Лето у моря - Анжелика Бронская

— Эй, куда ты подевалась? О, привет, Николь! Рад тебя видеть!

— Здравствуйте! Поздравляю вас с именинницей!

— Спасибо, милая! А сейчас идите-ка обе к гостям и побыстрее!

Он взял нас за руки и повел за собой. В большой комнате на первом этаже (по всей видимости, это была гостиная) ярко горел камин, возле которого стояла наряженная елка, а посреди комнаты — накрытый праздничный стол. На диване справа сидели две девочки и мальчик примерно нашего с Мирандой возраста.

— Встречайте новую гостью! — весело сказал отец Миранды. — Ее зовут Николь, и она очень проголодалась, как и вы все! Миранда, оставляю тебя за хозяйку, а мы с мамой заглянем к вам попозже.

— Давайте за стол, — скомандовала Миранда. — Николь, садись рядом!

— Привет! Меня зовут Анаис, а это моя сестра Шанталь, — приветливо сказала мне белокурая девочка в синем платье, кивнув в сторону своей сестренки, одетой точно так же.

— Мы двойняшки, — с улыбкой объяснила мне Шанталь, — всегда одеваемся одинаково. А ты вместе с Мирандой учишься?

— Да, — ответила я, окончательно оробев. — А вы?

— Мы живем рядом, наши родители дружат с родителями Миранды, — сказала Анаис.

— А я Мартен, — вмешался в разговор темноволосый мальчик. — Знаю Миранду с детства: ходили в один детский сад!

— С детства! — фыркнула Шанталь. — А сейчас что? Ты уже взрослый, да?

— Ну уж постарше вас, — важно заявил Мартен.

— Не обращай внимания, — весело сказала мне Миранда. — Ему через месяц будет пятнадцать, вот он и задается!

— Ничего я не задаюсь, — обиделся Мартен, — просто мужчины взрослеют раньше девочек!

— Ой, не могу, мужчина! — покатилась со смеху Анаис. — Держите меня!

— Ладно вам, хватит, — примиряюще сказала Миранда. — Давайте ешьте и будем веселиться!

Постепенно моя робость улетучилась, и через некоторое время я уже болтала с девочками, чувствуя себя спокойно и уверенно. Мартен тоже оказался веселым и милым мальчиком, несмотря на то что он был один среди нас, девчонок, держался он дружелюбно и совершенно свободно. Мне понравились друзья Миранды, и в какой-то момент я даже позавидовала ей, поскольку у меня вне стен пансиона друзей, увы, не было.

Тот день рождения запомнился мне надолго. Это был удивительный, чудесный вечер. Вскоре в гостиную пришли родители Миранды, и мы стали играть сначала в шарады, разбившись на две команды, а потом в фанты. Помню, как отцу Миранды достался фант с заданием спеть имениннице песню. Глядя на то, как этот солидный взрослый человек, взгромоздившись на стул, громко и ужасно фальшиво поет какой-то романс, а все покатываются от хохота, я вновь ощутила легкий укол ревности: у меня никогда не было такого праздника, со мной никогда так не веселились родители и меня никто так не любил. Если бы в тот момент мне предложили поменяться жизнями с Мирандой, я бы согласилась не раздумывая. Вот о чем размышляла я, наблюдая за тем, как месье Морель получает заслуженный поцелуй от дочери, как нежно Миранда обнимает его за шею и говорит: «Спасибо, папочка! Ты у меня самый лучший!», и с какой любовью смотрят на нее отец и мать.

Они были настоящей семьей, и пусть их дом даже близко не походил на замок Леруа. Да, он был маленьким, но очень теплым и уютным от их любви друг к другу, и этой любовью дышало все вокруг. Мне кажется, что именно тогда, сидя в гостиной Миранды, я впервые в жизни осознала, что богатство — это не роскошные поместья, машины и бриллианты; богатство — вот оно, рядом со мной, так близко, что его можно как будто рукой потрогать, и заключается оно в простых человеческих отношениях родных тебе людей. Почему же я лишена этого? Почему в мой день рождения моя родная и единственная бабушка не играет со мной в фанты? Хотя я с трудом представляю, что графиня Леруа, как мадам Морель, лезет под стол и под всеобщее веселье кричит «петухом», вытащив коварный фант! Почему не обнимает и не целует меня? Почему? Почему?..

Бабушка! Стоило мне только подумать о ней, настроение мое сразу же упало. Я вновь ощутила беспокойство, а взглянув на каминные часы, с ужасом увидела, что уже почти девять.

— Николь! Твоя очередь! — окликнула меня Миранда. — Тяни!

— Извините, — я вскочила с дивана, — но мне уже пора идти, правда!

— Как, уже? — расстроилась Миранда.

— Уже поздно, — тихо сказала я. — Тем более ты же знаешь, что…

— Да, конечно, — она не дала мне договорить, понимающе кивнув. — Что ж, надо значит надо. Папа, ты не мог бы вызвать такси для Николь?

— Конечно! — ответил месье Морель и вышел из комнаты.

Гости окружили меня:

— Жалко, что ты уже уходишь! Николь, а ты еще придешь к нам?

— Не знаю, — ответила я, — мне очень хотелось бы! Спасибо вам, мадам Морель, за чудесный вечер! Это было здорово!

— Что ты, детка, — мама Миранды погладила меня по голове, — мы всегда рады тебе! Приходи к нам почаще!

В этот момент вернулся месье Морель и весело сказал:

— Знаешь, Николь, а такси тебе не понадобится! Только я хотел снять трубку, чтобы его вызвать, как позвонила твоя бабушка и сказала, что за тобой уже едет машина. Правда, хорошо?

Вот тогда я полностью прочувствовала, что означает выражение «земля уходит из-под ног»!

— Что с тобой? — испугалась мадам Морель, видя, как я побледнела.

— Н-ничего… — запинаясь, выдавила я. — Не обращайте внимания, сейчас пройдет.

— Пойдем-ка со мной, — не терпящим возражения тоном сказала Миранда. — Мы подождем, пока за тобой едут, в моей комнате. Мама, папа, вернитесь, пожалуйста, к гостям. Я провожу Николь и приду.

И она утащила меня наверх. Когда за нами закрылась дверь ее комнаты, я, наконец, смогла дать волю своим эмоциям. Вцепившись в руку Миранды, я с ужасом бормотала:

— Что же теперь будет?! Что делать?!

— Николь, ты меня пугаешь! — воскликнула подруга, с беспокойством глядя на мое растерянное лицо. — В чем дело? Ну подумаешь, удрала к подружке на день рождения! За это не убивают.

— Ты не понимаешь… Не понимаешь!

— Конечно, не понимаю! Так объясни мне, почему ты так перепугалась!

Я с тоской посмотрела на Миранду. Как мне рассказать, что я безумно боюсь реакции бабушки на мое бегство? Я просто не знала, где взять подходящие слова и какими они должны быть.

— Бабушка будет вне себя… Как тебе объяснить? Она очень волнуется. Я так раньше никогда не делала!

— Боже, Николь! Ну покричит немного и успокоится! Ты, по-моему, преувеличиваешь!

— Она никогда не кричит… — прошептала я, и слезы брызнули у меня из глаз.

— Николь, милая, перестань! — Миранда нежно обняла меня за шею.

— Прости, я испортила твой праздник! — всхлипывая, сказала я.