Ты свое получишь - Джеймс Хедли Чейз

— Это меня не касается, — ответил Гарри.

— Вы видели алмазы?

— Нет. Но в них нет ничего особенного: обычные промышленные алмазы. Только должен вас предупредить — это то же самое, что наличные.

— Как вы собираетесь это сделать? Захватите фургон с алмазами по дороге к аэропорту?

— Нет, конечно. Алмазы повезут в бронированном автомобиле да еще в сопровождении полиции. Мы не сможем подойти к ним на пистолетный выстрел. Нет, я собираюсь захватить самолет.

— Самолет? Каким образом?

— Очень просто, дело нехитрое. Я заказываю три билета на тот самый рейс. Там будет еще пятнадцать пассажиров, так что никто не обратит на нас внимания. Вылетаем в сумерках, полет длится два часа. Как только отлетим от аэропорта достаточно далеко, я иду в кабину и заставляю экипаж переселиться в салон под опеку ваших парней. Я беру управление самолетом на себя и сажаю его в пустыне. Вы позаботитесь о том, чтобы на месте посадки нас ожидал хороший автомобиль. Я доставляю алмазы по назначению, и делу — конец.

— Вы разбираетесь в самолетах?

— Ясное дело, — нетерпеливо ответил Гарри, — во время войны мне доводилось летать на самых разных.

— Повторите-ка ваши условия.

— Вы получаете камушки и платите мне пятьдесят тысяч долларов.

— Однако, у вас неплохой аппетит. Возможно, алмазы пролежат у меня годы, прежде чем я найду покупателя. Даю десять тысяч!

— Пятьдесят или ничего. Я рискую, вы — нет. Меня будет преследовать полиция всей страны, вас — нет. Если вы считаете, что пятьдесят тысяч долларов слишком большая сумма, скажите мне об этом, и я уйду.

— Тридцать, — предложил Бен, торгуясь, скорей, из принципа. — Тридцать и ни цента больше.

— Вы сами прикажете шоферу остановиться или это сделать мне?

Бен усмехнулся.

— Ладно. Пусть будет пятьдесят тысяч. Вы получите их наличными сразу же, как только вручите мне алмазы.

— Нет. Вы положите эти деньги в банк на мое имя, и в день вылета дадите мне два подписанных чека, каждый на двадцать пять тысяч. Я должен быть уверен, что мои деньги находятся в надежном месте и попадут по назначению, иначе, боюсь, буду работать не слишком старательно.

Высокий худой охранник не выдержал:

— Может прижать слегка этого фраера, босс?

— Заткни пасть, Треггарт! — рявкнул Делани. — Не лезь не в свое дело. — Он посмотрел на Гарри. — Получишь деньги, когда доставишь камни, и точка!

— Нет! Почему я должен вам доверять? — Гарри стиснул кулаки. — Что помешает одному из ваших мордоворотов вогнать мне пулю в затылок, как только вы получите алмазы? Или деньги — в банк, или я не берусь за это дело.

— А ведь у меня есть способ переубедить тебя, — пригрозил Делани. — Не терплю, когда всякие сосунки устанавливают свои правила.

— Попробуй! — повысил голос Гарри. — Попробуй, и увидишь, что напугать меня еще трудней, чем переубедить.

Шофер резко затормозил, и Треггарт замахнулся на Гарри рукояткой пистолета, но Делани в ярости заорал:

— Прекратить! Кто тебе приказал останавливаться? А ну, давай вперед! А ты, Треггарт, не вмешивайся.

Чем больше Делани думал об этом деле, тем больше оно ему нравилось, но он понимал, что все козыри находятся сейчас на руках у Грина. Два с лишним миллиона — за пятьдесят тысяч! Такие дела можно делать.

— Послушай, Гарри, но ведь ты тоже можешь надуть меня, получив эти чеки.

— О чем вы? Чеки мне даст один из ваших парней, он же пойдет со мной в банк. Мы будем с ним неразлучны, как близнецы, пока все не сладится. Какие вам еще нужны гарантии? Если вы не доверяете своим людям — летите вместе со мной!

Делани уже мысленно прокрутил все дело в голове и решил, что доверит контроль Гарри ловкачу Бергу. Уж его-то этот пузан не сможет обмануть. Но Делани не хотел, чтобы Гарри тешился слишком легкой победой.

— Когда вылетает самолет?

— Двадцатого.

— В котором часу?

— Я скажу, как только получу деньги, но не раньше.

— А ты не слишком доверчив, — усмехнулся Делани. Он начал чувствовать что-то вроде уважения к этому странному человеку, который вел себя так, словно не знал о грозящей опасности: в конце концов, он ехал в машине с вооруженными гангстерами. — Ладно. Я согласен. Двадцатого мой человек передаст тебе чеки. С ним и обговоришь все детали. Завтра вечером к тебе придет один парень, его зовут Берг. Где ты остановился?

— У Лемсона.

— Хорошо, — Делани наклонился вперед, слегка коснулся плеча шофера. — Тормозни, — и, обращаясь к Гарри, сказал:

— Здесь ты выйдешь. Если дело не выгорит — деньги вернешь. Понял? Иногда попадаются ребятки, которые хотят обмануть Бена Делани, но все они довольно быстро становятся покойниками. И некоторые, должен сказать, умирали очень мучительно. Вот ведь как… Ты меня понял?

— Да, — ответил Гарри, выходя из “кадиллака”, — вы получите свои алмазы. Не стоит так беспокоиться.

— А вот здесь ты ошибаешься, — насмешливо бросил Делани. — Беспокоиться стоит. Но только — тебе.

* * *

Девятнадцатого числа Бен Делани вызвал Берга. Этот человек вот уже два года ведал всеми теневыми делами босса. Он, по сути, осуществлял истинное руководство организацией: украшал своевольных, организовывал убийства, когда в этом возникала необходимость, и присматривал, чтобы ни один цент из огромных доходов хозяина не упал мимо его кошелька. Делани было не в чем упрекнуть Берга: за все это время он не сделал ни одной ошибки и успешно выполнял задания, какими бы сложными они ни были.

Глядя на Берга, который, словно гигантская жаба, заполнял собой кресло, Делани в очередной раз подивился тому, как обманчива бывает внешность. Он знал:

Берг — хладнокровный и жестокий убийца, которому лишить жизни человека, все равно, что убить муху. Он знал, что Берг ловок и коварен, словно кобра, и что стреляет этот парень без промаха. Никто лучше него не водил автомобиль. Однажды Делани угодил в засаду, устроенную конкурирующей бандой, но, к счастью, за рулем был Берг. Их поливали пулеметным огнем сразу из двух машин, но Берг сумел вывезти своего хозяина целым и невредимым.

Возраст этого человека определить было трудно: ему могло быть и тридцать, и даже сорок пять. Он представлял собой гору мягкого жира, плотно обтянутого бледным кожаным чехлом, черные, тусклые глаза его были непроницаемы. Темные, вьющиеся, наподобие каракуля, волосы, плотно прилегали к черепу, а тонкие усы, напоминающие мышиные хвостики, свисали на подбородок.

Хотя босс платил тысячу долларов в месяц да еще долю от прибылей, приносимых шантажом и порнобизнесом, казалось, что у этого человека нет за душой ни гроша. Одежда его всегда была потертой и засаленной, рубашки — мятыми и несвежими.