Дикарка - Фабио

– А ты как думаешь? – ответил Виктор вопросом на вопрос. – С ними надо немедленно покончить. Пошли.

Он развернулся на каблуках и направился в свои апартаменты, увлекая за собой Лию.

– Пошел, – грубо приказал охранник Марко, толкнув его в спину прикладом автомата.

Марко подчинился, видя, как в нескольких шагах впереди по коридору быстрой походкой идет Энрике. Охранник, казалось, весь был поглощен своими обязанностями: Энрике всегда был высочайшим профессионалом, когда дело касалось скрытности. Никто не умел лучше его прятать свои эмоции.

Возле двери, ведущей в апартаменты, Виктор обернулся к ямайцам.

– Дальше вы не пойдете, – объявил он. – Теперь оставьте меня одного.

Не меняя выражения лиц, охранники отступили. Движения их были абсолютно механическими, как у роботов. Они молча вышли в холл и спустились на первый этаж.

– Мне надо, чтобы ты пошел со мной, – сказал Виктор Энрике и движением головы показал на Марко и Лию. – Их двое, и я не могу полагаться на случай. Прикрой меня, пока я буду открывать дверь.

Энрике молча кивнул и, отступив на шаг, взял на прицел Марко и Лию. Подняв на изготовку автомат, он глазами приказал пленникам не двигаться.

Виктор достал из кармана пиджака ключи и вставил все три в замочные скважины, потом отключил сигнализацию, набрав несколько цифр на электронной панели дистанционного управления. Двери открылись, и Виктор, шутовски улыбаясь, отступил в сторону, уступая дорогу своим «гостям».

– Добро пожаловать в мое святилище. Входите, прошу вас.

* * *

Лия покачнулась, переступая порог, понимая, что следующие несколько шагов могут стать последними в ее жизни. Может быть, Виктор хочет убить ее и Марко сразу, как только за ними захлопнется дверь? Или прикажет сделать это Энрике?

Покосившись на смертоносное оружие в руках Энрике, Лия перевела взгляд на его лицо, надеясь уловить в нем хоть какой-то намек на сочувствие. Действительно, если бы он хоть немного сочувствовал Марко, в его глазах отразилось бы неудовольствие таким поворотом событий. Возможно, он бы даже попытался помочь…

Но Энрике вел себя совершенно отчужденно. Он просто стоял рядом, сжимая автомат и выполняя как робот все приказания Виктора.

«Черт бы тебя побрал! – мысленно выругала его Лия. – Неужели ты не видишь, что здесь происходит? И тебе все равно?»

Она перевела взгляд на Марко. Он стоял в стороне, в его спокойствии было какое-то ожидание. Лии показалось, что в его поведении что-то изменилось. Было впечатление ауры непокорности во всем его облике. Судя по всему, Марко не собирался сдаваться без боя.

Мысленно Лия молила Бога, чтобы Марко не допустил опрометчивого поступка. Она понимала, что у них нет никаких шансов избежать смерти, если, конечно, не произойдет чудо.

Но малая частица ее души отчаянно верила в такое чудо, ведь надежда умирает последней. Пока они оба живы, у них есть шанс – пусть призрачный, но шанс.

«Прошу тебя, Марко, – мысленно обратилась она к нему, – не дай им себя убить».

– Шевелись! – загремел Виктор, и Лия, с трудом переставляя ставшие ватными ноги, вошла в роскошную комнату. Казалось, она попала в средневековый европейский замок. Приглушенная цветовая гамма и планировка подчеркивали умопомрачительный вид, открывавшийся непосредственно от французского окна.

Стены комнаты были обиты богатой, светлого золота парчой; пол покрыт тканным серебром ковром, круглая кровать застлана белым шелком.

Молча и мрачно смотрела Лия на все это великолепие, зная, что эта прекрасная комната станет камерой пыток для нее и Марко.

– Вот, – сказал Виктор, обращаясь к Энрике, – мой частный мир. Как он тебе?

– Очень мило, – бесстрастно ответил Энрике.

– Сюда приглашаются только весьма доверенные люди и близкие друзья, Энрике, – проговорил Виктор. – Отнесись к моему приглашению со всей серьезностью.

– Я так к нему и отношусь, Виктор, – торопливо ответил Энрике. – Это моя привилегия.

«Твоя привилегия, – мрачно подумала Лия, – стать свидетелем убийства».

Она посмотрела на Марко – он стоял в нескольких футах от нее. Казалось, можно протянуть руку и коснуться любимого. Зубы стиснуты, в глазах ледяное презрение. Однако когда их взгляды встретились, Марко посмотрел на Лию с нескрываемой нежностью.

Лии до боли захотелось подойти к Марко, прижаться к нему, но она понимала, что если двинется с места, все будет кончено.

У них вообще нет шансов, всем своим существом осознала Лия. Разум отказывался принимать эту безнадежность, но все было кончено… Она поняла это в тот момент, когда Виктор запер дверь на массивный засов.

Вот так.

Они стали его пленниками. И выхода отсюда нет.

– Настало время, Энрике, поделиться с тобой тайнами моей империи, – сказал Виктор, быстро подойдя к дверце стенного шкафа. – И время показать вам, – продолжал Виктор, обращаясь к Марко и Лии, – то, что вы с таким упорством пытались узнать. – В голосе Кэвала звучало самодовольство.

Вместо того чтобы взяться за дверцу шкафа, Кэвал нажал на металлическую окантовку, и в стене стали видны борозды, скрытые шкафом.

Лия поняла, что за шкафом располагается панель, удачно замаскированная узором обоев и снабженная механизмом, выталкивающим ее при нажатии на окантовку.

Панель отъехала в сторону, открыв узкий лаз.

– Только после вас, – галантно произнес Виктор, пропуская вперед всех троих.

Крепко взяв девушку за руку, Энрике повел ее к лазу. Высота его была всего несколько футов, и Лии пришлось согнуться в три погибели, чтобы пойти вслед за Энрике. Интересно, как пролезет сюда Марко при своем росте, подумала Лия, и что будет делать Виктор, если Марко не сумеет сюда попасть?

Преодолев узкий и низкий проход, Лия выпрямилась и огляделась: она стояла в маленьком помещении с низким потолком. Стены были уставлены шкафами и полками с папками. Единственным предметом мебели был стол, заваленный бумагами и уставленный телефонами. По обе стороны от входа громоздились два тяжелых массивных сейфа.

– Вот мы и пришли, – произнес сзади нее Виктор, входя в потайную комнату.

Лия увидела в его руке маленький револьвер, и ей стало дурно.

– Это нервный центр моих операций, по крайней мере тех, которые осуществляются на территории Соединенных Штатов. Здесь я держу то, что надо сохранить в полной тайне. – Он поднял руку и сделал пренебрежительный жест, словно стряхивая что-то с себя. – Теперь вы понимаете, что могли сколько угодно обыскивать остальное здание в поисках улик против меня? Все улики здесь, и только здесь. В этой комнате бывали только самые доверенные люди, а их очень немного. – Он многозначительно посмотрел на Энрике, потом перевел взгляд на Марко. – Итак, ты видишь, что твой отдел со всеми своими ищейками и техникой – ничто против моих умных мозгов.