Поцелуй скорпиона - Анна Михалева

— Боже мой, — промямлил он. — Марина?! Что ты тут делаешь?!

Она стояла над ним, засунув руки в задние карманы новеньких джинсов от Версаче. В ее горделивой осанке без труда читалось надменное удивление, глаза ее метали молнии. Каменеву показалось, что запахло серой.

— А ты как думаешь? Что я могу делать в собственной квартире?! — Она извлекла руки из карманов. — Я тут живу!

Егор медленно поднялся, цепляясь пальцами за шершавые обои.

— Что это?! — Марина развела руками и гневно взглянула на мужа. — Я хотела бы знать, что тут творится?! — Она указала в сторону гостиной, которая хранила следы недавних обысков. Каменев так и не удосужился навести хотя бы видимый порядок. Честно говоря, за всеми своими приключениями Егор совершенно забыл о том, что жена когда-нибудь появится здесь и, возможно, устроит скандал. Пока он жил у Леры, он окончательно выпустил из виду, что женат на Марине. И вот теперь она напомнила о себе, как и положено, в самый неподходящий момент.

— Только не сейчас, — пробормотал он и поплелся в гостиную. — Еще и ты! Я просто не переживу.

— Ну, конечно! — Она энергично последовала за ним, не давая ему возможности перевести дух. — Прости, что не смогла тебя найти, чтобы предупредить! Между прочим, я звонила. И домой, и на работу, и на мобильный. Что случилось?! Почему у тебя рубашка в крови? Это твоя или чужая?

Егор тяжело плюхнулся на диван, который недавние непрошеные визитеры зачем-то отодвинули от стены. Егор подпер голову рукой, в которой все еще держал пистолет.

— Я мог тебя застрелить, — тихо посетовал он.

— Да?! Это что, сожаление?! — Она встала над ним и снова сунула руки в карманы.

Каменев посмотрел на нее снизу вверх:

— Хорошо выглядишь.

— Плевать! — Она тряхнула темными волосами, приоткрыв яркие точки бриллиантов в ушах. — Не надо мне зубы заговаривать. Я знаю, что прекрасно выгляжу! Что случилось с моей квартирой?!

Егор молчал, разглядывая ее. Он думал о том, какой красивой и неземной девушкой была Лера. А Марина… У Марины высокий лоб, прямой нос, прямые волосы. Ее фигура безукоризненна — стройная, грудастая, длинноногая. Вся она — от макушки до кончиков изящных пальцев — воплощение вкуса и стиля. И все-таки ей никогда не дотянуться до Леры. Лера была совершенством. Та Лера, которая сняла парик и сексуальные шмотки, нацепив привычные потрепанные джинсы и свитер до колен. Та девушка, чьи волосы цвета спелой пшеницы падали на плечи неровными прядями, а глаза лучились потаенной зеленью лесного озера, в котором купалось солнце. Девушка с мягкими ямочками на щеках и большими пухлыми губами. Для него она стала воплощением настоящей красоты, по-детски милой и одновременно по-женски чувственной. И сейчас ее образ маячил перед его глазами, словно она стояла перед ним вместо Марины. Почти бессознательно он протянул свободную руку и дотронулся до жены. Но тут же ощутил леденящий холод чужих пальцев и, вздрогнув, отстранился.

— Итак, я жду! — прозвучал ее голос.

— Оставь ты меня в покое! — неожиданно разозлился Каменев и, резко поднявшись, отошел к окну.

— Что?! — услышал он за спиной. — Что я должна сделать?! Мало того, что меня никто не встретил, я прихожу в квартиру, вижу ее в состоянии первобытного хаоса…

Он порывисто обернулся:

— Слушай, тут такое произошло, пока тебя не было, что разграбленная квартира просто мелкая неприятность по сравнению со всем остальным!

Губы ее затряслись.

— Что-нибудь с папой?

— Да все нормально с твоим папой, — раздраженно отмахнулся Егор. — Пирует в ресторане.

Она тут же успокоилась и, задумавшись на мгновение, изрекла:

— У меня дебильный муж, который появляется с пистолетом и просит не задавать лишних вопросов. Что это еще такое?..

Егор снова посмотрел на нее. На этот раз с вызовом. С таким вызовом в глазах, что она растерянно затихла.

— Марина, давай разведемся, — тихо предложил он.

— Ну… — выдохнула она и покосилась на пистолет в его руке.

Каменев проследил за ее взглядом и смутился:

— О, извини. — Он быстро засунул оружие за пояс. — Теперь мы можем поговорить?

— Я только этого и жду. Объясни, пожалуйста, что же здесь произошло?

— Просто я так больше не могу. — Егор проговорил эти слова, не отводя взгляда от ее черных глаз. Увидел, как они сощурились. На лбу Марины образовалась глубокая поперечная морщина.

— У этого «не могу» есть имя? — ехидно спросила она.

— Теперь уже неважно… — он потер виски. — Не понимаю, почему это вдруг тебя заинтересовало. Ты же только что вернулась от любовника?

— Слушай, — зло усмехнулась она, — ты придурок или окончательно болен? Посмотри вокруг! — Она обвела царящий в комнате бедлам широким жестом. — Я приезжаю в квартиру, от которой остались одни фотографии на полу, а мой благоверный начинает плести какую-то ерунду! По крайней мере, я должна знать, что тут случилось, как, по-твоему?!

Егор согласно кивнул.

— Так какого же черта ты заговариваешь мне зубы?!

— Нас ограбили.

— Да?! — Она задохнулась от гнева. Заходила по гостиной взад-вперед. Потом внезапно остановилась и строго посмотрела на него. — А почему ты таскаешь оружие?

— Это мое дело.

— Дебил! — воскликнула Марина. — Ты же чуть было меня не пристрелил! Да я…

Договорить она не успела, потому что в проеме двери появилась плотная фигура Гриши Вульфа. В вытянутых вперед руках он держал пистолет и лихорадочно водил им из стороны в сторону, целясь то в Егора, то в Марину.

— Ты хотела знать, почему я ношу с собой оружие? — ехидно переспросил ее Каменев и указал рукой на Гришу. — Вот почему!

— Так-так-так, вечеринка, значит? — ухмыльнулся тот и опустил руку с пистолетом. — Не успел распрощаться с Лерой, как завел себе другую?

— Поняла! Значит, ее зовут Лера, — кивнула Марина.

— Звали, милашка! — поправил ее Вульф.

— Так это ты стрелял?! — выдохнул Егор. Раньше он как-то не успел задать себе вопрос, кто мог убить Леру. Он был слишком поглощен своим горем. Теперь же пальцы его ослабли, он схватился рукой за голову. — О господи!

— Так ты хочешь развестись со мной из-за мертвой девицы? — насмешливо переспросила Марина.

— О господи! — снова промычал Егор, чувствуя плотный ком в горле и жжение в глазах.

— Что с тобой, а? — поинтересовался Гриша.

Каменев сжал зубы, желваки его заходили ходуном. Он снова выхватил пистолет и нацелился на Вульфа, но из-за слез, заливавших глаза, почти ничего не видел. Его пошатывало, и он водил дулом из стороны в сторону.

— А что я должен был делать, а? — воскликнул Гриша и развел руками. — Я же говорил, что она подставит. Она бы меня подставила!