Чудо перевоплощения - Марина Серова

– Опять за работой?

– Не-а, – усмехнулся он, – надоело работать, я тут подсел на одну о-лайновскую игрушку, прикольная вещь.

– Ну, ты даешь, – пришло мое время усмехаться, – вот уж не думала, что тебя интересуют такие глупости.

– Но надо же как-то расслабляться, Женечка, – оправдывался Каменев.

– Может, сделаешь перерыв в игре, посмотришь для меня кое-что?

– С удовольствием, слушаю тебя.

– Меня интересует автомобиль, красная «шестерка». Номер заметила только частично, первые три цифры не знаю, последняя – единица, и буквы: «кн».

– А регион?

– Наш, местная машина.

– Тебе куда готовый результат отправлять?

– Как обычно, на мой почтовый ящик.

– Тогда жди. – Он не сразу отключился, и я успела услышать несколько слов, обращенных явно не ко мне: – Ах ты, гад, получай по голове, ха!

Совсем заигрался парень.

Я заплатила за кофе и посмотрела на часы. Обе стрелки замерли на двенадцати. Самое подходящее время, чтобы навестить господина Потапова, к полудню он обычно приходит на свое рабочее место. До офиса Ильи Пантелеевича я добралась за десять минут. Шикарное двухэтажное здание старой постройки, с нелепыми зеркальными окнами, совершенно не сочетающимися с витыми колоннами и гипсовыми изваяниями ангелочков на стенах, – это и был офис Потапова. Над дверью никаких вывесок, только камеры слежения нагло повернулись в мою сторону и блеснули огоньками, изучая меня. Я улыбнулась тому, кто сейчас видел меня на мониторе, и громко сообщила:

– Я к Илье Пантелеевичу.

– Вам назначено? – поинтересовался металлический голос из микрофона под камерой.

– Нет, но он наверняка будет рад меня увидеть. Скажите, что пришла Евгения Охотникова.

Мне ничего не ответили, но через минуту дверь щелкнула. Протяжный писк кодированного звонка известил о том, что мне дали зеленый свет и я могу войти. Меня встретили сразу два мордоворота в форме охранников. Одного из них я видела раньше, второй был мне не знаком.

– Сумочку вам придется оставить, – сказал один из охранников.

– Пожалуйста. – Я протянула свою нехитрую поклажу охраннику, потом продемонстрировала удостоверение и пошла к лестнице.

Как я и ожидала, Потапов не слишком обрадовался моему появлению.

– Что привело вас сюда, Евгения Максимовна? – спросил он строго.

– Простое любопытство, хотела узнать, как у вас дела, есть ли проблемы?

– А. – Он самодовольно усмехнулся и откинулся на спинку кожаного кресла. – Я смотрю, у вас простой в работе, совсем клиентов нет?

– Ну, я сейчас в отпуске.

– В вынужденном отпуске, насколько я понимаю. – Счастливая улыбка не сходила с лица Ильи Пантелеевича. – И вас что-то удивляет в этой связи?

Я не совсем поняла вопрос, поэтому поспешила уточнить:

– Что вы имеете в виду?

– Вы уж не обессудьте, Евгения Максимовна, но я дам вам дружеский совет. – Он обожал давать советы, поэтому в данный момент просто наслаждался своей значимостью. – С вашим подходом к делу у вас никогда клиентов не будет. Вы слишком резки, требовательны, грубы, в конце концов.

– Вы находите? – Я усмехнулась.

– Да, нахожу. – Моя реакция явно пришлась ему не по душе. – Меня недавно спрашивали, стоит ли нанимать Евгению Охотникову в качестве телохранителя, и знаете, что я ответил?

– Понятия не имею.

– Я сказал – нет! – Он злорадно улыбнулся. – Я не буду рекомендовать вас своим знакомым. Врагам – вполне возможно, а друзьям – никогда. Надеюсь, вы не обижены на мою откровенность?

– Нисколько, – ответила я с улыбкой.

– В таком случае вынужден с вами проститься. Если вы пришли искать у меня работу, то я ничем не могу помочь. – Он встал с кресла и протянул мне руку, прощаясь.

– Очень жаль, я так рассчитывала на вас. – Под конец и я решила повеселиться и подыграть обиженному бизнесмену.

– Увы, – он ликовал.

Я покидала офис Потапова с твердым убеждением в непричастности Ильи Пантелеевича к нападению на меня и на Зинку. Этому трусу было достаточно дать мне пару ненужных советов, высказать недовольство моей работой и (о ужас!) лишить меня своих рекомендаций. Таким образом, Потапова можно было вычеркивать из списка потенциальных мстителей. Я все больше убеждалась в том, что дело Колывановой – не такое простое, как она хотела мне преподнести.

Из офиса Потапова я направилась домой. Тетя Мила встретила меня с удивлением: почему это я так быстро с отдыха вернулась, она даже ничего не приготовила, кроме беляшей и пельменей (мясо осталось, некуда было девать, вот и налепила сотен пять пельменей). А когда я проскочила в свою комнату к компьютеру, тетушка обреченно махнула рукой:

– Опять работу подцепила, я так и думала, – и она ушла к себе.

Я сразу загрузила почтовый ящик и приготовилась ждать новостей от Каменева. Он объявился минут через двадцать.

– Я не очень долго?

– Не очень. Ну, что у тебя? – поторапливала я своего информатора.

– Значит, так, как раз сейчас прикрепляю для тебя одно вложение, с минуты на минуту будет.

– А на словах?

– А на словах скажу: машин с такими номерами набралось двадцать пять, это только в нашем городе и в окрестностях. Из них только две – красные «шестерки».

– Так-так, круг сужается, это уже хорошо, – оживилась я.

– Да не думаю, что это тебе поможет. – Каменев вернул меня на землю своим коротким замечанием.

– Почему?

– Потому что одна машина уже год как в угоне, а вторая оформлена на сотрудника милиции. Майор из Северного РУВД.

– Очень поможет, мне любая информация очень важна.

– Ну, как знаешь. Лови короткий список владельцев, если будут вопросы, звони.

– Само собой. – Я уже получила письмо от Каменева и бегло просматривала информацию. – Позвоню. Спасибо.

Фамилия майора, которому принадлежала красная «шестерка» с номером «551-кн», была весьма сложной для произношения: Китороага Родион Харисович. Конечно, я сильно сомневалась, что майор милиции, даже если он не брезгует заниматься криминалом, из собственного автомобиля будет людей отстреливать. Но не проверить его машину я не могла. Тем более что успела заметить не только последнюю цифру и буквы номера машины, но и то, что задняя правая фара была разбита, а на букве «к» потрескалась краска.

Я переписала домашний адрес майора в записную книжку и направилась в Северное РУВД: если повезет, я обнаружу его машину где-нибудь на стоянке, возле управления.