Бехеровка на аперитив - Данил Корецкий

Блошиные рынки всюду одинаковы – и в Тиходонске, и в Москве, и в Праге… Ряды, где продают живность: рыбок, хомячков, кошек, собак; поблизости торгуют всевозможными поделками: неважными картинами, деревянными шкатулками, гипсовыми оленями, совами, копилками в виде довольной и богатой свиньи; обязательно есть и местечко, где продают подержанные вещи.

– Это что, настоящее? – спрашивает сухопарый, пожилой белоголовый немец, осторожно трогая портфель, лежащий на потертых досках, явно не привыкших к дорогим товарам.

– Конечно. Настоящая крокодиловая кожа, – смиренно отвечает стоящий за прилавком Геннадий Поленов. – Посмотрите с изнанки, там это хорошо видно… Всего восемь тысяч крон…

Чуть более полная пожилая спутница с фиолетовыми волосами следует моему совету, затем подкатывает глаза и что-то шепчет мужу в большое, заросшее седыми волосами ухо.

– Даст ист фантастиш… – доносится до обостренного слуха бывшего белого сахиба.

«Поняла, что очень дешево… Может, набавить? Ладно, черт с ним, пусть пользуется…»

Белоголовый достает деньги.

– А зажигалка? «Монблан», вот фирменный знак… Не курите? Очень похвально! Тогда перчатки. Натуральная лайка…

– О, «феррари»? – оживляется немец. На строгом лице появляется отблеск улыбки.

Я тоже многозначительно улыбаюсь и киваю. Дескать, мы-то друг друга хорошо понимаем…

– И «ламборджини»…

Вряд ли владельцы «феррари» ходят по блошиным рынкам. Справедливости ради надо сказать, что это в полной мере относится и к владельцам «ламборджини». И, тем не менее, купля-продажа престижных апельсиновых перчаток состоялась.

Довольная немецкая пара уходит, зато тут же появляется компания соотечественников. Молодой, довольно упитанный парень со свиными глазками и в турецкой майке «Адидас» интеллигентно интересуется зажигалкой:

– Чо, правда фирма́? Или гонишь?

– Зуб даю! Вот, смотри. – Я показываю белую шестиконечную звездочку. – Знаешь, что это? Это вершина того самого Монблана успеха и материального благополучия, которого достиг обладатель столь престижной вещи…

Земляк заинтересованно сопит, но боязнь «кидка» его не покидает.

– Какого еще Монблана?

– Гора такая есть! И всего за пять тысяч крон. А вот часы, «Лонжин» – швейцарские, их самые крутые бизнесмены носят… За пятнадцать тысяч отдам!

Свиноглазый почесывает живот и с превосходством улыбается.

– Китайскую штамповку ты лохам впаривай! А чиркалку эту, со звездочкой, я возьму. Три тыщи, не больше. Это тоже подделка, но сделана клево, буду лохам лапшу вешать…

«Ты и есть первостатейный лох!» – вертится у меня на языке, но я сдерживаюсь, почтительно принимаю купюры и вежливо говорю:

– Покажите ее в любом магазине, вам подтвердят подлинность…

Соотечественники, довольно гогоча, движутся дальше. Слева шумно торгуют якобы золотыми украшениями теплицкие цыгане, справа продает солнечные очки какой-то араб, дальше разложил бусы и куклы ямайский негр. Вот они – зигзаги судьбы! Гурман и сноб Дмитрий Полянский в окружении маргиналов распродает собственные вещи…

Какой позор… Видели бы меня сейчас Галочка или Лера… Хотя, с другой стороны, ничего зазорного тут нет, недаром говорят: не зарекайся от сумы и от тюрьмы… Тьфу, тьфу! Я стучу по дереву.

* * *

Судьба сделала коварный зигзаг пару часов назад, когда выяснилось, что спектакль не закончился, потому что неожиданно к пьесе добавили еще несколько действий. Надо было раздвигать занавес и вновь, изображая радостную улыбку, выходить на авансцену.

Тщательно обшарив карманы своего костюма, я, наконец, обнаружил две смятые бумажки: чеки с бензоколонки, найденные в опустевшем логове анаконды, выставленном на продажу за 670 тысяч евро.

Тщательно разгладив, всматриваюсь в слабо пропечатанные кассовым аппаратом синие цифры. 16 июня в 15.50 некто купил 60 литров бензина, заплатив при этом 1980 крон. Выходит, по 33 кроны за литр. Такова цена «А-95».

18 июня в 16.30 – очередная заправка: 60 литров, еще 1980 крон. Для маленькой экономной Чехии – это чудовищный расход бензина и непомерные траты. Здесь средний автовладелец пользуется девяносто вторым бензином или дизтопливом и сжигает на своей «шкоде фабии» или «ниссане микро» 60 литров в месяц…

А вот «BMW-X5», на котором ездит Лазарев, жрет 12–15 литров «А-95» на сотню! Значит, за два дня он намотал около 1000 километров! Причем как раз в те дни, когда анаконда почувствовала опасность и обустраивала себе новое логово! Что ж, пожалуй, все сходится…

Я спустился на рецепцию, попросил у симпатичной молодой брюнетки с короткой стрижкой карту Чехии и счет. Карту получил немедленно, а со счетом вышла заминка: прокатав несколько раз мой красивый золотой «Мастер Кард», брюнетка подняла на меня встревоженный взгляд голубых глаз:

– Извините, пан Поленов, но ваш счет заблокирован…

Вот тебе на! Какой негодяй этот Будницкий! А я только-только вжился в роль и научился красиво и значительно подавать золотую карточку, как и подобает богатому белому сахибу! Впрочем, чего ожидать от прожженного банкира? Если бы он не закрывал немедленно счета уволенных работников, то, в лучшем случае, служил бы в концерне «Бета-групп» швейцаром…