Сволочь ненаглядная - Дарья Донцова

Наверное, странно трястись в ознобе, когдавокруг бушует стена огня. Но замерзла я ужасно. В подполе стоял невероятныйхолод, какой-то антарктический. Невольно на ум пришло сравнение «могильный», ия вздрогнула. Огромный подвал и впрямь мог стать моей безымянной могилой. НиКатя, ни Сережка, ни Юлечка, ни Кирюшка – никто не узнает, где гниют моикосточки. Хотя, судя по тому, что творится сейчас над головой, скорей всего, икостей не соберут. Интересно, от трупа в крематории что остается?

Решив начать думать на другую, более приятнуютему, я стала разглядывать убежище. Почему-то в нем не было кромешной тьмы.Через пару секунд стало понятно, что неверные лучи света проникали сквозь парузачем-то сделанных в стенах отверстий. Я заглянула в одно, размером с блюдце откукольной чашки, но ничего не увидела. Из дырки сильно дуло. Понятно, подполоборудовал рачительный хозяин, и сделал он его по всем правилам науки – стенывыложены из кирпича, пол залит бетоном, потолок обит железными листами, дажеподнимающаяся крышка люка «с изнанки» оцинкована. Все сделано для того, чтобысоздать идеальные условия хранения продуктов. Той же цели служат и отверстия,это была вентиляция. Да, похоже, огонь мне тут не страшен, а вот задохнутьсямогу… Хотя, если подумать, скорей всего, вентиляция «смотрит» на улицу. Такделают в деревенских избах, чтобы в подполах не заводилась сырость, врывают попериметру избы железные трубы и заводят нижний конец в подвал. Я подставилаладонь к отверстию, и на руку незамедлительно упали капли – на воле шел то лидождь, то ли снег.

Отлично. Может, на полках среди банок найдетсяемкость с домашним вином? Отхлебну и согреюсь. Но на самодельных стеллажах небыло спиртного – огурцы, помидоры, тушенка, трехлитровые банки с компотом…

Еле-еле отодрав плотно прижатую пластиковуюкрышку, я отхлебнула сладкую жидкость и облизнулась, это был мой любимыйнапиток – клубничный. Наверное, нехорошо угощаться чужими запасами без спроса,но что прикажете делать?

И как только я могла поверить незнакомомупарню, да еще рыжему! Ведь вызвал же он у меня какие-то неприятныевоспоминания, где-то я встречала его… В ту же секунду в мозгах щелкнуло, исловно зажегся электрический свет. От неожиданности я чуть не выронила банку,но в последний момент все же удержала. В голове услужливо возникла картинка.

Вот гуляю я с собаками, открывается дверьподъезда, выскакивает рыжий парень, бьет Аду, я попыталась удержать Рейчел… Этоон! Ну и ну! Брат Стеллы приходил к нам домой, чтобы обворовать квартиру, аЮлечка бдительно не открыла дверь. Нет, наверное, не он! Но как похож – рост,цвет волос. Хотя я не слишком хорошо вижу, и мне давно следует носить очки.Будем откровенны, мерзавца, ударившего ногой мопсиху, я не слишком хорошоразглядела… Следом возникли другие воспоминания. Сосед покойной Регины, Леша,рассказывал, что за полчаса до того, как в квартире несчастной манекенщицыначался пожар, туда пришел высокий рыжеволосый парень. Открыл дверь ключом…

В эту минуту в подвал откуда-то сверхубыстро-быстро закапала вода. Секунду я обалдело смотрела на потолок. Что, тамвсе сгорело, и теперь над руинами идет ливень?

Потом раздался грохот и глухой, как сквозьвату, крик:

– Никого нет!

– Я здесь, – завопила я что естьсилы, кидаясь к лестнице, – помогите, спасите, выньте отсюда…

Крышка лязгнула, и в мою несостоявшуюся могилуглянуло перемазанное лицо в оранжевой каске.

– Сами вылезете или подсобить? –поинтересовался пожарный.

Но я взлетела вверх, игнорируя протянутуюруку. К ногам будто кто-то прикрепил крылья, тело стало невесомым.

От кухни почти ничего не осталось, впрочем, отдачи тоже. Повсюду торчали обгоревшие черные деревяшки и отвратительно пахлогарью.

Во дворе, возле ворот, стоял белый «Форд». Неуспела я, щурясь от неожиданно яркого света, выползти на улицу, как дверцымашины хлопнули, и из нее выскочили Сережка с Володей. Майор держал в руке моюварежку, очевидно, потерянную в тот момент, когда я шла вместе с рыжим на дачу.Лица друзей не предвещали ничего хорошего.

– Володечка, – удивилась я, –как ты сюда попал?

Майор ухватил меня за плечи, сильно тряхнул ис негодованием произнес:

– Убить тебя мало, дрянь!

То, что выпалил Сережка, я повторять не стану,даме неприлично озвучивать подобный текст.

– Рожу набить, – злобился майор.

– До крови, – добавил Сергей, –палкой с гвоздем.

– Вы чего? – рассердилась я. –Что я сделала-то…

– Иди в машину, – велелВолодя, – живо.

Я залезла в «Форд» и принялась наблюдать, какпожарные сворачивают шланги. Майор говорил о чем-то с группой милиционеров,стоящих возле желтого «газика».

– Сереженька, – попробовала язавести разговор.

Но парень дернул плечом и велел:

– Заткнись, Лампа, надавать тебе хочется,просто руки чешутся.

– Ну и пожалуйста, – обиделасья, – ни слова больше не произнесу!

И сдержала обещание. Всю дорогу до дома молчала,стиснув зубы, впрочем, спутники тоже не раскрывали рты, так и ехали всгустившейся тишине, только напряженные спины Сережки и Володи, сидевших напереднем сиденье, выдавали их истинные чувства.

Впрочем, дома меня тоже встретили крайненелюбезно.

Юлечка, Катя и Люся, гневно сверкая глазами,заорали:

– Ну погоди!

Иван, Кирюшка и Таня укоризненно качалиголовами, даже Анечка пискнула:

– Ну, тетя Лампа, вы даете, всехперепугали.

На кухне они сначала потребовали отчета, но яответила вопросом на вопрос:

– Да как вы догадались, где я? Я сама незнала, что окажусь на даче у брата Стеллы!

– Брата Стеллы! – фыркнул полныйнегодования майор. – Ах ты, Пуаро, дачка принадлежит, вернее,принадлежала, Павлу.

– Какому? – изумилась я.

– Такому, – передразнилмайор. – Сыну Зинаиды, отцу Лени и дяде Егора, дошло?

– А откуда брат Стеллы узнал про ихдомик? – трясла я головой. – И кто вас надоумил искать меня там?

Володя загремел чайником, потом глянул наКатю.

– Выпить бы чего покрепче!

– Сейчас, – подскочила Катерина и ринуласьк холодильнику.

Я покорно ждала, пока они нальют рюмки,опрокинут, закусят… Наконец майор пробормотал: