Последнее дело Даймонда - Питер Лавси

– Когда полиция делала у вас обыск, они не потрудились заняться кухней?

– Выпотрошили все буфеты.

– А вот это не трогали?

– Старинное письмо в банках такого размера спрятать не получится.

– Верно. – Даймонд оставил в покое фигурные баночки и открыл дверцу буфета.

– Нужен сахар?

– Нет, спасибо. – Его внимание привлекла коробка с соломинками для напитков.

– Вы любители лимонадов?

– Что?

– Я о соломинках. В коробке было пятьсот штук, но сейчас многих недостает. Их раздавали во время вечеринки?

– Не заметил.

Даймонд вернул коробку на место и взял наполовину израсходованный пакет с мукой.

– Собираетесь испечь пирог? – мрачно сострил Джекман.

Даймонд снова принюхался.

– У вас найдется большая ложка? Спасибо.

Он погрузил ее в муку, зачерпнул и высыпал обратно. Повторив процесс несколько раз, вернул пакет на полку буфета и взял нераспечатанный. Верхние края были скреплены друг с другом клейкой лентой.

На сей раз, погрузив ложку в муку, он ощутил небольшое сопротивление. И попросил Джекмана:

– Подайте из раковины миску.

Тот молча протянул миску. Даймонд высыпал в нее муку и нашел то, что искал: три целлофановых пакетика размером с шарики для пинг-понга и в каждом белая, как мука, начинка. Раскрутив стягивающую пакетик проволочку, он снова повернулся к профессору:

– Не сочтите за труд, включите свет.

Порошок в пакетике поблескивал. Явно не мука, он был кристаллической структуры.

– Наркотик? – прошептал Джекман.

Бывший суперинтендант облизнул палец, ткнул в порошок и попробовал на вкус. Горький. Прополоскал рот и выплюнул в раковину.

– Кокаин. То, что вы выпили с шампанским. Вы не знали, что жена употребляла его?

Лицо Джекмана моментально преобразилось: выражение недоверия исчезло, он все понял.

– Вот для чего требовались соломинки!

– Не только соломинки, – заметил Даймонд. – Не знаю, насколько вы знакомы со способом употребления кокаина. Порошок нужно размельчить до состояния пудры. Для этого, как правило, пользуются зеркалом и бритвой. Стекло – идеальная поверхность. Размельченный наркотик выкладывают в полоску и втягивают в нос через соломинку или свернутую банкноту. У вашей жены банкнот почти не осталось.

– Хотите сказать, что она потратила на эту дрянь все свои сбережения?

– Кокаин не дешевое удовольствие.

Джекман рассеянно провел рукой по щеке:

– Господи, как же я не заметил?

– Слишком погрузились в работу. Из того, что я узнал о вашем браке – вы мне сами сказали, что ваши миры почти не пересекались, – ясно, что не вам было судить о состоянии жены. Мне и то потребовалась уйма времени, чтобы догадаться. Но, в конце концов, я детектив или кто?

– Ее странное поведение – от кокаина?

– Наверняка сказать не могу. Но смею утверждать, что сумасшедшей она не являлась. Кокаин действует так – речь идет о закоренелых наркоманах, – когда проходит эйфория, они подвержены страхам и фобиям. Воображают, будто все против них ополчились. Параноидальный бред, ведущий к агрессии, – хорошо известные симптомы.

– Удивительно, почему не разобрался ее лечащий врач? Значит, Джерри находилась под действием кокаина, когда пыталась убить меня?

– Видимо, нанюхалась на вечеринке.

– Это то, что называют крэком?

– Нет, крэк – кокаин, растворенный в теплой воде, которую затем подогревают с содой вроде пищевой. Получаются хлопья или кристаллы. Сто́ит попробовать, и возникает зависимость. Физическая. А это не крэк.

– Однако привыкание все равно наступает?

– Психологическое. Но на это требуется время. Судя по состоянию счета Джеральдин, ваша жена превратилась в наркоманку.

Джекман помолчал, складывая воедино то, что раньше казалось необъяснимым.

– Как бы я хотел найти негодяя, который снабжал ее кокаином!

– Я тоже, – произнес Даймонд.

– Вы считаете, что он может иметь отношение к ее смерти? – Джекман стукнул ладонью по столу. – Боже, это же все меняет!

– Прошлым летом миссис Дидриксон с сыном стали свидетелями отвратительной сцены на подъездной аллее вашего дома. Дело было субботним утром. Вы куда-то отлучились – наверное, занимались подготовкой выставки. Дана с Мэтью прятались на дороге, надеясь, что оттуда сумеют взглянуть на вас. Мэт видел интервью по телевизору и узнал в вас человека, который спас его в каскаде. Но они заметили выходящего из дома мужчину – чисто выбритого, крепко сложенного, с соломенными волосами. Он был в синей рубашке, белых джинсах и кроссовках. Да, еще золотая цепь на шее. Припоминаете кого-нибудь подобной наружности?

– Нет.

– Он ездит на коричнево-малиновом «Вольво». Его зовут Энди.

– Единственный Энди, которого я знаю, толст, и ему шестьдесят лет. Что произошло?

– Этот Энди направился к машине, а ваша жена бросилась за ним в одной ночной рубашке. Босая, возбужденная. Она не хотела отпускать его, требовала вернуться. Крикнула вроде: «Хочешь, чтобы я встала перед тобой на колени?» Вцепилась в него и устроила потасовку, прежде чем он сумел оттолкнуть ее и уехать.

– Дана это видела?

– Да. И имела основания предположить, что они любовники. Дана поспешила увезти сына. Теперь, когда нам известно о кокаине, инцидент предстает в ином свете.

– Этот Энди поставлял ей наркотик?

Даймонд кивнул:

– Скорее всего. В тот день, вероятно, заломил такую цену, что у Джерри не хватило денег.

– Мы должны найти его.

– Это непросто. Если бы я продолжал служить в полиции, то мог бы обратиться за помощью в отдел по борьбе с наркотиками. У них больше возможностей решать такие задачи. Но в любом случае мы должны заявить об инциденте.

В голосе бывшего суперинтенданта прозвучало сомнение, что не ускользнуло от Джекмана.

– Мы с вами совсем в иной ситуации, – возразил профессор. – Речь идет не только о нашем гражданском долге. Дане грозит пожизненное заключение, а с другой стороны, на карту поставлена репутация инспектора Уигфула. Он передал обвинению идеально раскрытое дело с классическим любовным треугольником и очевидными доказательствами. И не захочет осложнений, связанных с наркотиками.

– Он не вправе препятствовать доследованию.

– Но может спустить его на тормозах. Нам надо решить все самим. Для защиты это первый лучик надежды. Не будем швыряться им и отдавать в руки противоположной стороны.