Следствие по-русски 2 - Дмитрий Леонтьев

— Не понимаю! — отрезал бизнесмен. — Я глупый. Мне на пальцах объяснять нужно… Все, мужики, заканчиваем спорить, давайте лучше отобедаем. Точнее, отужинаем, — поправился он, взглянув на часы. — А то вся эта суета: взрывы, милиция, протоколы… А я тем временем изрядно проголодался.

— Спасибо, Михаил Глебович, но нам пора ехать, — сказал я, видя, что Разумовский все еще не может свыкнуться с мыслью об обладании машиной. — На улице уже темнеет, а нам еще до дома добираться. Спасибо вам за все. И удачи.

— Не за что, — пожал плечами бизнесмен. — Просто у меня тут маленькие неприятности, а вы как раз к их разбору подоспели, вот свою порцию и отхватили… Но за Оксану не волнуйтесь, и справлюсь со всеми этими проблемами. Дело лишь во времени… Удачи и вам.

Мы простились и вышли. Разумовский потерянно обошел машину кругом и жалобно спросил у меня:

— Что делать?

— Садиться за руль, — посоветовал я. — Полагаю, ты не сомневаешься в том, что он и впрямь расстреляет эту машину, как н обещал? Это ведь не просто подарок. Это — компенсация. IIо мне, так справедливая… Садись за руль, батюшка, и с приобретением тебя… Поехали. Я так устал за сегодняшний день, что у меня просто нет сил тебя в чем-то убеждать…

— Быстро же они узнали о планах Зимина, — поразился я. — Ты уже говорил с ним?.. Когда будешь говорить, посоветуй хорошенько проверить особняк на предмет наличия «жучков». Хотя там наверняка все трижды проверено, но кто знает, насколько велики их возможности и когда был установлен последний «жучок». Ему следует искать «наводчика» где-то совсем близко от себя… Зачем ты звонишь мне и сообщаешь обо всем этом? Мы вчера поставили для себя точку в этом деле. Все, мы с ним закончили.

— Но Татьяна Петровна еще в большем страхе, чем раньше, — возразил Разумовский. — И я начинаю разделять ее опасения. Представляешь, какая сила действует против Зимина? И как близко она подобралась к нему?

— Пусть поторопится с отправкой девушки в безопасное место. И наймет лучших специалистов, способных внести ясность в это дело. Полгода — очень большой срок. Там должна остаться куча следов. И если его специалисты не в состоянии найти их, определить и сделать выводы, то их нужно гнать в три шеи. Так и передай.

— Коля, а может быть…

— Не может! — твердо возразил я.

— Я имею в виду проследить за безопасностью девушки до ее отъезда.

— Там взвод вооруженных до зубов телохранителей. Не лезь в чужое дело. Пока ты помогаешь нищим и старым, я это еще могу понять, но у этого парня столько денег, что он в помощи не нуждается. Он сам в состоянии разобраться со своими конкурентами, недоброжелателями, двоюродными братьями, начальниками службы безопасности и девушками. А у тебя есть огромное количество по-настоящему неотложных дел. У тебя есть те, у кого нет возможностей Зимина, его денег и связей.

— Но ведь нельзя отворачиваться от человека только потому…

— Все, я уже вновь заснул, — сообщил я и даже глаза прикрыл для достоверности. — Информацию я воспринял, усвоил, а теперь я хочу досмотреть остаток прерванного тобой сна. Передай от меня привет миллионерам. Пока.

Положив трубку на рычаг, я несколько минут сидел, недовольно сопя, потом запахнулся в халат и побрел обратно в комнату

— Что-нибудь случилось? — встревожено спросила проснувшаяся Лена.

— Разумовский сошел с ума. Ему подарили машину, и он звонил, чтобы похвастаться…

— Это Разумовский-то? — недоверчиво спросила она.

Я поцеловал ее в лоб и улыбнулся:

— Когда я в последний раз говорил, что очень люблю тебя?

— Давно, — сказала она. — Целая ночь прошла с тех пор…

— Ты чудо, малыш, — сказал я, прикладывая ее ладонь к своей щеке. — Ты светлое, прекрасное, нескончаемое чудо. Я очень люблю тебя. Не беспокойся ни о чем. Пока ты рядом, со мной ничего не случится… Спи, хорошая моя. Спи и ни о чем не заботься. Знай, что я люблю тебя.

Она улыбнулась мне, и я еще раз поцеловал ее. На этот раз в теплые, пахнущие медом губы. Потом подошел к серванту и, отыскав среди кипы старых бумаг и документов записную книжку, вернулся на кухню. Набрал нужный номер и, дождавшись, пока на другом конце провода снимут трубку, извинился:

— Прости, Женя, за столь ранний звонок. Разбудил?

— Ты же знаешь, что в такое время я еще не ложусь, — ответил мне Женя. — Я ночная птица, и забираюсь в гнездо только с первыми лучами солнца, чтобы с наступлением сумерек вновь быть готовым к охоте… Что-нибудь случилось?

— Увы, — подтвердил я. — Крупная операция. Взлом банка. Вирусная атака. Но не столь интересен сам факт, сколько возможность выйти через него на длинную череду преступлений. Кто-то ведет большую кампанию против одного моего знакомого. Если бы дело касалось только денег, я не стал бы беспокоить тебя по столь щепетильному поводу, но речь идет о жизни человека. Может быть, даже не одного. Помоги, Женя.

Разумовский наконец открыл дверцу и устроился за рулем, обживаясь на новом месте.

— Я думаю, что Зимин действительно справится со всеми этими проблемами, — сказал я. — Он прав — дело лишь во времени. Отправит Оксану в безопасное место и займется этим вплотную… Мы свое дело сделали: убедились, что они действительно любят друг друга, невзирая на богатство и следующие за ним неприятности. Как выражается Оксана, «привкус сладкой жизни». Вскоре она будет в безопасности. Можешь успокоить ее мать и забыть об этом деле. Ты помнишь, что обещал?

— Помню, — нехотя признался Разумовский. — Постараюсь успокоить Татьяну Петровну… И все же я задержусь в городе до тех пор, пока Зимин не отправит девушку в безопасное место. Ведь некоторым образом я беру на себя обязательства, ручаясь за безопасность Оксаны перед ее матерью.

— Дело твое, — согласился я. — А сейчас отвези меня домой, к жене. Я попытаюсь объяснить ей, как я умудрился угробить два чемодана вещей, лежавших в багажнике твоей машины… А это несколько сложнее, чем твое объяснение своей жене, каким образом ты умудрился поменять старую «пятерку» на новенькую «девятку»… И не забывай про свое обещание. С плохими новостями и бедами своих прихожан даже близко ко мне не подходи. Мы поставили на этом деле точку. Помни об этом…

* * *

Разумовский позвонил мне в семь утра. Вытряхнув спящего кота из шлепанца, я обулся, натянул халат и, подхватив телефон, побрел на кухню, спросонья натыкаясь на стулья и двери.

— Я только в три ночи заснул, — у меня не было сил даже ругаться. — Что ты еще от меня хочешь? У меня нет больше чемоданов, которые можно было бы взрывать…

— Тут небольшая проблема образовалась, — смущенно пояснил иерей. — У Зимина опять беда.

— Ну и что? — зевнул я. — У него последние полгода каждый день — беда… А вот у меня второй день проблемы. С тобой. Что опять случилось?

— Хакерская атака.