Мысли - Андрей Демидов

«Мать твою за ногу так!» — беспричинно и зло выругался коренастый спецназовец, прохаживаясь вдоль железнодорожной рампы, на которой вовсю кипела работа. Из только что пришедших контейнеров в вагоны № 9075468, 9071277 перегружали небольшие, запаянные металлические ящики. Все они были без маркировок, только сбоку на каждом имелись стрелки указатели — «верх» и «низ».

Пограничники, сложив грудой зеленые фуражки и раздевшись до маек, несмотря на прохладное утро, неловко выволакивали ящики из контейнеров и грузили их на электрокары. Под жестяным флажком «Путь 7» стояли и внимательно смотрели по сторонам два человека в драповых пальто. Они курили, один из них изредка прикладывался к потрескивающей рации. Чуть дальше, возле приземистого кирпичного пакгауза с узкими слепыми окнами расположились два спецназовца в пятнистых камуфляжах. Бойцы сидели среди наваленных в кучу бронежилетов, касок, пищевых термосов, ящиков с сухим пайком, потертых пыльных одеял и равнодушно наблюдали за суетой на перроне.

Совсем вдалеке, сквозь утренний туман, темнели силуэты стоящих в оцеплении «вэвэшников» и стрелков комендантского взвода. Несмотря на ранний час, над грузовой станцией «Брест 2» звучали гудки маневровых тепловозов, матерились где то сцепщики, у вагонного депо гулко и звонко гремели железом о железо. Ритмично постукивали на стыках невидимые за туманом уходящие поезда, пахло смолой шпал, дымом, каленым железом и чем то еще неуловимым, присущим только большому вокзалу или станции.

Коренастый спецназовец дошел наконец до своих и остановился, заложив руки в карманы комбинезона:

— Придумают тоже — охранять ящики. Что, на это вохровцев нет?

— Зря ты, Маслюк, кипятишься. Какая разница, где службу тащить, на алма атинской базе или в вагоне. Тут хоть душманья нет. Прокатимся с ветерком… — усмехнулся один из сидящих.

— Тебе, Зубоиров, лишь бы дрыхнуть целыми днями! — высказался спецназовец с бритвенным порезом на подбородке, залепленным кусочком газеты. Зубоиров презрительно взглянул на него:

— Эх, Мяскичеков, кто бы говорил. Ты даже на операции умудряешься «топить на массу». Как тебе еще уши правоверные не отрезали во сне, непонятно. Ты там хоть сны видишь?

Маслюк хохотнул, а Мяскичеков, не обращая внимания на колкость, подложил ладони под затылок и задремал, прислонившись к кирпичной кладке пакгауза. Из за угла появился еще один спецназовец с озабоченным заспанным лицом:

— Подъем, давайте грузиться, скоро отправляемся…

— Капитан, вопрос можно? — поднялся ему навстречу Зубоиров.

— Давай!

— Какого лешего этот груз не отправили самолетом? Зачем поездом?

Капитан пожал плечами:

— А кто его знает! Так, наверное, безопасней, или, может, тяжелый слишком… Вон смотри, два вагона набирается этого железа.

Пограничники уже заканчивали погрузку и задвигали тяжелые двери, поддевая их ломиками, а двое в драповых пальто прилаживали пломбы, готовясь опечатать вагоны. Спецназовцы начали таскать свое снаряжение в соседний вагон, где были сооружены дощатые нары, грубо сколоченный стол и стояла металлическая печка с трубой, выходящей в верхний люк.

— Мать твою… Ну и конура. Поедем хуже зэков! — недовольно заворчал Маслюк, кидая на верхнюю полку бронежилеты. — Чего вдруг вся эта придурь с маскировкой…

Зубоиров пыхтел, затаскивая в вагон ящик с тушенкой. Состав вздрогнул, загремел бамперами и сцепками, дернулся и проехал вперед несколько метров.

— Зацепили, сейчас двинемся. Давай живее! — Зубоиров вышел обратно на перрон, разглядывая сквозь дымку мощную тушу локомотива, покрытую масляными потеками. Из окошка, выставив локоть, выглядывал пожилой машинист в засаленной фуражке и кричал кому то, невидимому отсюда:

— Вась, давай беги быстрее, что ты еле ногами перебираешь.

Появился помощник машиниста, таща в руках авоську с кефирными бутылками и плавлеными сырками. Он явно не спешил.

Зубоирову показалось, что из сумки выглядывает горлышко винной бутылки.

Когда спецназовцы, перетаскав все снаряжение, уже сидели в вагоне и маялись в ожидании отправления, к ним влезли двое в драповых пальто, а с ними пограничник и еще один мужчина солидного вида, в больших очках в металлической оправе, который строго спросил:

— Кто командир отдельной группы спецподразделения «Орион»?

Капитан нехотя поднялся:

— Капитан Хмелев. Здравия желаю.

Двое в штатском и пограничник заглядывали во все щели с таким видом, будто никогда не видели обыкновенных грузовых вагонов, а солидный мужчина в очках отозвал Хмелева в сторону и понизил голос: