Зимний убийца - Джон Сэндфорд

И тут загрохотала М-16 — две очереди, одна за другой, ушли в сторону деревьев.

— Внимание, слышна стрельба, — ожила рация.

— Что происходит? Что происходит? — спросил Карр.

«Снегоступы, нужны снегоступы».

Машина Лукаса застряла в сугробе. Он побежал к ней, бросив взгляд в сторону снегохода Хэлпера, и увидел девочку с золотыми волосами. Она барахталась в снегу, пытаясь встать. «Ранена?»

Лукас повернул к ней и нажал кнопку передачи.

— Преступник уходит в направлении дороги, углубляется в лес. Девочка здесь; мы у ручья, под мостом. Ищем его. Мы стреляли в него, возможно, он ранен.

Джинни Харрис сидела на корточках рядом со снегоходом Хэлпера, ее волосы сияли золотом в свете фар. Она смотрела в сторону деревьев, за которыми скрылся Убийца. Потом девочка увидела, что к ней бежит Лукас, по колено проваливаясь в снег. Джинни посмотрела на него, ее глаза широко раскрылись, и Лукас вдруг представил себе лису, попавшую в капкан.

Девочка с золотыми волосами оставалась возле снегохода, пока полицейский стрелял в сторону леса. Он выглядел угрожающе — человек в черном, с большим пистолетом, подпрыгивающим в руке. Затем Джинни услышала дробный грохот, и огненная струя, подобно пальцу Бога, устремилась к Убийце.

Первый полицейский что-то сказал ей, но она не слышала его. Джинни Харрис видела, как человек шевелит губами, затем поднимает руку. Он собирается стрелять? Она перекатилась в сторону.

Девочка откатилась от Лукаса.

— Все в порядке, не бойся! — крикнул он.

Но она откатывалась все дальше, в ее руке появился блестящий предмет, похожий на хромированную игрушку.

Револьвер двадцать второго калибра, оружие за пятьдесят долларов. Дурацкая хлопушка, способная только на одно — убивать людей, совершивших ошибку. Лукас, наклонившийся вперед, чтобы протянуть девочке руку, увидел дульный срез и за мгновение до выстрела почувствовал стыд: как он мог так попасться? В последний момент он попытался сместиться в сторону. Вспышка!

Пуля ударила его в горло, как тяжелая оплеуха. Он замер, еще не понимая, что произошло, услышал другие выстрелы, но они звучали необычно: мягче, словно где-то далеко. Очень далеко.

В темноте сверкнула молния, которая отбросила девочку на снег, а потом и сам Лукас повалился на спину. Он не почувствовал, как подогнулись ноги. Его голова оказалась ниже туловища — он упал на пологий склон, от удара воздух вырвался из легких. Лукас хотел сделать вдох и сесть, но ничего не получилось. Казалось, кто-то вставил в его дыхательное горло резиновую пробку. Лукас пытался подняться, но тщетно.

Он ощущал на лице снег, похожий на песок. Во рту появился резкий медный вкус крови. И весь остальной мир: звуки, запахи и картины превратились в прямоугольник размером с коробку для обуви, который постоянно сжимался.

Он слышал, как кто-то говорит:

— О господи, в шею, позовите врача! Где доктор, она все еще едет с кем-то?

Через несколько секунд перед его глазами возникла тень и послышался другой голос:

— Господи, он мертв, мертв, посмотрите ему в глаза!

Но Лукас видел все вокруг. Он различал усыпанные снегом ветви, чувствовал, как его несут, ощущал, как меняется угол зрения, когда кто-то посадил его, и еще он ощущал — нет, слышал, — как кто-то его зовет.

И все это время прямоугольник становился все меньше и меньше…

Некоторое время Лукас боролся со смыкающимися стенами, но его привлек далекий источник тепла, и он почувствовал, как разум устремляется к нему. Тогда он расслабился, и стены прямоугольника почти сомкнулись, оставив территорию размером с почтовую марку.

Лукас больше ничего не видел, не ощущал снега на лице и вкуса крови.

Только услышал единственное слово, которое показалось ему не более чем обрывком строки из газеты:

— Нож.