Не доверяй никому - Дебра Уэбб

12:15

Штаб-квартира Томпсонов

Бульвар Ричарда Аррингтона-младшего

К тому времени, как Керри добралась до штаб-квартиры Томпсонов, ланч за закрытыми дверями уже начался в главной переговорной. Хотя терпение никогда не было ее добродетелью, у Керри не оставалось выбора, кроме как подождать.

На самом деле, это историческое здание Харриса, построенное в 1910 году. Ти-Ар Томпсон купил его сразу после колледжа и решил, что это будет его главный офис – прямо в центре, чтобы все видели. Здание принадлежало семье Томпсонов уже полвека. Скорее всего, мать Селы работала именно здесь, когда жила в Бирмингеме. И – дурное наследие – сестра Селы, Джанель, работала здесь же. Интересно, думала Керри, сколько раз Села ходила тут по коридорам и думала об этих странных фактах?

Как она садилась за один стол с Дэниелом Эбботтом на семейных ужинах, зная, что он причинил зло ее матери?

За полчаса, прошедших с тех пор, как они поговорили с Кросс, Керри постаралась переварить шокирующую информацию. Без сомнения, женщина, погибшая вместе с Беном Эбботтом, была самозванкой. Мать Селы умерла в Мехико. Учитывая историю дома на Тридцать третьей авеню, они решили, что Дэниел Эбботт был связан с матерью Селы, но ведь может оказаться, что это слишком поспешные выводы. Возможно, он пытался помочь ей. Возможно, это его дружок Ти-Ар подарил ей ребенка.

Каждая новая порция информации вызывала новые вопросы – и новые потенциальные дыры в пазле.

Керри на минуту отвлеклась от тревожных мыслей. Для встречи с Томпсоном ей понадобится свежая голова. Фалько отвез ее домой, чтобы она пересела в свой «Вагонер», поскольку ей придется задержаться в здании Томпсонов, а обоим ждать не было смысла. Фалько поехал обратно в тот дом, где много лет назад жила мать Селы, – еще раз осмотреться там в связи с тем, что они узнали нового. Он собирался показать соседям фотографию Селы и похожего синего «Плимута». Может быть, кто-то видел ее или машину. Копы, опрашивавшие всех в день пожара, еще не знали о машине.

Сыщик, Нил Рамси, так и исчез из поля зрения. Он не отвечал на звонки ни ей, ни Бельмонту. Но адвокат, в отличие от Керри, все еще защищал его. Она объявила в розыск его машину. Керри полагала, что он мог где-нибудь держать Амелию заложницей для того неизвестного клиента.

Керри не хотела рисковать. Беспокойство и страх, которые она сдерживала последние тридцать или сорок часов, грозили вырваться наружу, но она снова взяла себя в руки. Она не поможет Амелии, если потеряет контроль.

Керри положила руку на свое правое колено, чтобы оно перестало дрожать. Отправила сообщение Диане узнать, как дела. У Керри сжалось сердце от желания все для нее исправить. Потом она послала Тори сообщение – узнать, как прошел ее день в торговом центре. Ответом была фотография многочисленных пакетов из магазина. Керри надеялась, что не будет жалеть о том, что дала дочери свою кредитку.

Она глянула на ресепшен. Было бы неплохо приехать до того, как начался ланч, но им сначала сообщили про Китона, а потом позвонила Кросс. Вздохнув, Керри снова села проверять сообщения.

* * *

Ланч закончился около часа дня. Керри уже предупредила секретаршу Томпсона, что если он не уделит ей время в своем офисе, то она начнет задавать вопросы прямо в коридоре, где кто угодно сможет их услышать. Особенно пресса, которая как раз решила, что убийство Эбботта уже не столь интересно, как будущие сенатор и губернатор.

Керри смотрела на Томпсона, когда секретарша передала ему сообщение.

Он быстро пожал руки, попрощавшись со всеми, и отошел от гостей. Не глядя на Керри, он промчался в направлении своего офиса. За ним шла секретарша.

– Сюда, пожалуйста, детектив.

В отличие от Томпсона, секретарша, не торопясь, провела Керри по главному коридору и налево, в еще больший, который заканчивался у высоких двойных дверей.

– Он ждет вас за этими дверями.

Керри поблагодарила ее и вошла прямо в офис.

Его офис был намного роскошнее, чем маленькая переговорная, где они с Фалько беседовали с его женой. Томпсон сидел за экстравагантным столом из красного дерева, положив руки на обтянутый кожей ежедневник.

– Пожалуйста, садитесь. – Он показал на стул перед столом. – Чем обязан удовольствием, детектив?

Голос у него был напряженный, но улыбка на лице – улыбка политика. Неудивительно. Он был рожден для этого.

– Мистер Томпсон, вы, без сомнения, в курсе двойного убийства – Бена Эбботта и его тещи, Жаклин Роллинс.

– Конечно. Такая трагедия. Я так понимаю, у вас все еще нет подозреваемых. Это правда?

– На самом деле, – сказала Керри, – у нас двое основных подозреваемых.

– Правда? – На лице у него промелькнуло удивление.

– Один из них – вы, мистер Томпсон. – Керри улыбнулась, наслаждаясь его реакцией на это объявление. Изумленный взгляд не имел цены. Вряд ли кто-нибудь ее за это похвалит, но оно того стоило.

Томпсон усмехнулся.

– Вы это серьезно? Только, пожалуйста, не говорите мне, что это как-то связано с той фотографией, которую вы показали моей жене.