Ларец Лунной Девы - Наталья Солнцева

Как я не ощутил чужого присутствия, чужого взгляда, направленного на меня из зарослей? Мной целиком завладела она – Диана, Элиза… Наваждение мое оказалось сильнее осторожности и чувства самосохранения.

– Кто ты? – спрашивал я его.

– Придет время – узнаешь.

Он видел дым от костра, в котором сгорел рюкзак девушки. Он отправился на ее поиски, но заблудился, чего с ним раньше никогда не случалось. Я вспомнил, как тоже бродил кругами, и остатки моих сомнений рассеивались.

– Ты у меня в руках, – сказал он.

И потребовал денег – много. Я согласился. Я не мог допустить, чтобы мой сын и моя жена узнали правду, которую я прятал даже от себя. Это было страшнее смерти.

– Почему ты целый год молчал? – спросил я.

– Я увидел тебя на фото неделю назад и узнал, кто ты. А потом увидел твою невестку…

Думаю, то были мои охотничьи снимки, развешанные в барбекю. Они выцвели, и я велел горничной снять их. Вероятно, она забрала их домой, на память или из-за деревянных рамок, которые ей стало жалко выбрасывать. Катя, Катя… Бедняжка сама укоротила свой век.

– Я поговорил с людьми, – продолжал шантажист. – Съездил в клинику «Зеленая дача»… В наших местах, где все друг друга знают, шила в мешке не утаишь.

Я пообещал заплатить ему и сказал, что сам позвоню. У меня уже зрел план избавления от вымогателя. Такие люди не останавливаются на достигнутом, требуют денег еще и еще.

Все это произошло после того, как я пригласил на виллу гостей и вас, Астра. Ушаков, видимо, вернулся домой после очередного похода, увидел фотографии и…

Тот, второй, твердил, что свидетеля нельзя оставлять в живых. На сей раз я не спорил. Я сказал жене, что еду заключать новый контракт, а сам тайком махнул в Крым. Снял комнату в городе и начал готовиться к встрече с моим врагом. Я нашел подходящее место для убийства – дорогу на окраине, по которой редко ездят. Ушаков оказался неискушенным в подобных делах и попался…

Тот, второй, забрал у меня руль и нажал на газ, когда увидел его одинокую фигуру с рюкзаком за плечами. Потом он разбил лицо трупа камнем, чтобы погибшего не смогли опознать, прыгнул в машину и укатил. Он умел многое, чего не мог делать я. По его совету я бросил угнанную машину неподалеку от свалки.

– Даже если авто найдут, что с того? – посмеивался он. – Поди докажи, кто сидел за рулем! Я позаботился о перчатках.

Потом настала очередь Кати.

– Мы не знаем, что он успел ей наболтать! – гудел мне в уши второй.

Я позвонил Кате и попросил срочно встретиться. Она удивилась. Сказала, что как раз приехала в город за покупками…

Он убил ее кухонным ножом, купленным в обычном хозяйственном магазине. Он – не я! Я только смотрел, покрываясь мурашками озноба.

Впрочем, я опущу ненужные подробности, с вашего позволения. Кому они интересны? Я не боюсь расплаты за содеянное, но если мой сын обо всем узнает, это погубит его. Ясно, что он не простит меня и тем возьмет на себя грех гордыни. Ибо Господь велел прощать… Но и это не самое ужасное. Не мне упоминать о Боге! Я родился язычником, идолопоклонником. Или то был он, второй? Он навязал мне свои взгляды, опутал своей паутиной, оказался сильнее. У меня остался только один способ побороть его – моя смерть. Раз вы читаете эти строки, значит, я уже мертв. Я не каюсь, не прошу снисхождения, я лишь умоляю сохранить мою тайну.

Надеюсь, тот ужасный эпизод в горах навсегда исчез из памяти Елены. Кто-то более милосердный, чем люди, одарил ее спасительным забвением.

До самого последнего мига тот, второй, не верил, что я решусь наложить на себя руки. Я писал это письмо, а он пугал меня адскими муками, ожидающими самоубийцу. Но моя жизнь и так превратилась в пекло. С тех пор как Елена стала женой моего сына, я потерял покой… Меня день и ночь жег страх, что она притворяется, что однажды она узнает во мне похитителя и насильника… Тот, второй, умеет прятаться. Его никто не видит, о нем никто не знает, кроме меня.

Я подготовил себе путь к отступлению… Теперь я мертв, и более нет нужды наказывать меня. Тот, второй, не успел помешать мне! Я перехитрил его…

Проклятие, которое я принес в этот мир, уйдет вместе со мной. А вдруг нет? Вдруг тот, второй, прилепится к моему сыну? Ведь мы так похожи!

Эта мысль засела в моем сознании, разрушая его, как термиты точат прочное с виду дерево. Может быть, я подспудно желал, чтобы кто-то заставил меня нажать на курок, пока тот, второй, не опомнился.

Может быть, отчаяние заставило меня собрать на вилле всех этих магов и экстрасенсов, в том числе и вас, Астра. Не понимаю, на что я рассчитывал? О, мой ум придумал тысячу причин, зачем все это нужно! Я сам себя обманывал… Я думал, что при помощи магии сумею обезопасить своего сына от тяготеющего над ним проклятия.

Когда погибли Катя и ее брат, мои иллюзии растаяли.

Я ухожу и забираю с собой того, второго, пока он не натворил еще чего-нибудь. Мы жили вдвоем, как сиамские близнецы, которых соединяло одно тело. Убивая себя, я надеюсь, что убил и его. Объясните мою смерть чем угодно: угрозой банкротства, малодушием, душевной болезнью. Мне все равно…»

Астра закончила читать письмо Юдина в полной тишине. Подписи он не поставил, но у нее не закралось сомнений по поводу авторства.

– Как ты догадалась, что это он? – недоумевал Матвей. – Ты ведь уже знала, когда…

– Нет. Я знала только одно – среди присутствующих находится убийца, который не позволит при всех рассказать то, из-за чего он лишил жизни двоих человек. И когда Аким Иванович настойчиво предложил побеседовать без свидетелей, он выдал себя. У него в глазах уже стояла смерть…

– А тот, второй?

– Не собирался сдаваться без боя. Он еще пытался опорочить Рида, свалить вину на него. Вдруг удалось бы?

– Ты поверила в существование двойника?

– Да, – просто сказала она. – Разве в тебе не живет Брюс? А как назвать женщину, которую я вижу в зеркале?

Матвей промолчал. Он представлял себе, что происходит сейчас в бильярдной. Сразу после того как туда поднялся Рид и увидел тело отца, Астра позвонила оперативнику. Тот явился незамедлительно. Казалось, он ждал в нескольких шагах от виллы, потому что не выразил ни удивления, ни недовольства. На месте происшествия лейтенант растерялся, он рассчитывал на другое, а тут… Непонятно было, отчего Юдин покончил с собой. Версия самоубийства не оспаривалась, ведь все произошло при свидетелях. Но следственную группу все же вызвали.

– Мы сами в замешательстве! – призналась Астра.

– Что предшествовало этому?

– Групповой сеанс ясновидения…