Не доверяй никому - Дебра Уэбб

Мысль о том, что список может продолжить Амелия, приводила Керри в ужас.

– В любом случае, – решила она, – полагаю, нам надо сосредоточиться на единственных оставшихся у нас подозреваемых, пока они живы и никуда не исчезли.

– Йорк и Томпсон, – согласился Фалько.

Он повернулся к ней и спокойно заговорил:

– Эта парочка либо продолжит в том же духе, – он дернул головой в сторону комнаты, – либо закончит тем же.

И если Амелия была в этом замешана, как минимум один из них, а скорее всего, оба знали, где она находится.

Они с Фалько только вышли из дома, как у нее снова завибрировал телефон. Она посмотрела на экран.

Джен.

Керри захлестнула новая волна тревоги.

Паб «О’Малли»

Моррис-авеню

Едва пробило пять, а в «О’Малли» уже полно народу. В пятницу люди стремятся пораньше начать выходные. Керри высматривала рыжую голову подруги между барной стойкой и столиками.

Джен позвонила и попросила ее о встрече в этом пабе. Она настояла на том, что это что-то срочное, что не может ждать. Дел у них с Фалько в данный момент не было, и хотя с начала расследования прошло десять дней и они собрали огромное количество деталей и разработали множество версий, по сути, у них до сих пор не было ничего, что могло бы привести их к следующей стадии – арестам.

И шеф полиции только что велел им оставить в покое главных подозреваемых.

Они с Фалько быстро приняли решение игнорировать этот приказ.

Единственный плюс звонка Джен заключался в том, что он не имел отношения ни к Диане, ни к Амелии. Здесь никаких изменений. Как бы Керри ни стремилась найти свою племянницу, она была благодарна за отсутствие плохих новостей. Как говорится, иногда отсутствие новостей – это хорошая новость.

Вот только не в случае расследования убийства.

Наконец Керри заметила Джен. Она сидела за столиком в самом темном углу со стаканом «Лонг-Айленд айс ти», увидев Керри, она сдержанно помахала ей. Независимо от того, что происходило вокруг нее, Джен всегда выглядела потрясающе – от прически до сексуальных зеленых туфель на шпильках. В Бирмингеме она могла бы быть настоящей звездой.

Керри подошла к столику, и Джен встала, наклонилась, чтобы обнять ее. Когда они сели, подошел Фалько.

– Джен, это мой напарник Люк Фалько, Фалько, – Джен Уиттен.

Джен, которая, сколько Керри себя помнила, была частью ее семьи, одарила его одной из своих фирменных улыбок.

– Приятно познакомиться, детектив Фалько. – Она протянула ему руку.

Фалько пожал ее.

– И мне приятно, Джен.

– Керри, есть кое-что… – Керри вдруг поняла, что ее подруга готова вот-вот разрыдаться. По щекам у нее потекли слезы.

– Что случилось? – Керри взяла ее за руку. Кажется, она почти исчерпала лимит тревоги.

Подошла официантка, и Фалько заказал пару стаканов пива.

– Со вчерашнего утра я только об этом и думаю. Меня не покидает плохое предчувствие – уже несколько дней, но я не знала, как тебе сказать. А теперь у меня не осталось выбора.

– Просто скажи мне, Джен. Что бы ни случилось, мы разберемся.

Джен облизала губы и вздохнула.

– Это насчет Тео Томпсона.

Керри нахмурилась. В списке потенциальных проблем, которые промелькнули у нее в голове, эта даже не значилась.

– Ты что, видела Томпсона где-то еще, помимо теленовостей? На работе что-то услышала?

Джен допила свой коктейль и сложила руки на груди.

– Мы с Тео знакомы, уже два года.

Керри ушам своим не поверила. Джен? Женщина, которую Керри знала так же хорошо, как свою родную сестру, была связана с их главным подозреваемым в расследовании. Она не поняла.

– Насколько знакомы?

Джен опустила глаза.

– У нас роман.

До Керри не сразу дошел смысл ее слов, а когда дошел, потряс ее до глубины души.

– Продолжай.

– В последние две недели он ведет себя странно. Сначала я думала, это просто стресс от предвыборной кампании, но потом я случайно услышала пару телефонных разговоров, которые не дают мне покоя.

– Телефонных разговоров с женой? – Керри сразу осознала горечь своих резких слов. Но Джен, изо всех людей… она-то должна была понимать, через что прошла Керри после измены мужа…

Керри взяла себя в руки. Она должна была ее выслушать по многим причинам.

Джен покачала головой, вытерла глаза.

– Я не знаю, с кем он разговаривал, но там была какая-то проблема. Что-то плохое.

Керри почувствовала острое разочарование.

– Если ты не собираешься поделиться чем-то криминальным, я не уверена, что тебе следует разговаривать именно со мной.

Она почти собралась уйти, когда Джен выпалила:

– Он был у того дома той ночью в среду. Который сгорел.

Керри застыла.

– Откуда ты это знаешь?

– Я была с ним. – Джен снова облизала губы и принялась теребить соломинку в пустом стакане. – Мы собирались поужинать тем вечером, но ему кто-то позвонил. Тео был страшно расстроен звонком. Сказал, что ему надо кое с кем встретиться и разобраться с одной проблемой. Когда мы подъехали к тому дому, – Джен сделала глубокий вдох, – он велел мне ждать в машине.

– С кем он встречался? – Керри ждала ответа с колотящимся сердцем.

Джен посмотрела ей в глаза.

– С Льюисом Йорком.

Сукин сын.

– Почему же, твою мать, ты не рассказала мне об этом раньше?

– Я хотела, – заплакала Джен. – Я тысячу раз начинала тебе звонить, но не могла себя заставить.

Керри с трудом сдерживала эмоциональные слова, которые ей хотелось бросить через стол. Она постаралась вспомнить, чему ее учили, напомнила себе, что она хороший детектив.

– Скажи мне точно, что там произошло, повтори слово в слово все, что ты слышала из их разговора.

Это может иметь решающее значение для дела.

Сквозь приступы рыданий и с помощью еще одного коктейля Джен объяснила, что она видела и слышала тем вечером. Закончив говорить, она вновь опустила взгляд.

Глубокий, глубокий вдох. Керри посмотрела на напарника.

– Нам надо рассказать это лейтенанту.

– Станет он нас слушать – особенно когда это ее слово против их, – заметил Фалько. – Томпсон, скорее всего, скажет, что она покинутая любовница, которая ему мстит.

– Но он не бросал меня, – вмешалась Джен. – Это я его бросаю.