Опасные игры - Сандра Браун

– Что там случилось?!

– Вы здесь живете?

– Нет.

– Кто-то из членов семьи?..

– Нет.

– Тогда извините. Вход запрещен.

– Я Дерек Митчелл, адвокат. Что здесь произошло?

Полицейский нахмурился и оглянулся. Не увидев поблизости никого из коллег, он сказал:

– Фатальное ножевое ранение.

Дерек почувствовал, что у него подгибаются ноги.

– Кто… – горло перехватило, и это, похоже, тронуло сердце полицейского.

– Подождите здесь, – с этими словами он повернулся и направился к открытой двери. Дерек проскочил мимо него и на пороге едва не столкнулся со вторым полицейским. Тот загородил дорогу:

– Кто вас сюда пустил?

– Дайте пройти! – Митчелл попытался сбросить руку полицейского со своего плеча, но у него ничего не вышло. Первый страж закона схватил его сзади. – Отпустите меня!

– Успокойтесь, приятель, иначе мы наденем на вас наручники.

– Да отпустите же!

На шум явился Гомер Сэнфорд. Выражение лица у него было самое мрачное.

– Митчелл? Снова вы! Какого черта?

Дерек пытался прочитать что-либо по глазам детектива.

– Джули?.. – хрипло спросил он.

Сэнфорд несколько секунд смотрел на адвоката, затем кивнул головой в сторону дома. Митчелл сделал шаг вперед, вернее, попытался. Полицейские все еще держали его.

– Отпустите, – приказал Сэнфорд.

Стражи закона отпустили Дерека. Он, спотыкаясь, вошел в гостиную и резко остановился. Митчелл увидел Джули, бледную как смерть, но тем не менее живую.

Она сидела на диване, закутавшись в шаль, хотя Дереку показалось, что в комнате жарко, как в теплице. Вся ее одежда под шалью была выпачкана. Кровь и еще что-то – отвратительное, вонючее. Лицо Джули было белое, а глаза, встретившиеся сейчас с его взглядом, казались особенно огромными и глубокими.

Около камина стоял высокий, худой чернокожий мужчина. В руках он держал маленький блокнот на пружинах. Второй детектив, постарше, которого Дерек узнал – Грэхэм? Грант? Что-то в этом роде, – сидел на диване, том самом, на котором накануне сидел сам Митчелл, чтобы быть поближе к телевизору. Дальше расположились Сэнфорд и Кимбалл.

Эта живописная группа приветствовать его явно не спешила. После продолжительной паузы Грэхэм – или все-таки Грант? – повернулся к Сэнфорду:

– Что это значит?

– Я Дерек Митчелл, адвокат.

– Я знаю, кто вы такой. А я сержант Грэхэм, детектив, который ведет расследование по факту убийства. Проникающее ножевое ранение. Да еще какое проникающее… Теперь, когда мы друг другу представились, покиньте, пожалуйста, место преступления.

– Вы не поняли, сержант. Я адвокат мисс Рутледж.

Глаза Джули слегка расширились, но возражать она не стала. У Кимбалл был такой вид, будто кто-то уколол ее в задницу через сиденье дивана. Сэнфорд вроде бы что-то пробормотал, но Дерек не был в этом уверен.

Грэхэм повернулся к Джули:

– Вы уже позвонили своему адвокату?

– Я не… я никому не звонила. Только в службу спасения.

– Наверное, он приехал сюда за нами, – предположила Кимбалл. – Мистер Митчелл был у мотеля, где в последние недели жил Билли Дьюк. Это он на самом деле его нашел, – неохотно добавила Роберта. – Вернее, его сотрудник.

– А с чего это вдруг вы разыскивали Дьюка, мистер Митчелл? – делано удивился Грэхэм.

Прежде чем Дерек успел ответить, взгляд детектива переместился куда-то за его плечо. Митчелл повернулся. Два санитара «Скорой помощи» под пристальным взглядом следователя выкатывали через входную дверь каталку с привязанным ремнями телом. Следователь, который не раз встречался с Дереком на судебных процессах, кивнул ему, но ничего не сказал. Он обратился к Грэхэму:

– Я сообщу вам, сержант, на какое время будет назначено вскрытие.

– А сейчас вы ничего нам сказать не можете?

– Этот человек уже был мертв, когда приехали медики. Следы борьбы и травма. В животе – обычный кухонный нож, – он последовал за каталкой, не проронив больше ни слова.

Дерек взглянул на Сэнфорда:

– Дьюк?

– Погибшего пока не опознали.

Грэхэм встал:

– Мы еще очень многое не сделали. Мисс Рутледж, вам придется поехать с нами в полицейское управление, чтобы ответить на вопросы.

– Сейчас?

– Да, сейчас.

– Могу я хотя бы привести себя в порядок?

Грэхэм немного подумал и согласился:

– С вами пойдет детектив Кимбалл.

Когда Роберта вела Джули мимо Дерека, он потянулся к ее руке. Она выглядела такой потерянной и несчастной… Митчелл с трудом поборол желание обнять ее. Еле-еле сумел удержаться в профессиональных рамках.

– Мы встретимся с вами в управлении, мисс Рутледж. Прошу вас без меня ничего никому не говорить. Вы меня поняли?

Джули кивнула и прошептала:

– Спасибо…

Дерек на секунду сжал ее руку. Она пошла к спальне, волоча за собой шаль. Кимбалл бросила на адвоката многозначительный взгляд и вполголоса пробормотала:

– Это становится все любопытнее и любопытнее.

В этом она была совершенно права.

Еще через час Джули рассказывала, что произошло в ее доме, Грэхэму и молодому чернокожему детективу, который пока не произнес ни одного слова, во всяком случае в ее присутствии. Она решила, что этот полицейский стал детективом совсем недавно и, очевидно, учится у Грэхэма. Джули предполагала, что Кимбалл и Сэнфорд находятся в соседней комнате и наблюдают за ней через одностороннее стекло.

Дерек Митчелл сидел рядом с ней – профессионал до мозга костей. Он уже был в полицейском участке, когда Джули приехала туда с Грэхэмом и его младшим напарником. По пути все они молчали. Джули догадывалась, что детективу хорошо известна репутация Дерека и он понимает, что тот не оставит без внимания то, что его клиентку попробуют разговорить в отсутствие адвоката.

Молодой детектив настроил видеокамеру и поднял большой палец, дав Грэхэму понять, что все готово. Сержант назвал дату, имена присутствующих и затем вежливо попросил мисс Рутледж рассказать, что произошло.

Она рассказала. Рассказала все, что могла вспомнить, с того момента, как вошла в дом через гараж и заметила, что сигнализация отключена, и до ужасной минуты, когда Билли Дьюк содрогнулся в последний раз.

Когда Джули закончила, в комнате воцарилось молчание. Грэхэм нарушил его первым:

– Благодарю вас, мисс Рутледж.

– Моя клиентка согласна сотрудничать с полицией, – подал голос и Митчелл. – Теперь, если это все…