Семь непрошеных гостей - Дарья Калинина

В этот день подруги встретились только после полудня. Обе в самом мрачном настроении. Личная жизнь упорно не желала складываться так, как это наметили подруги. А летела куда-то под откос.

— Марат даже не захотел со мной поговорить! — пожаловалась Юля подруге. — Разрешил постоять в уголке и полюбоваться на него издали. Похоже, его маразм крепчает. Представляешь, он настоял на том, чтобы его кровать обнесли специальной противомикробной тканью, какую используют при ожогах и обморожениях. Много ли я там под ней разглядела! Врачи говорят, он буквально довел медсестер до полного изнеможения своими придирками и капризами. А ведь поначалу прикидывался таким приличным человеком.

— Мы с Ильей тоже ни словечком не перекинулись, — вздохнула Мариша. — Но меня-то к нему просто не пустили.

— А я что говорила?! — воскликнула Юля. — Надо заниматься тем, что у нас действительно хорошо получается, — расследованием! А мужчины пусть разбираются в себе сами.

И подруги, преодолев резкое утреннее обострение влюбленности, все же позвонили в начале рабочего дня нотариусу семьи Макеевых. Тот сказал, что точно будет в конторе всю первую половину дня. Будет отсутствовать после двух часов, когда контора закрывается на обеденный перерыв.

Поэтому подруги со спокойной душой приехали к Ивану Петровичу Алешину к часу дня.

Дела в конторе, по-видимому, шли бойко. И в приемной скопилось человек десять ожидающих приема граждан. Но тем не менее Ивана Петровича на его рабочем месте, вопреки его клятвенному обещанию, не было.

— Уехал он, — сказала подругам задерганная посетителями молоденькая секретарша. — Какая-то важная клиентка к нему с утра явилась. Попросила Ивана Петровича, чтобы он обслужил ее дома.

— Разве это возможно? — удивилась Юля.

— Почему же нет? — пожала плечами секретарша. — Если она согласна платить ту цену, которую ей назначит за свои услуги сам нотариус, да еще и оплатить такси, то запросто. Естественно, если это не идет в ущерб остальной работе.

При этих словах гладкий лоб девушки прорезала четкая вертикальная морщинка, словно девушку обеспокоила какая-то неприятная мысль.

— И когда он вернется? — спросила у нее Мариша.

— Сегодня уже вряд ли, — посмотрев на часы, заверила их девушка. — Приходите завтра.

— Да как же так! — заволновалась Юля. — Мы договорились с ним на сегодня. Специально приехали.

— Ничем не могу помочь, — ответила секретарша, и морщинка на ее лбу стала глубже. — Если честно, то не вы сегодня первые интересуетесь Иваном Петровичем. Он всю запись на сегодняшний день отменил. Кое-кому из его клиентов я успела перезвонить и сообщить, что визит к нотариусу переносится на другое время. Но до некоторых я дозвониться не сумела. Странные люди. Сами отключают телефоны, а потом удивляются, что им не звонят.

— Нелепость какая! — поддержала ее возмущение Юля. — Безобразие!

— Вот-вот, — кивнула секретарша. — И некоторые клиенты Ивана Петровича все равно приезжали в контору. Скандалили даже, А я чем виновата?

— И их тоже можно понять, — вздохнула Мариша. — Люди готовились, собирались, рассчитывали. И такой облом.

— Почему же облом? Могу записать вас на сегодня к Александру Викентьевичу, — предложила им девушка. — Он сразу после обеда начнет прием.

Но не на тех напала. Подругам нужен был их Иван Петрович, и точка! Зачем им кто-то другой?

— И когда он уехал?

— Почти с самого утра, — ответила девушка. — Только одного клиента успел принять, а потом эта женщина его увезла.

— Женщина? — переспросила Мариша. — Как она выглядела?

— Дорого, — меланхолично проронила секретарша.

Затем глаза ее затуманились мечтательной дымкой, и она с легкой завистью охотно принялась перечислять:

— Палантин на ней был такой, кожаный, очень красивый. Светло-светло-серебристый. И сапоги. Чудо, а не сапоги! Лаковые с жемчужным отливом. И еще шаль! Мечта!

— Брюнетка или блондинка?

— Этого не знаю, — ответила секретарша. — Не видела.

— Как же так? — растерялись подруги.

— Так говорю же, у нее на голове шаль была, — пояснила им девушка. — Тоже светлая, большая, из какой-то очень мягкой струящейся ткани. А на лице огромные темные очки. Очень стильно выглядела.

— А на какой машине она была? Вы не заметили?

Почему же не заметила? — даже обиделась девушка. — Я очень даже хорошо заметила. На такси она приехала. Потом договорилась с другим водителем. Они сели в его машину. И на этой машине они с Иваном Петровичем и уехали.

— Номер этой машины вы не запомнили? — тоскливо поинтересовалась Мариша.

Секретарша молча покачала головой и, словно извиняясь, сказала:

— И куда точно Иван Петрович уехал с этой его госпожой Макеевой, я тоже не знаю.

Подругам показалось, что они ослышались.

— Как?! — первой пришла в себя Мариша. — Как вы сказали?

— Как звали клиентку, с которой уехал Иван Петрович?! — затрясла за плечи обалдевшую секретаршу Юлька. — Ну-ка, быстро!

— Да что с вами? — отбивалась секретарша. — Случилось чего?

— Повтори, как звали эту тетку?

— Ну, Гризетта Михайловна Макеева, — пролепетала секретарша, всерьез растерявшись от такой бурной реакции. — А в чем дело? Вы что-то знаете о ней?

И секретарша всерьез разволновалась.

— Вообще-то Иван Петрович уже должен был бы вернуться, — со слезами в голосе произнесла она. — И вообще, он так встревожился, когда увидел эту женщину. И у него вещи в конторе остались, а у нас обед скоро. Трубка у него выключена, так что я не понимаю, почему он задерживается.

И, переведя дыхание, секретарша снова спросила: