Если наступит завтра - Сидни Шелдон

Отель Ритц, что на Плаца де ла Лилтад в Мадриде, считался одним из лучших отелей в Испании и в течение последних ста лет служил домом не одной дюжине монархов из всех стран Европы. Здесь останавливались президенты, монархи, миллионеры. Трейси столько слышала о Ритце, что реальность просто разочаровала ее. Вестибюль оказался достаточно поблекшим и поношенным.

Помощник управляющего проводил ее в забронированный для нее номер 411-412, расположенный в южном крыле отеля.

– Уверен, что вы останетесь довольны мисс Уитни.

Трейси подошла к окну и выглянула. Прямо внизу, через улицу, располагался музей Прадо.

– Спасибо, мне это по душе.

В номере оказалось довольно шумно из-за большого движения на улице, но Трейси получила, что хотела – вид на Прадо с высоты птичьего полета. Трейси заказала легкий ужин в номер и рано легла спать. Она решила побольше поспать, чтобы к завтрашней средневековой пытке быть готовой в наилучшей форме.

Где– то в полночь в вестибюле отеля один детектив сменил своего напарника.

– Она не покидала номера. Думаю, она пробудет в нем всю ночь.

* * *

В Мадриде штаб-квартира полиции Дирекшион Дженераль де Сегуридад располагалась на Пуэрто дель Соль и занимала целый городской квартал. Это серое здание с красными кирпичными вставками и венчающей постройку башней с часами. Над главным входом развевался красно-желтый испанский флаг, там всегда находился полицейский, одетый в полную униформу и темно-коричневый берет и вооруженный автоматическим ружьем, алебардой, маленьким ружьем и наручниками. В этой штаб-квартире Интерпол и нашел себе поддержку.

За день до приезда Трейси в Мадрид на имя полицейского комманданте Сантьяго Рамиро пришла X-D-каблограмма, информирующая о предстоящем визите мисс Уитни. Комманданте дважды перечитал последнее предложение и позвонил инспектору Андре Триньяну в Интерпол в штаб-квартиру в Париже.

– Я не совсем понял ваше уведомление, – сказал Рамиро. – Вы просите меня оказывать полное содействие какому-то американцу, который даже не является полицейским. С какой стати?

– Комманданте, я думаю, вы найдете мистера Купера чрезвычайно полезным. Он понимает мисс Уитни.

– Что значит понимает? – возразил комманданте. – Она – преступница. Возможно и изобретательная, но испанские тюрьмы просто переполнены изобретательными преступниками. Она не сумеет ускользнуть от нас.

– Отлично. А вы посоветуетесь с мистером Купером?

Комманданте неохотно ответил:

– Если вы говорите, что он может быть полезен, я не имею возражений. – Спасибо, месье.

– Не стоит благодарности, сеньор.

* * *

Комманданте Рамиро, подобно своему коллеге в Париже, не был в восторге от американцев. Он считал их грубыми, материалистами и наивными. – Этот, может и отличается. Я, вероятно, такой же, как и он.

Он возненавидел его с первого взгляда.

– Она обвела вокруг пальца полицию половины Европы, – начал утверждать Даниэль Купер с порога кабинета комманданте. – И скорей всего, она обведет и вас.

Единственное, на что оказался способен комманданте, так только сдержать себя.

– Сеньор, мы не просим никого вмешиваться в наши дела. Сеньорита Уитни находится под нашим наблюдением с той минуты, как прибыла в аэропорт Мадрида этим утром. Уверяю вас, что если кто-нибудь обронит булавку на улице и ваша мисс Уитни поднимет ее, то сразу же попадет за решетку. Она еще не имела дел с испанской полицией.

– Но она здесь не для того, чтобы поднимать с улицы булавки.

– Тогда зачем она здесь?

– Я не уверен, но знаю одно, что планируется нечто значительное.

Комманданте Рамиро снисходительно ответил:

– Чем больше, тем лучше. Мы наблюдаем за каждым ее шагом.

* * *

Когда Трейси утром проснулась, хмельная после ночной пытки в постели, назначенной Томасом де Торквемада, она заказала легкий завтрак и горячий черный кофе и подошла к окну посмотреть на Прадо. Это была внушительная крепость, построенная из камня и красного природного кирпича, окруженная деревьями и кустарником. Две дорические колонны стояли перед входом, и с обеих сторон к входу вели двойные лестницы. На улицу выходили дополнительные два боковых входа. Школьники и туристы из множества стран выстраивались перед музеем, и ровно в 10 утра открывались две огромные входные двери и посетители устремлялись через центральные и боковые входы. Зазвонил телефон. Никто, за исключением Гюнтера Хартога, не знал, что она в Мадриде. Она сняла трубку.

– Добрый день, сеньорита. – Ужасно знакомый голос. – Я звоню вам из Торговой Палаты Мадрида, мне дали указание сделать ваше пребывание в этом городе как можно приятнее.

– Как вы узнали, что я в Мадриде, Джефф?

– Сеньорита, Торговая Палата знает все. Вы впервые здесь?

– Да.

– Прекрасно. Тогда я просто должен вас познакомить с рядом достопримечательностей. И как долго вы собираетесь пробыть здесь, Трейси? Вот главный вопрос.

– Я еще не знаю, – ответила она беззаботно. – Но вполне достаточно для того, чтобы находиться по магазинам и все внимательно осмотреть. А что вы делаете в Мадриде?

– То же самое. – И тон тот же. – Магазины и достопримечательности.

Трейси не верила в совпадения. Итак, Джефф Стивенсон явился за Гойей. Он спросил:

– Вы сможете сегодня поужинать со мной?

И она отважилась сказать:

– Да.

– Отлично. Я зарезервирую столик у Джони.