Дневник убийцы - Джон Г. Мэтьюз

Вздохнув, Маччиони кивнул.

– О Килкенни уже позаботились, но и у Тирни тоже дела не очень хороши. К сожалению, он выжил после нападения на его пивоварню. В больнице он пробудет недели две или три.

– И тогда он займется нами. – Эйб, как и Энцио, тупо уставился на сцену внизу.

– Не сомневаюсь, что займется.

Маччиони сообщил Вейманну, что собирался остаться в Атлантик-Сити на месяц, а может быть, и дольше. «Не только чтобы все успокоилось, но и для того, чтобы больше побыть вместе с вами, спланировать, как лучше защититься от репрессий», – объяснил он.

В путешествие на поезде сицилиец взял с собой только один чемодан и драгоценный фонограф. Позже он послал записку Брунере, чтобы тот забрал его вещи. Последним, что Энцио смог стерпеть, было трогательное прощание с мадам Ориемма.

Упоминание о репрессиях вызвало на лице Вейманна глубокую задумчивость.

– До тех пор, пока у Тирни такие сильные связи на Малберри-стрит, наши шансы победить весьма скромны. Нам вечно будут выкручивать руки.

– Думаю, у меня есть подходящий человек, чтобы выдержать любую атаку на этом фронте. – Маччиони сделал многозначительную паузу. – Инспектор Ардженти.

Эйб наморщил лоб от удивления.

– Я думал, что он у мэра Уоткинса главный по борьбе с коррупцией?

Сицилиец поднял руку.

– Вы неправильно меня поняли. Есть определенные границы, которые Ардженти никогда не нарушит. Нет надобности откровенно совать ему взятки. Придется действовать более деликатно. Но у нас с ним общий враг в лице Тирни, и он у меня в некотором долгу.

Вейманн криво улыбнулся.

– И вы, без сомнения, этим воспользуетесь, когда придет время?

– Вот именно. – Маччиони взглянул на танцовщиц. Когда он снова кивнул, на лице его отразился яркий луч. – К тому времени мы поймем, какие границы инспектор Ардженти способен перешагнуть.

* * *

Он начал писать письмо, но, не дописав, скомкал лист. Тон был выбран неверный.

Приходилось думать сразу о слишком многом: о дневном поезде в Монреаль и о дальнейшем путешествии на пароходе в Гавр сразу после этого. Оттуда он планировал сесть на другой поезд на побережье в Биарриц. При таких частых перемещениях и смене внешности полиция вряд ли сможет его выследить.

Он перепробовал разные прически и аксессуары и в конце концов выбрал светло-каштановый цвет волос, подстриг бороду и надел более широкие очки. Он привык к этому и следующий час собирался примерять разные парики и аксессуары, пока не найдет подходящий вариант. А через месяц перекрасит собственные волосы.

Лангдейл был слишком глуп, надеясь, что сможет обмануть его в тот день, просто сменив внешность. Как и прежде, Дав без труда выследил его по слишком пристальному взгляду на девушку через дорогу. И когда они оказались в толпе на Авеню Америк, Уильям был заметен, будто свечка, – единственный в толпе, кто не смотрел на парад автомобилей.

Перечитав два параграфа своего письма, Юджин перечеркнул их. Возможно, теперь не так уж и важно посылать это письмо, ведь инспектор Ардженти видел его совершенно отчетливо. Ситуация была особенно напряженной, потому что нынче опасность угрожала его собственной дочери. В своем последнем письме Дав сообщил Ардженти и Джеймсону, что поможет отыскать нового убийцу, и он сдержал слово! Отличный способ доказать свое превосходство, не просто выследив убийцу, но и нанеся ему решающий удар.

Он снова посмотрел в блокнот и, вздохнув, продолжил укладывать вещи. Если у него будет вдохновение в поезде, он отправит письмо из Монреаля.

* * *

– Прежде чем выступить перед прессой, давайте сверим записи и окончательные выводы по делу «Наглого убийцы дебютанток», которым, как выяснилось, оказался Уильям Лангдейл. – Заглянув в лежавшую перед ним папку, мэр Уоткинс стал дожидаться, пока официанты расставят на столе кофе и чай. – Это будет главной темой встречи с представителями прессы. Последняя драматическая активность банд, побег Брогана и его гибель вызовут немало вопросов с их стороны.

Джеймсон и Ардженти кивнули, а комиссар Лэтам лишь посмотрел на Уоткинса поверх чашки кофе. Накануне вечером он ознакомился с рапортом Финли и Джозефа.

За сорок минут до запланированной встречи с прессой в Сити-холл Уоткинс собрал совещание в чайной комнате гостинцы «Астор Хаус». Здесь сохранилась элегантная атмосфера, да и Сити-холл находился прямо через дорогу. С одной стороны окна чайной комнаты выходили в роскошный внутренний дворик, а с другой виднелась улица и Сити-холл. На противоположной стороне Джеймсон увидел несколько репортеров. Уоткинс посмотрел на Джозефа.

– Прежде всего, инспектор Ардженти, как ваша дочь? Я понял, что при попытке покушения она не пострадала, и, надеюсь, с ней сейчас все хорошо?

– Да, всё в порядке. – За последние два дня Джозеф обнимал и похлопывал Ориану по плечу во много раз чаще, чем за последние два месяца.

– Позвольте выразить сердечную радость по этому поводу, и уверен, что все присутствующие единодушны со мной. – Мэр снова заглянул в папку. – Но я вижу, что причина, по которой Лангдейл попытался напасть на нее, в том, что в свое время вы были главным в деле ареста Лангдейла? Это существенное отличие от прежних его жертв…

– Да. Я возглавлял группу из трех констеблей, которые сопроводили Лангдейла в тюрьму Йорквиль, – ответил инспектор.

Уоткинс перевернул страницу и провел по ней вниз пальцем, сделав при этом глоток чая.

– Выяснилось, что все жертвы имели прямую связь с Лангдейлом, в основном через операции с акциями его компании?

Перед тем как ответить, Джеймсон взглянул на Ардженти.

– В большой степени. Мы с моим помощником Лоуренсом выявили некоторые из этих связей, а остальное прояснилось в результате встречи с Филиппом Станденом. – Финли обождал, пока Уоткинс прочитает выдержку. – И еще кое-что выяснилось через выжившую Ребекку Вайнрайт. – Произнося это, криминалист почувствовал, как заболела одна сторона его лица. Ушиб от ботинка Брогана почти посинел.

Глава города оторвался от записей.

– И никаких жертв вне этого круга?

– Нет. Никого, – покачал головой Финли.

Уоткинс перевел взгляд на Ардженти.

– Но в последний момент появился некто, защитивший вашу дочь Ориану, и вы его видели?

– Да. Похоже, это был Юджин Дав, – ответил Джозеф.

– Похоже, был… или вы совершенно уверены, что это был он?

Мэр пристально посмотрел на него, и инспектор понял, куда он клонит, сообразив, что не стоит давать даже намека на то, что это были не случайные убийства, жертвой которых могла бы стать любая юная девушка города. Меньше всего ему хотелось, чтобы снова явился призрак Потрошителя.

– Он… он был на большом расстоянии в толпе, – начал Ардженти. – Поэтому, полагаю, я не совсем уверен.