за своим столом на Холме. Пирсону звонить без толку: он наверняка уехал на побережье вместе с Эви, а может, присоединился к Донахью на Виньярде.

Он взял себе апельсинового сока и булочек, оставленных шеф-поваром, сварил кофе и уселся на верху лестницы, ведущей вниз, к пристани. Утро было тихим и мирным: в вышине летало несколько чаек, вот и все. Кругом еще спали — как в гостинице, так и на катерах у причала.

Вдруг тишину прорезал телефонный звонок. Митчелл поднялся, чтобы ответить, затем вспомнил, что звонит телефон в конторе, а контора еще заперта. Наверное, не туда попали; кто же станет звонить на Уокерс-Кей в половине шестого утра.

Звонки прекратились. Он спустился по лестнице и сел на причале. Насладись этим зрелищем напоследок, сказал он себе. В феврале следующего года выбраться сюда не удастся: тогда они будут готовиться к первичным выборам. В августе тоже: тогда будет партийный съезд. Да и следующей зимой ничего не выйдет: в том январе Донахью предстоит принести присягу в Белом доме. В тот день надо будет обязательно захватить с собой дочку, подумал он.

Он снова поднялся по лестнице и оставил в кухне тарелку со стаканом. Телефон зазвонил опять. Митчелл прошел мимо конторы, забрал свою сумку и покинул гостиницу.

Утро задержалось на тонкой грани между ночной прохладой и теплом нового дня. Он сунул под дверь иммиграционной службы конверт с документами, открыл «стрелу», бросил сумку на заднее сиденье и начал предполетный осмотр. В утренней тишине телефон зазвонил снова.

* * *

Джордан пришел к себе в офис в половине восьмого. Каждые пятнадцать минут после звонка Хазлама он пробовал дозвониться на Уокерс-Кей. В семь сорок пять позвонил снова и почувствовал облегчение, когда трубку неожиданно сняли.

— Доброе утро. Можно поговорить с Митчем Митчеллом?

Он ожидал услышать в ответ, что Митчелл завтракает; не будет ли он любезен подождать, пока его позовут?

— Извините, мистер; он уже съехал. — Голос был спокойный, напевный; неплохо бы и самому как-нибудь слетать на Уокерс-Кей, подумал Джордан.

— Когда? — спросил он.

— Точно не знаю. Тогда все еще спали.

— Вы не ошибаетесь?

— Могу проверить.

— Если не трудно.

Он подождал.

— Да, Митч съехал. Счет подсунул под дверь, номер освободил.

Около шести — Джордан прикинул в уме, — примерно семь часов лету да еще пара на дозаправку и прочие мелочи. Митч должен быть в Вашингтоне под вечер.

— Спасибо за помощь.

В час, на тот случай, если Митчелл улетел раньше ожидаемого, Джордан позвонил к нему на катер и на работу, именно в таком порядке. В два он позвонил в Лисберг, через час — еще раз туда же. В четыре он связался с летной базой в третий раз.

Семь часов в полете и два на земле — так он рассчитал. Если Митчелл вылетел в шесть, пора бы ему уже прилететь. Правда, расчетное время только-только вышло. В гостиницу он дозвонился в семь тридцать-семь сорок пять. Допустим, что ответивший ему дежурный только что пришел; значит, Митч мог вылететь и после семи и в данный момент находиться в воздухе, где-нибудь между Чарлстоном и Вашингтоном, держа связь сначала с Вашингтонским летным центром, затем с диспетчером в Далласе.

В пять он позвонил на летную базу в четвертый раз.

— Извините, но пока никаких вестей, — сказал ему оператор. — Может, он решил остаться.

— Может быть.

Он проверил номер и вновь позвонил в гостиницу на Уокерс-Кей.

— Здравствуйте, я насчет Митча Митчелла.

— Это вы звонили утром?

— Да. Слушайте, я помню, что к нему в комнату вы заглядывали, но нельзя ли посмотреть там, где был его самолет?

— А что случилось?

— Да ничего, просто мы с ним не договорились наверняка, когда его ждать, а у него сегодня вечером деловая встреча.

— Ладно, мистер. Перезвоните минут через десять.

— Хотите, чтобы я описал его самолет?

— Не надо; сейчас здесь больше ни у кого «стрелы» нет.

— Спасибо.

Вниз по лестнице к пристани — Джордан видел фотографии тех мест, — потом вверх по склону к началу дороги, где стоят конторы иммиграционной и таможенной служб. Через девять минут он позвонил снова.

— Извините, мистер; он улетел. Самолета нет. И снялся, видать, рано: я говорил с девушкой из иммиграции.

— Еще раз спасибо.

Так где же ты, Митч, что тебя задержало?

Возможно, это пустяки, сказал Хазлам, просто посоветуй ему быть осторожнее. Он сверился со справочником и позвонил диспетчеру летной базы во Фрипорте.

— Добрый вечер. Я хотел бы узнать, в котором часу «стрела» номер «Ноябрь 98487» покинула Уокерс-Кей. Это должно было произойти сегодня утром.

— Когда примерно? — Голос диспетчера был спокоен.

— Между пятью тридцатью и восемью ноль-ноль.

Последовала тридцатисекундная пауза.

— Мне очень жаль. Насчет «стрелы» с Уокерс-Кея нет никаких записей.

— Спасибо. — Он еще раз заглянул в справочник, позвонил в летный центр Майами и спросил дежурного.

— Добрый вечер. Это Куинси Джордан из Вашингтона. Мне надо установить, когда «стрела» с хвостовым номером «Ноябрь 98487» покинула Уокерс-Кей через Фрипорт и пересекла границу США под вашим контролем. Это было сегодня утром.