Дурная кровь - Арне Даль

Мейер поднял на него глаза. Глаза Уэйна Дженнингса. Нюберг постарался принять непринужденный вид. Мейер казался совершенно спокойным и безмятежным. Однако его взгляд прожигал посетителя насквозь. Не прошло и суток с тех пор, как этот человек пытал Бенни Лундберга, покалечил Вигго Нурландера, сломал в трех местах нос Нюбергу. А сам сидит свежий, как огурчик.

— Непорядок, — сказал он, легко постучав себя по переносице.

— Такая работа, — ответил Нюберг и пожал протянутую руку Мейера. На этот раз он решил не прибегать к рукопожатию “а ля мистер Швеция”.

— Я проверил, как этот склад использовался в последнее время, — начал Мейер, садясь и закидывая руки за голову. — Он действительно пустовал, там хранились только старые коробки. Следовательно, он мог использоваться кем угодно и как угодно.

Против воли Нюберг восхитился его профессионализмом.

— Неприятная история, — только и сказал он.

— Да, вы правы, — сокрушенно вздохнул Мейер. Нюберг едва сдерживался, чтобы не выдать своего отвращения. Но вслух произнес:

— В свете этих событий попытка взлома воспринимается иначе.

Мейер задумчиво кивнул.

— Да. Бенни сообщает о взломе в одном складе, а кентукский убийца в это время орудует в другом помещении. Потом Бенни самого чуть не убивают. Какие выводы вы из этого делаете?

— Пока никаких, — уклончиво ответил Нюберг. — Но естественно возникает вопрос, что за человек был Бенни.

— Все это очень странно, — подхватил Мейер. — Мы ведь знали, что в прошлом Бенни был скинхедом, но решили дать ему шанс начать новую жизнь. А теперь выясняется, что он мог иметь отношение к взлому…

— Что вы имеете в виду? — Нюберг с деланным удивлением воззрился на Мейера.

— Не буду вмешиваться в вашу работу, — отрезал Мейер. — Да вам это и не нужно. Вы его и так чуть было не поймали.

— Хотелось бы, чтобы вы были правы, но на самом деле мы просто проверяли все близлежащие складские помещения.

Нюберг вытащил фото умершего священника, друга Черстин. И вверх ногами протянул его Мейеру. Чтобы разглядеть фотографию, Мейеру пришлось взять ее в руки и перевернуть.

Внимательно изучив снимок, он покачал головой. Нюберг получил назад фото и убрал его в бумажник.

— К сожалению, я его не помню, — проговорил Мейер. — Я видел где-нибудь этого человека?

— Он был в машине, которая на огромной скорости ехала из Фрихамнена. Один из складских рабочих вроде бы узнал его. Сказал, что он когда-то работал в вашей фирме.

— Нет, я его не знаю.

Нюберг медленно кивнул и поднялся. Протянул руку Мейеру. Они обменялись цивилизованным рукопожатием.

С трудом сдерживаясь, чтобы не перейти на бег, Нюберг прошел коридором. Улыбнулся близняшкам-секретаршам и был вознагражден двойной улыбкой. Сел в машину, медленно выехал с территории, чинно завернул за угол.

И тут же врубил газ. Последние двадцать метров он пролетел как ветер, вознаграждая себя за вынужденное притворство. Согнувшись в три погибели и капая на всех с мокрой одежды, он втиснулся в “вольво” Хультина.

— Порядок? — спросил Хультин.

— Надеюсь, — ответил Нюберг и передал фото на заднее сидение Чавесу. Было страшно видеть отпечатки пальцев кентукского убийцы на лице скромного больного священника. Чавес провел фото через сканер, соединенный с ноутбуком. Отпечатки Гуннара Нюберга и Уэйна Дженнингса были введены в память компьютера. Потянулись томительные секунды, потом раздалось попискивание. На экране замигало окошко “опознано”.

— Опознаны отпечатки пальцев Нюберга, — сказал Чавес.

Ему никто не ответил. Все ждали. Время тянулось бесконечно. С каждой секундой надежды таяли.

Но тут опять раздался звук, и появилось окошко “опознан”.

— Неужели снова Нюберг? — спросил Йельм.

— Опознан Роберт Мейер, — сказал Чавес. — Он и Уэйн Дженнингс — одно лицо.

Серебристая машина “вольво”, стоящая на парковке в Тэбю, завибрировала от вздохов облегчения.

— Захватить его врасплох не удастся, — сказал Хультин. — Он заметит нас как минимум за две минуты до нашего появления. А такому, как он, чтобы испариться, достаточно десяти секунд.

Все опять замолчали. Происходящее в машине могло бы называться мозговым штурмом, если бы оно больше не напоминало свист ветра в пустых черепах мертвецов.

— Надо мне его брать одному, — сказал Нюберг. — Надеюсь, я убедил его в своей бестолковости и теперь могу вернуться, не вызывая подозрений.

— У тебя сотрясение мозга, — сказал Хультин.

— Точно, — ответил Нюберг, перебираясь в свою машину. Он опустил стекло с водительской стороны. — Будьте наготове, я позвоню, когда будет пора.

— Осторожно, — предупредил Хультин. — Он профессионал высшего класса.

— Да помню я, — Нюберг раздраженно махнул рукой и уехал.

Охраннику он сказал, что забыл кое-что спросить у господина Мейера. Его впустили. К этому времени Мейер уже пятнадцать секунд мог видеть его на своих мониторах и если бы захотел, давно бы убежал. Нюберг от всей души надеялся, что Мейер не раскусил его и считает недотепой. Секретарши встретили Нюберга улыбкой и позвонили Мейеру. Не обращая внимания на мини-юбку, Нюберг погрузился в размышления. Как ему вести себя? Мейер наверняка имеет огнестрельное оружие и в мгновение ока может им воспользоваться. Если он почувствует угрозу, Гуннару Нюбергу несдобровать. А он еще хочет увидеть своего внука. Решение пришло само собой.

Мейер ждал его в коридоре возле двери в кабинет. Вид у него был слегка встревоженный, значит, он был сильно обеспокоен. При виде Мейера Нюберг просиял и направился прямо к нему:

— Извините, — проговорил он, слегка запыхавшись, — я кое-что забыл.

Брови Мейера поползли вверх. Рука потянулась к борту пиджака, но тут же вернулась на место.

Тут Гуннар Нюберг ударил его. Мощнейший апперкот отбросил Мейера назад, он стукнулся головой о стену. И остался лежать.

Дело было сделано.